Лана Пиратова – Сделка с боссом (страница 7)
Мне еще звонок надо сделать по делу. И потом… Зина, Зина, Зинаида… Хм… Оригинальное, конечно, имя.
Переговорив по телефону, кладу трубку и слышу звонок в дверь. Смотрюсь в зеркало, поправляю волосы и беру букет. Завожу руку за спину, улыбаюсь и открываю дверь.
И улыбка медленно сходит с моего лица.
– Вы кто? – спрашиваю, опуская руку с букетом.
– Зинаида Кузьминична, – взволнованно произносит милая старушка, стоящая сейчас в дверном проеме. – Мне сказали, в сто восьмую зайти. Вы спрашивали? Что-то случилось? Курьер ничего не привозил. Я проверила еще раз, – она быстро тараторит. Вижу, что волнуется. – Вы скажите, если что, то я быстро исправлю. Или трубы потекли? Сейчас я аварийку вызову. Ребята в девятом доме сидят. Я…
– Погодите, – прошу я и морщусь. От ее трескотни опять голова гудеть начинает. Сжимаю виски и задеваю лицо цветами.
Старушка замолкает.
– Вы Зинаида? – смотрю на нее.
– Зинаида Кузьминична, – кивает быстро.
– Да, то есть Зинаида Кузьминична, – я растерянно киваю. – А вы… вы вчера работали?
Наверное, для старушки мой вопрос звучит глупо, но как еще выяснить-то? Андрей, блять! Убью!
– Вчера? Я?
– Да вы! – срываюсь, но быстро остываю. – Простите. Вы, да. Вы вчера были на смене?
– А что-то случилось?
Блять.
– Вы вчера работали? – уже строже спрашиваю я.
– Нет. Понимаете… тут такое дело… приболела я… подменили меня… Если что случилось, то это не в мою смену… А что случилось?
Ясно, блять. Квест какой-то.
– А кто работал вместо вас?
– Я не знаю. У Сергея надо спросить.
– Это кто еще?
– Начальник наш. Над нами, над консьержами. Главный.
– Где он? – рычу я и старушка вся сжимается прямо.
Блять, напугаю еще.
– Хорошо, идите, – говорю я.
А она часто моргает и того и гляди заревет. Мне только этого не хватало.
– Это вам, – протягиваю ей букет.
Смотрит на меня круглыми глазами.
– Берите!
Берет.
– За что же это?
– За хорошую работу.
– А что случилось-то? Может, помочь чем? Я могу…
– Не надо ничего. Идите, – берусь за ручку двери.
Старушка отступает и я захлопываю дверь.
Да блядство! Такой вечер. Такие планы. И тут эта Зинаида Кузьминична!
Сразу же набираю Андрея.
– Да, Виктор Сергеевич. Все в порядке? – бодрый голос его сейчас особенно раздражает.
– Ты кого, блять, мне привел?
– Зинаиду Кузьминичну, – уже не так бодро произносит Андрей.
– Ты хоть ее данные посмотрел? Какого года рождения она?
– Нет.
– Идиот, – вздыхаю и потираю глаза. Все самому надо. Все самому. – Сергея найди мне. Это начальник их. Живо ко мне пусть. Сам с ним переговорю.
– Понял. Сейчас сделаем.
Невысокий мужчина появляется у меня минут через десять. Тоже смотрит испуганно. Да что с ними? Я похож на монстра?
– Кто вчера тут работал? – спрашиваю сразу же, отпивая еще виски.
– В вашем подъезде? Вчера?
– Да! – рявкаю нетерпеливо. – Тут же другая была на посту. Не Зинаида Кузьминична.
– Таисия вчера была. Таисия Романова, да. А что? Что-то случилось?
– Где она сейчас? В каком доме? Позови ее сюда, – бросаю и отворачиваюсь. Иду в комнату еще за порцией виски.
– А ее нет.
Замираю. Поворачиваю голову.
– Уволилась, – разводит руками мужик. – Вернее, мы ее по статье уволили. Бросила пост, никому не сообщив. Сбежала домой. Никого не предупредила. Вот, сегодня днем как раз оформили все и уволили. Всё. А что случилось-то?
Глава 9. Таисия
Вернувшись домой ночью, я сразу же иду в душ. Мне хочется смыть с себя эту грязь. Сидя в такси, за которое пришлось отдать последние деньги из кошелька, я держалась. Смотрела в окно и очень старалась не расплакаться.
Но стоило войти в душ, как слезы градом полились из моих глаз.
Хорошо, что дед не дома. Уехал в деревню к своему другу.
Я одна в квартире. Стою под теплыми каплями воды и постепенно убавляю градус. Мне хочется замерзнуть. Чтобы дрожь, которая одолевает сейчас мое тело от страха и беспомощности, превратилась бы в дрожь от холода. Так будет легче. Я знаю.
Когда вода становится невыносимо холодной, я обнимаю себя руками. Губы дрожат и зубы не попадают друг на друга. По щекам стекают слезы и я чувствую их вкус на губах.
Мне стыдно смотреть себе туда, но я должна сделать это. Вдруг там рана? Почему до сих пор так больно?
Медленно опускаю взгляд. Зажмуриваюсь и лишь потом, распахнув резко глаза, смотрю на низ живота.
Вода уже смыла следы. Ни крови, ни спермы. И только ноющая боль напоминает о том, что случилось.
Ноющая боль внизу живота. И в сердце. Где-то в груди. Там все рвется. Рвется и мечется словно в агонии.
Как же больно.
Опять зажмуриваюсь и выключаю воду. Потому что стоять под ледяным душем уже невозможно.