Лана Пиратова – Отец подруги. Запретные желания (страница 7)
С этими невеселыми мыслями я оказываюсь в офисе, чтобы получить свои заказы.
— О, Птичкина! Давай шустрее! У тебя сегодня пять заказов, два — в Подмосковье! — поторапливает меня Валентина. — Смотри…
Но не успевает договорить, потому что ее прерывает телефонный звонок.
— Да, — отвечает она. — Слушаю вас.
Я сажусь на стул рядом и терпеливо жду.
— Да, — неуверенно произносит она и многозначительно смотрит на меня. — Страховка? Есть, конечно, не волнуйтесь. Нет-нет, никаких проблем не возникнет. Да, и вам всего хорошего.
Валентина откладывает телефон на стол и, сложив пальцы в замок, несколько секунд просто сидит и смотрит на них. Молчит.
Я продолжаю ждать.
— Мдаааа, — наконец, тянет она и поднимает взгляд на меня. — Что делать-то будем, Птичкина?
Вопросительно смотрю на нее.
— Звонили от клиента, говорят, ты статуэтку какую-то дорогую разбила и теперь хотят возмещение.
Открываю рот от удивления и отчаяния.
— Было? — грозно смотрит на меня Валентина.
Киваю, опустив голову.
— Ну, поздравляю! — восклицает возмущенно Валентина. — Сама понимаешь, страховки у нас нет. Это я так, по телефону напиздила. Ну, какая страховка? Из своего кармана возмещать будешь! Обещали прислать заявление с указанием цены и чек. Подождем. Ну, чего встала? Иди по заказам, Птичкина! Тебе сейчас деньги не помешают!
Поднимаю на нее взгляд и хлопаю глазами. А потом разворачиваюсь и ухожу.
Сколько может стоить эта статуэтка? Блин, вспомнить бы тот вечер! Единственное воспоминание — это то, за чем я застала хозяина кабинета. Ну и его взгляд. До сих пор до дрожи пробирает, как вспомню.
«Ты кокнула статуэтку, о цене которой тебе лучше не знать», — как молнией сверкает в сознании фраза, брошенная тогда мужиком.
Вспомнила!
Но лучше бы не вспоминала…
«О цене которой тебе лучше не знать»… что б это ни значило, ничего хорошего мне не предвещает.
Поздно вечером, развезя все заказы, приезжаю к Лике. Она уже ждет меня.
— А чего такая грустная? — спрашивает.
— Устала просто. Много заказов было, — вру я.
Не хочу еще и этими проблемами ее грузить. Сама буду разбираться. Как? Не представляю пока.
— Лик, я пойду к себе? Устала очень, а завтра с утра лекции, — говорю и чуть улыбаюсь.
— Иди, конечно! Это твоя комната, не надо у меня отпрашиваться! — смеется она. — А я не пойду завтра на лекции! Выспаться хочу! Потом расскажешь, что там будет!
Киваю и иду к себе в комнату.
Она расположена на первом этаже этого огромного дома. Приняв душ и переодевшись в пижаму, я укладываюсь и накрываюсь одеялом с головой. Как будто хочу укрыться от всех этих проблем. В голове ни одной идеи, как возмещать все те убытки, которые разом навалились на меня.
Постепенно начинаю проваливаться в сон. Грустные мысли покидают мою голову. Я расслабляюсь. И вдруг какие-то шорохи.
Сначала даже не обращаю внимания. Может, кажется? Или ветер в окна? Но шорохи не прекращаются, а, наоборот, становятся громче.
Открываю глаза и смотрю в окна, прислушиваясь.
В коридоре явно что-то происходит. Потом раздается тихий смешок.
Лика?
Хмурюсь и еще внимательнее прислушиваюсь. И вдруг щелчок и дверь в мою комнату открывается.
Я замираю и даже не дышу.
Глава 8. Птичка
Так и лежу под одеялом и высунуться боюсь. И тут вдруг слышу тихие голоса. Блииин!
— Николя, здесь? — писклявый женский голосок. — Почему не в твоей спальне?
— А что тебя смущает? — хриплый мужской бас почти шепотом. — Не дотерплю до спальни-то. Давай…
И потом какие-то шорохи и слабое хихикание женщины.
— Николя… ох…
Я лежу и широко раскрытыми глазами пялюсь в темноту под одеялом. Это что, а? Может снится? Да наверняка снится! Потому что…
И рот закрываю ладонью, чтобы не закричать, потому что на мои ноги кто-то наваливается и я отдергиваю их и сжимаюсь вдвое как минимум.
— Николя… ну, погоди… тут что-то… ох, Николя…
— Блять, что за застежки у тебя тут?! — рычит недовольно мужчина. — Темно, не видно нихера.
И мне кажется его голос знакомым. Как будто я уже слышала его где-то. Но где?!
— Так пошли в твою спальню, — хихикает женщина. — Там все увидишь…
— Там рядом Лика спит, — ворчит мужик и я сглатываю.
Он знает Лику.
— Зачем она тут? Она же взрослая уже! — пищит женщина.
— Ты слишком много говоришь, — мужской бас звучит недовольно. — Рот не тем занят. Нахуй твои застежки. Давай-то ртом поработай.
Он кряхтит и опять непонятное шебуршание.
Мамочки. Это что сейчас будет-то? Конечно, я прекрасно понимаю, чем собираются заняться эти двое. Но кто это?! Кто?!
Может, какой-то охранник свою девицу привел? Ужас!
И что теперь делать? Лежать и слушать? Мамочки…
Но, пока я раздумываю, кто-то очень тяжелый плюхается на меня и я не могу сдержать писка. Еще и громко ойкаю и на пару секунд воцаряется тишина. А потом грубое:
— Что за…?
И с меня резко дергают одеяло и врубают свет. Я сажусь и с ужасом смотрю на девицу, стоящую на коленях у кровати, и сидящего на этой же кровати мужика.
— Николя! Кто это?! — девица вскакивает и орет так громко, что уши хочется заткнуть.
— Не ори! — рыкает на нее мужик. — Лику разбудишь.
— Что за девица тут ночует, я спрашиваю?! Ты из-за нее не разрешаешь мне к тебе переезжать?! Что у тебя с ней?! — не унимается девица.
— Рот закрой, я сказал! — мужик тоже встает и грубо хватает за локоть девицу. И тащит ее к двери.
— Николя! Куда?! Но как же?! Я…
Они исчезают за дверью. Я не сразу прихожу в себя. Вскакиваю, поправляя сбившийся топ, и бегу к двери, чтобы закрыть ее. Страшно нереально.