Лана Ременцова – Владыка воронов (страница 3)

«Ты моя пленница и наложница, это лучше чем быть подстилкой Вугора, даже если он лучший мой воин». Он скинул на пол измятое покрывало и надел, чёрные узкие брюки, короткие замшевые сапоги, взял по привычке кнут и вышел. Прошёл по каменной лестнице вниз во двор. Слуги, встречающиеся по пути, прижимались к стене, склоняя головы, зная крутой нрав владыки. Он мог и кнутом полоснуть от лица до ног, оставляя глубокий кровавый след.

Подошёл к бочке с прозрачной колодезной водой, умылся, разбрызгивая её в разные стороны, опустил голову под воду и, растряхивая капли с волос как лев машет гривой, растянул спину выгибающимся движением.

Несколько из его воинов сидели неподалёку и начищали мечи. Он направился по направлению к ним. Те вскочили, как ошпаренные и склонили головы.

– Отдыхайте.

Воины присели обратно на пни и продолжили заниматься полировкой мечей.

Владыка вошёл в конюшню, прошёл пару стойл и приблизился к своему коню. Тот фыркнул, раздувая широкие ноздри. Хозяин потрепал его по гриве и подсыпал свежего сена.

– Ты мой любимец, и тоже поначалу проявлял строптивость, однако я усмирил тебя, усмирю и её.

Конь снова фыркнул, махая головой с умными, будто зеркальными глазами.

– Думаешь, нет? А что она сможет себя убить?

Тот снова замахал головой, будто понимал слова хозяина.

– Нет, Ветер, я не позволю ей этого сделать. – Он вышел из конюшни и, расправив шикарные чёрные крылья, взлетел. Полетал над замком, делая разные виражи в сизое небо и уходя плавно вниз. После решил, что пора отдохнуть, влетел в окно своей спальни, снял кожаные брюки и замшевые сапоги, опустился в горячую ванну с мыльной водой, от которой шёл пар, быстро приготовленную для него расторопными слугами и уже сменившими постельное бельё. Положил голову на край и закрыл глаза, его махровые ресницы откинули тень на высокие скулы.

В дверь постучались, вернее даже поскреблись.

– Владыка, вам помочь? – заглянули две служанки.

– Заходите.

Вороницы подошли на цыпочках, сразу начав намыливать голову, грудь и спину повелителя. Он встал во весь рост, и они продолжили мыть его.

– Кто отдал приказ принести мне ванну?

– Вугор.

– Молодец, всегда предугадывает мои желания. Как там пленница?

– Её привели в чувства, осмотрели, вымыли в бане, одели и поставили еду.

– Я не порвал её?

– Нет, всё цело, кроме лёгкого покраснения и синяков на коже.

– Хорошо, это мелочи.

Владыка, есть ещё кое-что, одна из них отошла от греха подальше, а другая – сжалась, опустив голову.

– Что ещё?

– Она не ест.

– Как это не ест? – его разъярённый голос напугал служанок, и они совсем отскочили.

– Так заставьте! – прорычал, одновременно каркнув, подобно гарканью горгулий.

– Она категорично отказалась.

– Ладно, проголодается, поест, пусть Вария наблюдает за ней, – ворон переступил ванну и накинул халат, не вытираясь.

– Пошли вон.

Служанки убежали, а он, поев, снова позвал подручного.

– Да, владыка.

– Что там орлы?

– Пока тишина, но после смерти их генерала и всех пленных, думаю, скоро опять нападут.

– Пусть только попробуют, разорву их девку и повешу частями на пику как флаг.

– Они ещё явно не знают, что дочь их покойного генерала теперь ваша наложница.

– А что такого в этом? Пленниц часто используют как наложниц.

– Дело в том, что мы не убили трёх пленных – лучших воинов генерала и пытали их, чтобы узнать все планы орлов. В итоге сегодня утром мы узнали, что генерал ещё перед походом написал завещание на неё.

– Да? И что же такого завещал мёртвый орёл смазливой кукле? Домик в розах и озеро с лебедями? – Роланд усмехнулся, опять каркнув.

– Она наследница огромного замка с землями всего западного побережья, включая три сотни самых сильных воинов, живущих и обучающихся в каком-то боевом монастыре в горах. Эти орлы – не участвуют в обычных походах, в них нуждаются только когда противника надо разгромить, и…

– Что и? – его бровь поползла вверх.

– По слухам, они это могут.

– Ясно, из пленных никто не остался в живых?

– Нет.

– Значит, пока слухи до них не доползут, что она у меня, у нас есть время собрать нормальную армию. Езжай по деревням и огласи мой указ, чтобы все прибыли в замок, для исполнения воинского долга.

Ещё… я не собираюсь ждать, пока эти чудо орлы нападут на нас, передай моим воинам: три дня на отдых и выдвигаемся на земли моей наложницы. Я захвачу всё, уничтожу её войско или они склонят головы передо мной, а она будет до конца своих дней лизать мой член, – его руки сжали край деревянного стола, и щепки посыпались на пол, несмотря на его изящные пальцы, силища в них была неестественная.

– Как скажете, но… позвольте сказать.

– Что ещё?

– А не лучше ли жениться на ней и таким образом получить сразу всё ценное наследство?

– Вугор! – глаза владыки вспыхнули тёмным блеском.

– Простите, если ляпнул лишнее, но девушка же была девственна, вы всё ещё можете исправить, быстро повернув дело к свадьбе. Роланд, я очень вас уважаю, но развязав такую войну, мы можем не справиться.

– Ты считаешь, мои вороны слабее этих горных орлов? – он пересёк в доли минут расстояние до подручного и схватил его за горло.

Глаза подручного расширились.

– Вы можете убить меня, но эти орлы нам не по зубам, – прохрипел.

Роланд выпустил его и отвернулся, кипя от злости.

Вугор молча наблюдал за владыкой, понимая, что он в ярости, но также зная, что ситуация тупиковая и у него нет шансов выйти из неё гордым победителем.

– Ты считаешь, что у меня нет другого выхода?

– Увы… вам решать, но эта война может стать последней для нас. Вороны сильно устали от постоянных войн с орлами, много раненых. Нам нужно спокойно пережить зиму, чтобы восстановить силы. И… нас меньше – сильных воинов осталось всего две сотни, остальные ещё либо не выросли, либо старики. Сакура в качестве жены идеальное решение, чтобы получить её состояние и войско, которому просто придётся защищать нас. А если нападут северные орды? Они тоже трепыхаются. Мы до весны не справимся с ними.

– Твою мать, если б я знал всё положение дел заранее, – Роланд ударил кулаком в стену.

– И чтобы это изменило? Вы никогда бы не оставили нетронутым трофей. Чего сделано, не воротишь, теперь исправьте всё хотя бы женитьбой.

– Ладно, ты прав, иди, распорядись, чтобы её готовили к свадьбе.

Вугор вышел и поправил рубашку у шеи, а Роланд в ярости перевернул стол. «Какого хрена я должен жениться на пленнице? Пусть даже такой богатой. Ненавижу, порву её, во все дырки отимею. Она будет захлебываться моей спермой. Негодная орлица. Ты никогда не получишь меня!» – он рвал и метал, сорвал одну из занавесей и вылетел в окно, пронёсся вокруг замка, как раненый ворон, вернулся обратно.

– Вугор! – заорал так, что показалось, стёкла задребезжали. Слуги, находящиеся в коридоре неподалёку от его покоев притихли.

Подручный оказался мгновенно в покоях, будто был всегда под дверями.

– Помоги переодеться.