Лана Пиратова – Заноза для правильного босса (страница 15)

Хмурюсь еще больше и отворачиваюсь. Смутные воспоминания и очень уж сильные сомнения терзают меня.

— Вдребезги! — она проводит ребром ладони по воздуху. — На мелкие осколки! Вот, ищут свидетелей. А вы ничего не видели странного вчера?

— А? — снова смотрю на нее.

— Я говорю, может, видели чего? Там вознаграждение большое! Саркисяны предлагают. Вот! — и она тычет пальцем в цифру внизу объявления.

— Нет, — мотаю головой.

— Ну, думаю, по горшку-то найдут, — вздыхает консьержка.

— Что, простите? — голова что-то вообще плохо соображает.

Я пытаюсь сопоставить факты, а что-то словно не дает этого сделать. Сбивает с мыслей.

— Я говорю, горшок с цветком — вот главная улика! — так, словно выдает мне секрет, шепчет консьержка. — Именно горшком и бросили! Интересно, у кого я вот такую герань-то видела? — задумчиво произносит она.

— Герань? — я опять сглатываю.

— Ну да, горшок с геранью. Еще расцветка такая… редкая очень! Я еще хотела отросток попросить. Где же я видела ее? Хм.

— А зеркало-то дорогое?

— Очень. Ой, как вчера Саркисяны ругались! Что же это говорят за элитное жилье такое, если тут такое происходит?! Странно, конечно. Ой, а что это у вас? На лбу? — таращится на мою шишку.

— Упал, — хмуро отвечаю.

— Хм. Все очень странно…

— До свидания, — быстро прощаюсь я.

— Всего доброго вам, Марк Георгиевич!

Нет, ну, я другого слова точно подобрать не смогу. Это же пиздец какой-то! Не вслух, но подумать-то я имею право? По-другому же это не назовешь никак!

Зеркало Саркисянов. Мамина герань!

И все это дело рук одной мелкой Занозы! Да что б тебя!

Ну, все, Анжелика Николаевна! Берегись!

Мои планы на встречу с Николаем кардинально меняются.

Глава 17. Все не так плохо у меня

Он уже ждет меня и встречает на входе в свой кабинет. Пожимаем друг другу руки.

— Что-то случилось, Марк? — спрашивает, хмурясь. — Ты какой-то на взводе, что ли… никогда таким тебя не видел раньше. Все в порядке? А… это что?! — и удивленно смотрит мне на лоб. — Лика?

Настоящий отец. Знает свою дочь. Но я не собираюсь жаловаться.

— Да это так, упал, — отвожу взгляд, понимая, что вру. Изменяю своим правилам и вру!

— А раньше, вроде, не падал! — ухмыляется Николай и я строго смотрю на него. — Ну, все когда-то в первый раз бывает! — добавляет уже без улыбки. — Проходи, Марк, садись. Кофе?

— Нет, спасибо. Я ненадолго, — сажусь в предложенное кресло.

— Как вообще дела? Как Лика? — интересуется Николай. — Втягивается потихоньку в работу?

— Да не то слово, — хмыкаю я.

— И как успехи? — с воодушевлением интересуется он.

— Нуууу, — смотрю на свои пальцы, которые тихо отстукивают по подлокотнику. — Вчера, вот, например, я из-за нее не подписал контракт с «Энергомашем».

Поднимаю взгляд на Николая. Он должен понять, что это для меня значит. Но вместо сочувствия, ну, или хотя бы озабоченности на его лице появляется довольная улыбка.

— Правда? — спрашивает он. — Так это получается, что Лика спасла тебя! Ахахаха! — и заливисто смеется. — А я говорил тебе, что она удачу приносит?! Молодец!

— В смысле? — непонимающе смотрю на него. — Что значит «спасла»? О чем ты?

— А ты новости не смотрел еще? Хм. Все утро об этом. Смотри! — он кивает на монитор на стене и включает звук.

— Временное управление компанией «Энергомаш» переходит к конкурсному управляющему, — вещает ровный голос диктора. — Все сделки, заключенные за последний месяц, будут заморожены и тщательным образом исследованы правоохранительными органами на предмет незаконного вывода средств.

Николай выключает звук.

— Вот так, Марк. Понял?

— Погоди, — я все еще не могу поверить. — Но как же? Мы же все проверили?

— Там мутная схема, Марк. Не вини себя. В общем, выходит, что Лика уберегла тебя, а? — весело подмигивает. — А ты о чем поговорить-то хотел?

Отвечаю не сразу.

Нет, конечно, вот эти все разговоры о том, что Лика меня спасла… Шутки шутками, но это никак не отменяет всего то, что успела натворить за один (!), за один день эта Заноза!

— Такое дело, Николай, — говорю я, глядя ему в глаза. — Процесс воспитания подразумевает не только обучение, как ты понимаешь.

— Так, — кивает он. — К чему ты ведешь?

— Я хотел бы… хм… как это сформулировать… Хотел бы получить от тебя гарантии, что ли… гарантии, что ты не вмешаешься в процесс воспитания. Если уж нам предстоит с твоей дочерью работать еще двадцать восемь дней и восемь часов, то я хотел бы использовать это время по полной, чтобы Лика стала, наконец, полезным членом общества, — завершаю свою красивую речь и с ожиданием смотрю на Николая.

Вот, если он сейчас пошлет меня, будет повод отказаться.

Он молчит. Смотрит мне в глаза и молчит. А потом начинает смеяться.

— Ахахаха! Все-таки, Лика! — и указательным пальцем показывает на мою шишку на лбу.

Хмурюсь и опускаю взгляд.

— Что ж, Марк! — Николай хлопает рукой по столу. — Даю тебе полный карт-бланш! Сделаешь мне из Лики человека — я твой должник! Пора ей взрослеть! А то как же она замуж-то выйдет?

— Замуж? — вырывается у меня, хотя не все ли равно?

— Ну да. И жених уже есть. Достойный молодой человек! Но с ней не справится! А вот ты, — и дергает бровью, — ты сможешь! Я в тебя верю!

Господи, а все не так плохо еще в моей жизни-то! Кому-то, вон, это чудовище в жены достанется! Вот это полный Армагеддон!

Вслух, конечно, это не произношу.

— Ну, тогда договорились, — я встаю и протягиваю руку Николаю.

— Верю в тебя, Марк! — он улыбается и горячо жмет мою ладонь. — Лике привет!

— Непременно.

Глава 18. «Кто сидел на моем стуле и сдвинул его?!»

Я опаздываю и на подходе к зданию уже почти бегу. Не то что бы я боялась этого зануду, но опять выслушивать его нравоучения у меня желания нет. Смотреть на это невозмутимое лицо и слушать монотонный правильный голос… Бррр! Нет уж, увольте!

Увольте. Увольте, увольте, увольте. А вот фигу! Не увольняет!

Ну, может, месяц-то как-нибудь и выдержу?

Подхожу к кабинету Орлова. Стучусь — тишина. Еще раз стучусь — никто не отвечает. Тогда открываю дверь.

— Здрасьте! Я уже тут! — заглядываю внутрь.