Лана Полякова – Весеннее счастье (страница 2)
Сейчас ещё холодно и лежит снег, но пора начать собираться. А главное, я сегодня хотела взять ключи от дачи, чтобы съездить и проверить дом. Потопить, посмотреть, как он пережил зиму. Возможно, что-нибудь подправить. Осмотреться, одним словом.
Настроение после общения с наглым парнем не удивление было приподнятым. И я как представила сейчас перед собой кислую мордочку бывшей свекрови, меня аж передёрнуло. Не хочу!
Не хочу портить себе прекрасный день!
Так получилось несмотря на то, что мы с Женей развелись, некоторые обязанности по отношению к его престарелым родителям так и остались за мной. А уж после того, как Женя стал приезжать ко мне и оставаться, так и вовсе стали неукоснительно и неуклонно моей зоной ответственности.
Почему-то новая молодая жена моего бывшего мужа не горела желанием помогать старикам. А сам Женя всегда был выше этого. Ему, человеку творческой профессии, простыми земными делами заниматься не хотелось никогда. Так и повелось, что всё наше хозяйство всегда держалось на мне.
Фыркнула, тряхнула головой и позвонила свекрови, предупредив, что сегодня у меня не получится подъехать. Внимательно, не перебивая, выслушав неизбежную лекцию о моей несобранности и необязательности, я попрощалась с мамой мужа. Положила трубку и победно улыбнулась!
Всё! Свобода на сегодня! Я развернулась и поехала в Битцу. На конюшню. К лошадям.
Пусть сегодня будет праздник!
Но человек предполагает…
Красная китайская машинка на очередном светофоре внезапно вместо того, чтобы притормозить, вдруг газанула и впечаталась в попу моей ласточки!
Скрежет, удар, рывок.
Острая боль в плече и звон разбитого стекла.
Вот… Блин!
Что за урод испортил мне день? Глянула в зеркало и заметив длинные светлые волосы, тяжело вздохнула. Скорее – уродка.
Отстегнула ремень безопасности и потрогала ноющее плечо. От рывка после удара ремень сильно дёрнулся, травмируя. Скорее всего, будет знатный синяк. Хорошо, что я была в куртке!
Глянула, работает ли регистратор, и настроила телефон для фиксации на камеру разговора с блондинкой на красной машинке. И со вздохом вышла из машины.
Первым делом сняла на камеру повреждения.
А пока я рассматривала и фиксировала поломки с обеих сторон, хлопнула дверка китайца, и я услышала до боли в сердце знакомый визг:
– Это ты, тварь, во всём виновата!
Третья глава
Из всей многомиллионной столицы, среди армии идиоток на красных машинках мне посчастливилось встретиться на дороге с нынешней женой моего бывшего мужа. Прелестно!
В груди застарелым ожогом разболелась, заныла больным гниющим зубом давняя боль. Или это измученное сердечко дает о себе знать?
Знакомая с её манерой перевирать всё, что изрыгает её грязный рот, я, не выключая камеры, повернула телефон так, чтобы эта стерва попала в объектив. И не прогадала.
Картинно выставляя по одной свои умопомрачительные ноги, из машины на свет явилась наша звезда! Конечно, если пытаться управлять автомобилем в сапогах с такой шпилькой, то авария на дороге будет обеспечена. Рано или поздно.
Красивая, стерва. Холеная. Яркая. Взмахнув гривой высветленных и наращённых волос, она эффектно развернулась в мою сторону и встала в отрепетированную позу. Выставив бедро и упираясь ручкой в перетянутую талию.
Картинка, да и только.
Если бы молчала. Но увы…
– Кулёма, расшеперилась на полдороги! Ты специально подставила мне свою задницу, чтобы стрясти с меня денег! Это ты виновата! Сама будешь платить за мой ремонт! Джонни не даст тебе ни копейки! Я за этим прослежу! – орала она бензопилой.
Профессионально поставленным голосом третьесортной певички Жанна разорялась, изрыгая из себя проклятия в мою сторону.
А я снимала кино. Молча.
Давно уже поняла, что нет смысла вступать в дискуссию с этим крокодилом. Себе дороже.
Жанна затихла, вероятно, набирая воздуха в грудь для следующего раунда.
– Элис, скажи, он сегодня опять ночевал у тебя? – вдруг спросила жена Жени вполне нормальным тоном.
