Лана Пиратова – Твой (не) желанный наследник (страница 4)
Он помогает мне выйти из машины и ведет в здание.
Мы поднимаемся на двадцатый этаж и заходим в президентский номер.
Первое, что бросается в глаза, — панорамные окна. И вид! Какой же тут открывается вид на ночную Москву!
— Нравится? — за спиной раздается голос Мэта.
— Очень, — честно говорю я и оборачиваюсь.
Мэт подает мне бокал. С опаской смотрю на него.
— Выпейте, — говорит он. — Это безалкогольное шампанское. Я не собираюсь вас спаивать.
И я беру бокал из его рук. Пробую. Вкусное.
— Спасибо вам, — говорю тихо, опуская взгляд.
Мне все еще неловко перед ним. Он ведь спас меня.
— За что? — улыбается он. — Любой нормальный человек поступил бы также на моем месте.
— Мне, наверное, пора, — протягиваю ему бокал.
— Жаль, — с грустью произносит он. — Мне опять придется скучать в одиночестве.
— У вас нет друзей здесь?
— Нет, друзей нет. Я здесь не часто бываю. И только по работе.
— У меня тоже особо друзей нет. Одна подруга только. Ольга.
Не знаю, почему, но откровенничаю с ним.
Мэт не сводит с меня глаз. Смотрит как-то слишком серьезно. Я не выдерживаю и отвожу взгляд. Опять смотрю в окно.
— Красивая Москва, правда? — спрашиваю.
— Очень. И девушки тут красивые.
— Да, — соглашаюсь. — Я пойду.
Протягиваю ему бокал с так и не допитым напитком и Мэт обхватывает мои пальцы вокруг бокала.
Опять эти теплые сильные руки.
— Ты очень красивая, Лина, — он называет меня так, как называют близкие люди. — Очень. Я ведь ради тебя в ресторан приехал.
Испуганно поднимаю на него взгляд. Что он говорит?
— Не собирался приезжать, но потом… не смог не приехать. И хорошо, что не опоздал.
Вдруг поправляет мне на плече вторую, целую бретельку.
Мурашки расходятся от этого прикосновения. Но чувство опасности еще не покинуло меня. Поэтому я пытаюсь убрать свою руку из-под его пальцев и сделать шаг в сторону.
А Мэт наоборот, шагает ко мне и пальцами проводит по голой руке.
— Я все это время думал о тебе, Лина. С того самого дня. В лифте. Помнишь?
Киваю.
Надо уйти. Надо. Но сама не понимаю, как, но оказываюсь под влиянием Мэта. Кажется, вся его мужская сила окутывает меня. Лишает воли.
— Не уходи, Лина, — просит он и наклоняется ко мне.
Проводит рукой по спине. Я натягиваюсь как струна, пугаясь этого прикосновения. И мурашки. Опять мурашки предательски выдают меня.
— Ты вся дрожишь? — шепчет Мэт. — Замерзла? Иди, я согрею.
Притягивает к себе. И все, что я могу, это упереться руками в его грудь. И почувствовать, как часто он дышит и как бешено бьется его сердце.
Его дыхание опаляет волосы. Горячее, обжигающее.
Я зажмуриваюсь.
— Ты боишься? — спрашивает мягко он.
— Да, — отвечаю тихо.
Мэт вдруг резко подхватывает меня на руки и несет куда-то. Открываю глаза и испуганно озираюсь по сторонам.
Он кладет меня на кровать. И нависает надо мной.
— У меня давно такого не было, — говорит, проводя рукой мне по волосам. — Я только о тебе и думаю. Хотя не должен…
Склоняет голову, как будто о чем-то задумывается.
— Лина, — опять смотрит на меня, — просто скажи «нет». И я отпущу тебя.
Пристально смотрит мне в глаза.
Нет? Не могу. Не могу сказать это слово, ощущая над собой всю мощь этого мужчины. Чувствуя его запах. Видя этот блеск в глазах.
Он ждет недолго. Легко читает мое замешательство. Улыбается уголком губ. Наклоняется еще ближе и целует. Целует меня!
И я теряюсь в своих ощущениях. Это что-то новое, ранее не испытанное. Его губы, теплые, мягкие. Вроде, и нежные, но и требовательные. Он буквально заставляет меня приоткрыть рот и впустить его язык.
Сильно впивается в мои губы и я слышу слабый хрип, который тонет во мне.
— Лина, — Мэт отрывается и быстро стягивает с себя пиджак. Хватается за пуговицы на рубашке.
— Мэт, я… — шепчу я, не зная, как сказать ему. И надо ли? — Я…
— Лина, ты не сказала «нет», когда я просил, — серьезно произносит он.
— Но я… у меня раньше никогда…
— Я знаю, — улыбается он, не переставая расстегивать рубашку.
И произносит он эти два слова на чистом русском! Он говорит по-русски!
Я приподнимаюсь на локтях. Смотрю на него круглыми глазами.
— Да, Лина, да, я знаю русский, — улыбается Мэт. — Я же русский. Просто живу в Америке. Родители мои туда переехали, когда мне пять было. И зовут меня Матвей. А Мэт — это американский вариант.
В этот момент он снимает с себя рубашку и я отвлекаюсь на это прекрасное тело. Мышцы. Смуглая кожа. Темные волоски. Он идеален.
Трясу головой. Возвращаюсь в реальность
— Но как? Мэт? То есть Матвей… Ведь все думают, что ты не знаешь русский…
— Правильно. Пусть думают. Мне так нужно.
— Подожди… — задумываюсь, хмуря брови, — то есть ты тогда, в лифте… ты все понял?
С укором смотрю на него.
Он кивает, улыбаясь и проводя рукой по моему плечу. Опуская бретельку.