Лана Ременцова – Рабыня аравийца (страница 12)

— Береги её. Она дорога мне. — Погладил его по шершавому носу. — Я скоро буду. Ждите меня здесь.

Зверь попытался встать. Но Касий строго посмотрел ему в глаза.

— Нет! Я сказал ждать меня здесь.

Годжак, нехотя улёгся обратно и положил морду на камень.

— Я скоро.

Вышел наружу и осмотрелся. Вокруг лес из местных кустарников, местами непроходимых, ветвистых и прямых: цвета вечернего неба и даже ночного. Листьев на них почти не бывает: раз в год и то не всегда и не на всех видах.

«Тут где — то должны быть воги и их норы с детёнышами» — Подумал и пошёл в сторону зарослей. На рассвете звуков почти не было, и он прислушался. Острый слух давал понять в какой стороне обитает живое существо. Прошёл немного, внимательно посматривая под самыми густыми кустарниками, излюбленное место вогов для выводка. Где — то пошарил руками, а где — то даже поломал ветки, разбрасывая ногами. Спустя некоторое время всё же наткнулся на нору. Присел на корточки и пошарил в ней, тут повезло: вытащил детёныша вога, тот сразу жалобно заревел, раскрывая уже большой, но беззубый рот. (Воги — беззубые огромные животные, могущие убить весом). После нашёл ещё двоих и довольный пошёл обратно. И всё бы хорошо, если б не подоспела их мамаша. Касий запросто мог убить её, если б не держал троих достаточной нелёгких малышей, которых не хотел отпускать. Иначе они бы убежали пока он разбирается с двухметровым вогом женского пола. А мясо детёнышей вогов сочное и нежное, гораздо нежнее взрослых особей. Ему хотелось накормить прекрасную валийку именно таким. Вог наступал. Касий приготовился. Животное ударило головой. Аравиец отбил его морду локтём. Вог заорал в виде рёва и бросился широкой грудью на обидчика и вора малышей. Однако внезапно раздался хруст кустов и в одно мгновение вылезший годжак откусил вогу голову.

— Ух. Ты вовремя. — Выдохнул. Кушай, а я пойду, пожарю валийке завтрак.

Зверь заурчал от ласкового голоса хозяина, принимая его уже точно за него. Касий поднял к пещере и вошёл, в надежде, что девушка ещё там. И когда не увидел её, проорал:

— Где она?

Годжак прилетел через пару минут. Аравиец в сердцах ударил детёнышей головами о стену и убил их, сбросив на пол, выскочил наружу. Зверь, чувствуя, что с хозяином происходит, пригнулся и принюхался. Касий пошёл за ним.

— Ищи её. Она нужна мне.

Годжак пошёл через кусты, обнюхивая всё вокруг. И вскоре они вышли к озеру. Мужчина расширил глаза, увидев, как девушка стоит в обнажённом виде на краю и расчесывает рукой длинные, влажные, густые волосы.

— Молодец. — Дотронулся до лапы зверя. Он не смог сдержаться от страха, что она убежала и, почти подбежав, схватил на руки.

Она испуганно вскрикнула.

— Почему ты ушла сама, когда годжак поспешил мне на помощь? — в его голосе слышались гневные нотки.

— Я всего лишь хотела помыться.

— А убежать ты не собиралась?

— Куда? Я — валийка и везде кроме Валивии меня ждёт рабство или смерть от вогов и годжаков. С тобой гораздо спокойнее.

— Ха. Ты очень умна. — Его взгляд опустился на её грудь. — Тебе надо одеться. — Голос слегка сел.

Она кивнула. Он поставил её на Горибию и отвернулся. Аланда взяла халат, набросила и подвязалась шнурком.

— Ты же уже всё во мне видел. Зачем отвернулся?

— Для себя. — Пробурчал.

— Я уже одета.

Касий повернулся обратно.

— Неужели ты не понимаешь? Я — мужчина, а ты — самая красивая женщина из всех, что я видел в жизни. Я не могу спокойно смотреть на твою наготу.

Она покраснела. Он рассмеялся.

— Прекрасный ценарит. Идём. Приготовлю завтрак.

Они поднялись к пещере. Касий развёл костёр, разделал детёнышей и начал жарить. Аланда никогда не ела ничего не подобного. Запах и нежное мясо ей понравилось. Годжак тоже хорошо насытился их мамашей.

