Лана Пиратова – Отец подруги. Запретные желания (страница 52)

Приоткрываю глаза и понимаю, что мы уже в квартире, а Ник захлопывает ногой дверь, не отрываясь от меня ни на секунду.

Сама прекращаю поцелуй.

— Ник… — выдыхаю, проводя ладонью по его щетине. — Это сон?

Он хрипло смеется и трется кончиком носа о мой нос.

— Как же я соскучился, Птичка, — шепчет, обжигая кожу. — Я за тобой приехал. Хватит прятаться.

— За мной? — шепчу в ответ, глядя в любимые черные глаза и дрожа от того, что его рука гладит мое тело.

Я как натянутая струна. Малейшее его касание вызывает во мне бурю эмоций.

— За тобой, — хрипит он и толкает в комнату. — Думала, сможешь от меня спрятаться? Наивная маленькая Птичка.

И опять поцелуй. Опять я как будто отключаюсь.

Встаю на носочки, когда чувствую мурашки на груди от его ладони.

Горячие губы Ника спускаются ниже и ласкают уже мою шею.

Мне все тяжелее понимать реальность происходящего. И поэтому я шепчу, упираясь ему в плечи, и зажмуриваюсь на секунду, чтобы не рассыпаться на кусочки.

— А твоя жена?

Ник тут же замирает. Его губы больше не целуют меня, а рука застыла на груди. Он отрывается от меня и смотрит в глаза.

— У меня нет жены, Птичка, — отвечает, улыбаясь уголком губ. — Только бывшая жена. Бывшая, Птичка.

И снова тянется ко мне губами.

— Я видела, как вы целовались, — быстро говорю, впиваясь в него взглядом. — Сама видела, Ник.

— Мы? С Наташей? Целовались? — хмурится он. — Что за бред?

— Я видела. В твоем кабинете.

Он еще больше хмурится и отводит взгляд. Смотрит в стенку, но как-то очень сосредоточенно. Словно обдумывает что-то.

— Когда это было? — впивается в меня взглядом.

Я называю число. Мне даже стыдно становится, что я так хорошо его запомнила. И я прикусываю губу от досады.

— Это был не я, — как-то грустно улыбается Ник. — У Наташи есть мужчина, Влада. И она улетела с ним. Еще раз: она моя бывшая жена. Бывшая. Понятно?

Его руки крепче сжимают меня.

— Я за тобой приехал. Понимаешь? Я так скучал…

Смотрю ему в глаза и понимаю, что не врет. Ну, не врет он! Но и верить боюсь.

Я теперь знаю, как это больно, — терять его.

— Мне нужна только ты, — продолжает он. — Я приехал.

И меня отпускает. Ну, не может он так искусно врать. Мне кажется, я уже так хорошо знаю его. Не может.

Опускаю взгляд и закрываю глаза. Потому что расплачусь сейчас.

— Почему ты так долго ехал? — вырывается у меня само собой и я легонько стучу ему в грудь кулачком.

Открываю глаза и чувствую слезы на щеках. С трудом сдерживаю всхлип. Надо успокоиться! Что со мной?!

— Не мог, Птичка, — шепчет он, целуя меня в висок. — Просто не мог. Не спрашивай ни о чем. Я здесь. С тобой.

— А Лика? Как Лика? — вспоминаю о подруге, ругая себя, что сразу не спросила.

И поднимаю на него взгляд. Опять моргаю и новые слезы стекают по щекам.

— С ней все хорошо, — отвечает Ник и большим пальцем стирает слезу с моей щеки. — Все хорошо, Птичка. Не надо плакать. Девочка моя.

Наклоняется и поцелуями собирает мои слезы.

— Все хорошо, — повторяет, подхватывая меня на руки. — Я очень соскучился, девочка моя. Ты не представляешь, как. Давай потом все обсудим, хорошо? А то у меня крыша поедет сейчас, — усмехается и целует меня в губы.

Глава 53. Ник

Я крепче вцепляюсь в ее хрупкое тело, чтобы скрыть дрожь своих пальцев.

У меня руки трясутся от того, что я, наконец, спустя столько времени, держу ее. И отпустить боюсь. И оторваться не могу.

Она нужна мне, чтобы жить. Чтобы чувствовать.

Улыбаюсь ее словам, а у самого дикое напряжение в теле.

У меня много вопросов к Владе, но это все потом.

Сейчас я хочу ее. Хочу так, что сводит все внутри. И член ноет. И яйца гудят.

Не было столько. И никого другого не хочу.

Только ее. Мою Птичку.

И она хочет. Вон, как отзывается на поцелуи и пока еще невинные ласки. Обнимает меня. Пальчиками своими по затылку моему скребет. Возбуждая еще больше.

Падаем с ней на кровать и я, не прекращая поцелуя, сразу же начинаю раздевать ее. А когда она оказывается передо мной в одних трусиках, то я не могу сдержаться и несколько секунд просто смотрю на нее. Нависая. И этот мой голодный взгляд, похоже, пугает Владу. Потому что она быстро облизывает губы и закрывает грудь, прижав руки к себе.

— Чего ты, Птичка? — улыбаюсь я, снимая с себя майку и расстегивая джинсы. — Это же я. Я…

Кладу руку ей на живот и веду ее вверх. Просовываю под ее локоть и накрываю грудь.

И довольно улыбаюсь, чувствуя твердый сосок на ладони.

Убираю ее руки и пальцами обхватив мягкий шарик, наклоняюсь и с жадностью и нетерпением вбираю сосок в рот.

Прикрываю глаза от наслаждения, когда он оказывается на моем языке.

Обвожу его, играюсь и посасываю.

— Ник… — до меня доносится стон Птички.

Я ласкаю ее грудь ртом, а рукой лезу в трусики.

Не могу долго сдержаться. Я потом ее всю заласкаю, а сейчас и мне, и ей нужно освобождение. Как глоток воздуха после пыльной бури.

Тихо рычу, обхватывая сосок губами, когда пальцы касаются нежной киски. Я сразу толкаю палец и ощущаю влагу и тепло.

— Ник…

Отрываюсь от груди и опять возвращаюсь к губам Птички. Впиваюсь в них, продолжая пальцами ласкать гладкие складки. Средним пальцем чуть проникаю в дырочку, а подушечкой большого пальца надавливаю на клитор.

— Ник, — выдыхает Птичка мне в губы, чуть отстраняясь, — не могу больше, — и всхлипывает.

Да я сам не могу!

Поэтому просто сдергиваю с нее трусики и раздвигаю ноги. Снимаю все с себя и обхватываю рукой торчащий вверх член.

Наваливаюсь на девчонку и приставляю головку к складкам.