Ну если не обращать внимания на её манеру перевирать имена на иностранный лад и не смотреть на брезгливо–высокомерную моську…
Я отвела взгляд от экрана смартфона и посмотрела на Жанну, пытаясь понять, что это на неё нашло.
На меня взирали внимательно и остро приподнятые к вискам зелёные кошачьи глаза. Красивые. Аккуратно и профессионально накрашенные, несмотря на раннее время. И вообще, Жанна стала выглядеть по-другому. Дороже.
Я перевела взгляд на машину. Новая. Чувствуется, что недешёвая, хотя и китайская.
Откуда деньги-то у нашей птички? Что-то я не заметила, чтобы бывший сильно разбогател в последнее время.
– Жанна, говори прямо, что ты хочешь? – спросила, предчувствуя геморрой.
Не стоит с этой лярвой вступать в беседу. Она только внешне напоминает человека. И то, если не приглядываться. А так – реальный крокодил. Рептилоид. Если не сожрёт, то перекусит. Если не перекрошит, то покусает, уж точно. И вымажет ещё собеседника ядовитым внутренним миром.
Но она удивила меня.
– Давай договоримся. Мы же с тобой не чужие люди. – вдруг заговорила Жанна человеческим голосом, вкрадчиво, – ты забираешь из нашего дома своего сына и чинишь мне машину, а я отдаю тебе Женю. Бери и пользуйся, если у вас такая уж любовь!
И закатила свои нечеловеческие глазки к небу.
Вот стерва!
Не иначе любовника себе нашла нового. Поперспективнее Евгения, давно не снимавшего ничего по-настоящему популярного, и собирается выплюнуть пережёванного Женечку на свободу.
Что ж. Закономерный итог.
Почти пять лет назад Женя снял небольшой сериал, который внезапно стал узнаваем. Я ещё радовалась. Дура! Слава вскружила мужу голову, а деньги завершили метаморфозу. Из вполне адекватного молодого режиссёра мой муж превратился в известного и гламурного завсегдатая тусовки. Бесконечные встречи и, как следствие, постоянные пьянки с гулянками.
Я не могла поддерживать его образ жизни. Просто здоровья не хватало, чтобы, потусовавшись среди чужих и странных компаний полночи, наутро топать на работу.
Никто не снимал с меня обязанности по дому. Нужно было собирать ребёнка в школу, и успевать следить за порядком, и готовить еду. Ведь Женя мог внезапно приволочь непонятно кого в дом. Пить и закусывать, бесконечно смоля вонючим дымом на кухне. Ночью. И без разницы, что ребёнок спит. И что я устала. Он – звезда! Ему нужно общение! Эмоции!
Где его подцепила Жанна и когда, точно теперь уже не важно. Но вцепилась она в него мёртвой хваткой.
Сейчас, по прошествии времени, я понимаю, что у меня не было шансов против неё. Тем более что я вообще не умела манипулировать мужчинами.
Да и теперь не умею.
Как-то по старой памяти и благодаря бабушкиному воспитанию, я странным образом всё ещё считаю мужчин прежде всего людьми, а не дичью и не кошельком или другим аксессуаром.
Впрочем, я отвлеклась.
– Эй! Але! Хьюстон, приём! Ты, подруга, там от счастья дар речи потеряла? – Жанна помахала перед моим лицом тонкой ладошкой, перебирая воздух длинными пальчиками с нечеловеческим маникюром.
Стерва глумливая.
– Нет. С тобой договариваться – себя не уважать. Я вызываю гайцов, и мы оформляем протокол, – сказала подсевшим от эмоций голосом и, развернувшись, направилась к себе в машину.
Чуть ли не бегом.
Слыша вслед и стараясь не реагировать:
– Малахольная, ты хоть поняла, что я тебе предложила? Вот идиотка!
Хлопнула дверцей и выдохнула.
Как же я её… Это уже даже не ненависть. Это у меня настоявшаяся, концентрированная и ядовитая нелюбовь. Разъедающая моё сердце. Мешающая дышать. Жить.
Четвертая глава
Всякий раз, когда я встречаюсь с Жанной, у меня трясутся руки и сводит челюсть. И до звёздочек в глазах хочется ответить ей в её стиле. Наотмашь. Безжалостно и хлёстко.
Но нужные слова придут позднее. Когда немного остыну и смогу собрать мысли в ком. Когда перестанет сжимать горло, и пелена спадёт с глаз.