Лана Ременцова – Сердце Лиса (страница 9)
– Хорошо. Я приду.
– Рамил…
Тот приподнял бровь.
– Будьте осторожны. Берегите себя. Птица необычна.
– Успокойся, это всего лишь птичка: маленькая, красивая, слабенькая.
Взошла луна и посеребрила всё вокруг. Особенно красиво отражалась от драгоценных камней, которые украшали раму большого окна царского дома.
Рамил долго не мог уснуть. Всё время перед внутренним взором вспыхивали необычные глаза раненой птицы: яркие, сочно-голубые или даже синие. Пронзительный взгляд, который запал ему в душу. Они, будто говорили о чём-то потаённом. И были явно не птичьими. Он отбросил атласное покрывало кремового оттенка и прошёл к окну. Распахнул деревянные ставни, расписные яркими орнаментами искусными художниками. Вдохнул полной грудью ночной воздух. В ноздрях защекотало приятным травяным и цветочным ароматом. Обвёл поляну пытливым взглядом. Тишина. Дозор мирно спит. Да Рамил и не сердился на них. Сейчас никто не нападал. Низины тоже стали тише. Постучал кончиками пальцев по подоконнику и выпрыгнул из окна. Ступни тихо опустились на землю. На его обнажённом торсе заиграла полная луна. Он отбросил длинные золотистые волосы назад и, обратившись в лиса, помчался к шаману. Клан спал. Ему удалось незаметно добраться до окраины к его дому. Тут внезапно решил обойти дом по кругу. Зачем? И сам не знал. Какое-то животное чутьё погнало к личному шаманскому озеру. Слух уловил шуршание. Сощурился и заметил в озере человеческую фигуру. Шаман стоял спиной к нему на берегу и, воздев морщинистые руки к луне, что-то шептал. Рамил аккуратно приблизился к озеру, присмотрелся и… обомлел. Женская фигура, залитая лунным сиянием. Длинные белоснежные волосы закрывали её до бёдер. Однако очертания стройного тела хорошо было видно. Она, будто почувствовала его взгляд, медленно повернулась. Лис, увидев эту девушку обнажённой, даже присел. Длинная шея, высокая полная грудь, точёная талия, плавно уходящая в округлые бёдра. И эти пронзительно лазурные глаза, свет от которых шёл даже в ночной мгле. Луна переливалась в её волосах. И внезапный мощный порыв ветра поднял волосы, создав некое божественное видение этой девы.
– Рановато ты пришёл.
Вывел его из оцепенения скрипучий голос шамана.
Он перевёл на него взгляд.
– Обратись. – Рявкнул шаман.
Рамил стал человеком. И всё ещё находясь под впечатлением, только приоткрыл рот. Шаман приблизился. Он никогда не боялся никого и с царём тоже говорил просто и непринуждённо, не соблюдая приличий и условностей, хотя виделись они крайне редко.
– Она ещё не в себе. Ей чтобы полностью восстановиться, нужна твоя кровь.
– Почему моя? – единственное, что выдавил из себя царь, не совсем ещё понимая, кто она, и зачем ей его кровь.
– Когда портал выбросил её тебе на нос, силой вселенной ты стал для неё спасителем. Во всех смыслах. И только твоя кровь теперь всегда будет исцелять её.
Тут до Рамила начал доходить смысл слов шамана. Он расширил глаза. Такие же уникальные, как и у этой девы, только изумрудные.
– Она!.. – перевёл заворожённый взгляд на молчаливую девушку, медленно выходящую из озера.
– Да. Это та птица, которую ты спас. Я исцелил её раны. Остальное за тобой. Она – оборотень. В человеческой ипостаси впервые. На вид ей лет восемнадцать. Но пока ничего не понимает. И даже что такое одежда тоже.
Дева подошла к ним. Царь уставился ей в глаза. Мужское естество сразу окрепло и болезненно заныло.
Шаман усмехнулся.
– Надеюсь, ты не лишишь её сразу девственности. Девушка вся в твоей власти, но это будет кощунственно по отношению к ней. Наивная птица.
Рамил невольно протянул руку и дотронулся до маленького лица, провёл ладонью по щеке, дальше пальцами по пухлым губами и опустился на шею. Взгляд упал на грудь.
– Она…
– Прекрасна. – Закончил фразу шаман. – Чистая как слеза. Я вижу её душу. Ни одного пятна.
– Бери мою кровь. Делай своё дело. А после я заберу её.
Шаман кивнул, достал кинжал, взял его руку, резанул по запястью и подтянул к губам девушки.
– Пей.
Дева выпила несколько глотков.
После дунул – плюнул на рану царя, пробубнил что-то несвязное и она мгновенно затянулась.
Рамил в отличии от Гала спокойно относился к колдовству. Он продолжал смотреть ей пристально в глаза и, казалось, не мог отвести взгляда. Его притягивало к ней как магнитом. Будоражило разум. Горячило тело. Дева моргнула, и тут её глаза приобрели осмысленное выражение. Она слегка улыбнулась.
– Ты… спас меня.
Рамил вздрогнул от её шелестящего голоса. И от этого: «Ты». Так никто с ним не общался кроме шамана. Однако последнее быстро уступило место восхищению тембром голоса юной девы – птицы. Да, по сути, и всем остальным.
– Как тебя зовут?
– Лавиния.
И снова этот голос обласкал его слух.
– Ты – оборотень?
Она пожала плечами.
– Конечно оборотень. – Проскрипел шаман. – Не понимает она ещё этого.
– Пойдёшь со мной? – продолжил царь, не обращая внимания на шамана.
Дева кивнула.
– Гал принесёт тебе вознаграждение. Я её забираю. – Тут он напряжённо сощурился. – Стой! Недавно ты сказал, что она упала мне на нос из портала!
Тот пожал плечами.
– Да сказал и что?
– Так я же ищу его всю жизнь! Значит…
– Он там. – Опять завершил за него фразу шаман.
– Прощай. Ты – открыл самое главное для меня. Теперь я найду его. А дева – птица… она… – посмотрел на неё. Всё такая же безмятежная, совершенно не понимающая, что стоит перед мужчинами голая. – Если не пожелает улететь, останется со мной.
– Она уже никогда не улетит.
– Ты в этом уверен? Она что больше не может летать?!
– Может. Лавиния потеряла свою свободу, как только ты взял её в руки. Ещё там, у портала.
Лис догадался, что шаман намекает на то, что дева теперь его собственность, но озвучивать этого не стал. Обнял девушку, взял на руки и ушёл.
– Я никогда не обижу тебя.
Лавиния положила голову ему на плечо.
– Знаю.
Рамилу показалось, что она лёгкая как пушинка, нежная как перо и ласковая как ручей. Внутри пробежала приятная волна, и захотелось прижать её к груди. В голове мыслей не было. Он просто наслаждался моментом.
Клан спал. Им повезло. Их никто не заметил. Рамил внёс девушку на руках в дом. Пронёс холл и поднялся по винтовой деревянной лестнице на второй этаж.
– Эту ночь тебе придётся провести в моей спальне, а завтра распоряжусь, выделить для тебя покои.
– Я согласна.
Он приподнял бровь, глядя на её милое лицо.
– Нельзя говорить мужчине такие слова.
– Почему? – наивно захлопала ресницами.
– Я могу неправильно расценить твои слова. И… подумать, что ты хочешь слиться со мной.
– А что значит: «слиться»?
Лис ухмыльнулся.
– Наивное дитя. Птичка моя. Давай, не будем пока об этом. Я не трону тебя. Не хочу пользоваться твоим незнанием таких отношений.
Она обняла его за шею.