Лана Пиратова – Вредный босс на Новый год (страница 55)
— Нравится? — спрашиваю, обнимая её.
— Ничего не понимаю, — произносит она, продолжая разглядывать букет. — И что это значит?
— А что тут непонятного? Я подарил тебе букет. Тебе раньше не дарили цветы и ты не знаешь, что это значит?
— Дарили, — поднимает на меня взгляд и её слова как укол в грудь.
Ну, сам спросил. Интересно, кто ей дарил? Нет. Не буду на этом зацикливаться.
— Но что это значит в твоём случае, Серов, я не понимаю, — Ева серьёзно смотрит на меня.
Ей точно не до шуток.
— Тебе всё надо объяснять, да? — немного раздражаюсь я. — Сама не понимаешь? Ну, кому цветы дарят?
— Да мало ли кому, Серов! — усмехается она. — На кладбище, вон, тоже цветы носят.
— Блин, Банникова! Ты неисправима! До чего же занудная и вредная! Это! — и киваю на букет в её руках. — Значит лишь одно — что ты теперь моя девушка! Ясно?
— А. Нет уж, Серов, — и она убирает мои руки со своей талии. — Спасибо, но нет. Дважды на одни и те же грабли я не наступлю. Свои фантазии о тройничке с кем-нибудь другим реализуй.
Отступает от меня на шаг и толкает букет мне в грудь.
— Где дверь, знаешь, — и она разворачивается и хочет скрыться от меня за дверью ванной комнаты.
Ну, уж нет!
Отбрасываю букет на кровать и хватаю Банникову.
— Хватит морозиться! — злюсь я и кидаю и её на кровать.
Она вдруг выгибается и бьёт меня по плечам.
— Серов! Дурак! Ты меня на букет положил! Больно же!
Да блять.
Перекатываю и смотрю на смятые цветы. Переворачиваю Еву на живот и задираю майку. Сначала мягко провожу рукой по покрасневшей коже, а потом и губами касаюсь.
И сразу чувствую мурашки.
— Ева, пожалуйста… — шепчу я, касаясь её спины губами. — Нам надо поговорить. Надо.
Опять разворачиваю к себе лицом. Нависаю и смотрю.
— Неужели ты правда думаешь, что я разрешил бы тебе с Огурцовым? — блуждаю серьёзным взглядом по нахмуренному лицу Банниковой. — Правда так думаешь?
— А что я должна думать, Серов? — дёргается из моих рук. — Ты сам в этом участвовал! Ты снял штаны! Если бы я залезла на Огурцова, ты бы…
— Я бы врезал ему, а тебе по жопе надавал! — рычу я и смотрю на неё так строго, как могу. — Я ждал, на каком моменте ты остановишься!
— А если бы я не остановилась?! Что тогда, Серов?!
Рычу теперь уже от бессилия. Отпускаю её и обхватываю ладонями затылок.
Меня на части разрывает и от её вопросов, и от моих ответов!
Что тогда?! Что?!
— Ясно всё с тобой, — вздыхает Ева. — Ничего не изменилось…
— Да хватит одно и то же твердить! — взрываюсь я. — Что тогда сбежала от разговора! Что сейчас!
Смотрю секунду ей в глаза и спрашиваю то, что так мучило меня все эти годы:
— Ты спала с Огурцовым?
Ева зажмуривается. Губы сжимает так, что они превращаются в одну тонкую полоску.
— Ева, ответь мне, — настаиваю я.
Дурак? Ведь знаю уже, что не спала! Но почему хочу услышать именно от неё? Зачем?
— Ева?
А Банникова вдруг распахивает глаза. Смотрит так, как никогда не смотрела. Даже пугает немного этот её незнакомый взгляд.
— А ты с Аллой спал? — спрашивает она, пронзая меня взглядом.
И я понимаю, что ложь здесь не прокатит. Не смогу обмануть её сейчас. Да и она поймёт сразу.
Такое напряжение в комнате, что сразу поймёт.
— Ты с ней спал? — повторяет свой вопрос Ева и я громко выдыхаю.
62. Дай нам шанс…
— Я так и знала… — как-то обессиленно произносит она и закрывает лицо руками.
— Что ты знала? — бурчу недовольно. — Ты знаешь, как мне фигово было тогда?! Ты взяла мои деньги! Что я мог подумать?! Значит, ты и правда… блять, Ева! — бью кулаком в подушку. — Зачем ты деньги взяла?!
— Я не брала, — звучит тихое и я замираю на мгновение.
Резко оборачиваюсь и смотрю на неё.
Она поднимается, садится на кровати, прижавшись спиной к каркасу и поджав коленки к подбородку.
— В смысле? — не понимаю я.
Вернее, понимаю, что идиот, но так нелегко в этом признаться… особенно ей!
— Не брала, — говорит спокойно и переводит взгляд на меня.
— Но как же… мне Алла сказала…
— Ну, вот, и катись к своей Алле, раз она сказала, а ты и поверил! — зло сощуривается. — Катись, Серов!
— Да щаз! — хмыкаю я. — Только выяснять начали! То есть ты бабки не брала?
— Не нужны мне твои деньги! Ясно?! Всё теперь?!
— Нет, не всё, — я хмурюсь и встаю.
Думаю.
Если Ева деньги не брала, то значит… Алла?
— Это она взяла деньги, а мне сказала, что ты, — произношу задумчиво, глядя в стенку. — И поэтому я с ней и переспал. На тебя злился и переспал…
— Знаешь, в чём разница между нами, Серов? — спрашивает Ева и я опять смотрю на неё. — В том, что ты злился и переспал с другой, а я… — пронзительно смотрит мне в глаза и отворачивается.
Дурак!
Ругаю себя мысленно и снова падаю на кровать. Ползу к Еве. Приближаюсь и руками блокирую ей возможность сбежать.
— Ты ведь не спала с Огурцовым? Так? Я знаю, — чуть улыбаюсь. — Хочешь правду?