— Нам пора. — Подсадил её на его шею и запрыгнул сам. Зверь расправил крылья. Раненое крыло уже было в норме, и взлетел. (Годжаки быстро восстанавливались)

— Я так хочу тебя, что скоро ты уже будешь казаться мне везде. — Его губы приятно щекотали ушную раковину. Ты будешь покорна?

— Я уже отвечала тебе: буду, но всего лишь как рабыня, без сердца и души.

— Душа тоже откликнется. — Он накрыл левой рукой одну её грудь и начал сжимать, а спустя минуту, уже поглаживал сосок под воротом халата.

— Не надо… — простонала, но Касий собирался всю дорогу ласкать желанную грудь и не убрал руки, когда она попыталась сбросить его горячую ладонь. А тут ещё и почувствовала такое же горячее дыхание затылком. Внутри что — то ёкнуло, тело как — то болезненно отреагировало, внизу образовалась какая — то зовущая тяжесть.

— Хорошо… моя темпераментная девочка. Ты уже увлажнилась?

— Что?

— Ты стала мокрой в твоей девственной щели?

Её шею и лицо залила алая краска.

— Не хочу трогать тебя там пока. А могу так получить ответ. Решай, как мне его получить?

— Да… я — стала влажной там. Не понимаю что это и почему, но всё мокро.

— Это ты хочешь меня также как и я тебя. Головка моего члена тоже уже влажная. Я как долетим до каравана, возьму там своих наложниц. Мне нужна разрядка, чтобы дотерпеть до нашей прекрасной ночи. А ты посмотришь. Хочу, чтобы ты увидела меня обнажённым, мой член который ты будешь принимать каждую ночь, пока не надоешь мне. И какой я в соитии.

Она содрогнулась.

— Не бойся. С ними я жёсткий. С тобой всё будет по — другому. Всё зависит только от тебя.

Годжак летел плавно, точно чувствуя куда нужно. Ночная буря много поломала кустарников. Внизу виднелись стихийные разрушения.

Скоро показался караван. Зверь снизился.

— Касий! — послышалось снизу. Это был радостный крик Крака.

Ванары тоже подняли головы. Годжак сделал несколько кругов над ними и опустился на Горибию. Касий слез и спустил Аланду. Подбегающий Крак выкатил глаза.

— Ты… где ты был? — Его глаза уставились на девушку. — Это… она… ва…

Касий обнял его и похлопал по спине.

— Да, друг, это именно она. Мой ценарит. Прекрасная валийка.

— Но как? — Во взгляде главнокомандующего читалась разноцветная буря: изумление, восхищение и даже вожделение. — Она поистине как ценарит, такая же драгоценность.

— Так решил годжак и подарил её мне. Она теперь моя рабыня и станет главной наложницей, когда я взойду на трон в Воксаилии.

Крак от переполнявших чувств опустился на одно колено.

— Повелитель…

Он помог ему встать.

— Перестань. Рано ещё.

Все гораны тоже не сводили взгляда с самой красивой женщины на Горибии.

— Оденьте её в чадру и выделите паланкин. Отвечаете головой. Она для меня ценнее горы ценарита. Выдвигаемся. — Отдал приказ и повернулся к другу. — Что было ночью? Как вы спасли караван и нашу добычу от горанов?

— Я, как только увидел, что надвигается буря, приказал всё снять с вогов и выкопать ямы. После мы всё закопали. А женщин усадили между вогами, накрыв покрывалами. Сами же держали их всю ночь. Как нас не снесло одному Воргангу известно, но всё осталось в целостности.

— Я всегда знал, что на тебя можно положиться. — он влез на первого вога. Крак на второго и караван сдвинулся с места.

— Ты расскажешь мне, как всё было?

— Расскажу.

Глава 5. Первый звонок страсти

Караван шёл уже двое суток. К валийке относились как истинной принцессе. А своих наложниц Касий отымел по полной, чем и сбил дикое желание обладать Аландой. Она наблюдала за оргией из паланкина, так как он приказал это ей. Он не хотел её пугать. Впервые ему хотелось не просто сорвать и смять нежный цветок, а холить и лелеять. Однако желал, чтобы она лицезрела его обнажённым. Девушка увидела слишком много, и в душе ей стало страшно от мысли о будущем соитии с ним. Не так она всё себе представляла. Это же было грубо и противно, где — то даже мерзко.

Они дошли до маленького поселения: семь вместительных шатров. Вокруг никого не было.