18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Лана Пиратова – Я тебе запрещаю (страница 16)

18

Нет, ее не исправить, похоже. Мне придется сильно постараться.

Но я кажется начинаю понимать, о чем она. Продала себя ради денег на обучение. Не могу сказать, что Михаил ей бы гордился за это. Но.

– Ладно, – устало произношу я. Эта девка отнимает у меня слишком много сил. – На сегодня хватит. Иди в свою временную комнату.

Послушно встает и направляется к двери. Я смотрю в стол, чтобы не смотреть на ее зад. Который я чуть не трахнул тогда.

– Завтрак в семь, – добавляю я, когда она уже открывает дверь. – Поняла?

– Да, – почти шепчет она.

На следующее утро я спускаюсь на кухню уверенный, что Настя еще спит. Наверняка, с пунктуальностью у нее тоже проблемы.

Но каково же мое удивление, когда, зайдя на кухню, я обнаруживаю ее, стоящую спиной ко мне у окна. И это край. На ней короткий топ и низкие шорты, прекрасно открывающие худые плечи, живот и стройные ноги. Утренний стояк и так еще не прошел, а тут такое.

– Доброе утро, – произношу, откашлявшись.

– Ой, – восклицает она так, как будто я напугал ее.

Оборачивается. В руках баночка из-под йогурта.

– А я тут решила до завтрака йогурт съесть. Можно? – спрашивает, облизывая ложку, высунув свой язычок.

Чувствую еще большее напряжение. Надо поторопить с поиском квартиры.

Молча киваю и иду к холодильнику за минералкой.

– Клубничный, – добавляет она и я так и представляю ухмылку на ее лице. – Как девочки любят.

Хватаюсь за ручку холодильника, сжимаю ее до белых костяшек на кулаке.

Глава 16

Настя

Глухой удар ладони о дверь холодильника немного приводит меня в чувство.

В одно движение Рустам оказывается рядом со мной, заставляя меня откинуться назад и усесться на подоконник.

Он хватает меня сзади за шею и буквально сжигает взглядом.

– Любишь клубнику? – шипит он. – Показать тебе, как Я люблю клубнику?

Я не могу произнести ни слова в ответ. У меня дрожат губы и, похоже, он это тоже видит, потому что на его лице скользит злая усмешка.

– Будь осторожна, девочка.

Просовывает коленку мне между ног. Нечаянно опускаю взгляд. О, Боги! Ткань шорт так натянута, что того и гляди треснет ровно по шву. Это на него разговоры о клубнике так действуют?

Рустам дергает меня за шею, заставляя поднять взгляд на его лицо.

– Не провоцируй, – сужает глаза и как будто стрелами проникает в меня. – Пожалеешь.

Потом резко отпускает и выходит из кухни, ударив ладонью о дверной косяк.

Я медленно сползаю с подоконника и трясущимися руками хватаю стакан воды. Выпиваю его залпом. И мне опять страшно.

Я одна. С ним. В его доме.

На завтрак он не приходит. Я тоже почти ничего не ем. Горничная так и убирает со стола нетронутые блюда.

Быстренько убегаю в свою комнату. Сижу на кровати и с опаской слежу за дверью. Вдруг он зайдет. Мне и правда страшно.

Но проходит час, два. Никто не приходит. И только я расслабляюсь, как раздается стук в дверь. Входит тот самый водитель.

– Вот ваш новый телефон, – он кладет на стол аппарат. – Собирайтесь, я отвезу вас на квартиру.

И больше ни слова. Выходит за дверь.

Спорить не с кем, да я и не хочу уже. Поэтому спешно собираю сумку, одеваюсь, беру новый телефон и выхожу из комнаты.

Водитель уже ждет меня. Берет у меня сумку и рукой приглашает идти вперед. Так галантно. Сейчас он ведет себя совсем иначе, чем в первые наши встречи.

Меня привозят в огромную шикарную квартиру, основной плюс которой – близость к университету. Выхожу на балкон и любуюсь видом.

– Рустам Каримович просил передать вам, что телефон прослушивается. Ему не звонить. Он сам вам позвонит, когда надо будет. Всего доброго, – говорит водитель и уходит.

Можно подумать. Звонить ему еще. И что он рассчитывает услышать в моем телефоне? Хорошо, хоть предупредил.

Так проходит неделя. Я практически возвращаюсь к обычной своей жизни, за исключением лишь того, что живу теперь не в комнате на четверых в общежитии, а в отдельной квартире.

Рустам не звонит. Не приходит. Вообще никак не проявляется. И мне даже кажется, что все это розыгрыш. Про отца и какое-то наследство. Но зачем тогда эта квартира?

В субботу одногруппники предлагают отметить начало учебного года и сходить в клуб. Я не любительница подобных заведений, но раз идет вся группа, то мне неловко отказаться. К тому же мой сокурсник Валера очень просит не отрываться от коллектива.

Валера давно оказывает мне знаки внимания. И уже несколько одногруппниц предупредили меня, чтобы я была осторожнее с ним. Что у него не очень хорошая репутация и все такое. Но я ничего такого не замечаю.

Каждый день он провожает меня до дома. Но не лезет с поцелуями и не пытается обнять. На прощание он обычно держит меня за руку, а потом отпускает и ждет, пока я помашу ему в окно, дойдя до квартиры.

И вот в субботу в клубе он впервые целует меня. Как будто нечаянно, в танце. И я невольно сравниваю свои ощущения от этого поцелую с ощущениями от поцелуя Рустама. Мне это не нравится, но это происходит само собой.

Видимо, приняв мое замешательство за молчаливое согласие, Валера целует меня снова. На этот раз сильнее и дольше. Я отталкиваю его.

– Прости, котенок, – шепчет он мне в ухо, – так сложно удержаться рядом с тобой. Ты такая красивая.

И я чувствую, что его рука опускается с талии ниже.

Освобождаюсь от его объятий и говорю:

– Мне пора!

Валера удивленно смотрит на меня.

– Почему? Рано же еще. Давай еще потанцуем.

Притягивает меня к себе и прижимает. И я бедром чувствую его возбужденный член. И от этого понимания мне становится почему-то противно.

– Нет. Мне пора, – говорю уверенно.

– Хорошо, – вздыхает он, – я провожу.

– Не надо. Не стоит. Останься. Тебе же нравится.

– Нет. Мне нравишься ты, – вдруг признается он и опять наклоняется, чтобы поцеловать меня, но я уворачиваюсь и иду на выход.

Он бежит следом, приобнимает меня за плечи.

Мы приезжаем на такси к моему дому.

– Спасибо, что проводил, – говорю я, ожидая, что мы, как обычно, расстанемся у подъезда.

– Черт, Насть, так в туалет захотелось, – вдруг говорит Валера. – Не в кусты же бежать.

Я размышляю недолго. Ну, не бежать же ему в самом деле в кусты.

– Хорошо, пойдем, – киваю.

Мы заходим в квартиру.

– Туалет там, – я рукой показываю направление.