Лана Пиратова – Мишень для эгоиста (страница 63)
- Стой! – он хватает меня сзади, разворачивает к себе. – Цветы забыла.
Сует мне букет.
- Спасибо, - мило улыбаюсь. Думаю несколько секунд и чмокаю его в щеку.
И пока он не опомнился, забегаю в подъезд.
26. Тигран
Ну, что с ней делать? Она как ребус, у которого нет решения. Нет его. Просто потому что где-то ошибка, сбой и правильного ответа не будет. Хоть тресни.
Пять дней я пытался выкинуть ее из головы. Честно пытался. Ее отец говорил здравые вещи. Все так. И не так. Не могу без нее. Даже с таким папой.
Я, конечно, давно навел о нем справки. Такой ярый борец за справедливость. И взгляд соответствующий. Прямолинейный. В общем-то, неплохой мужик. Жаль только, что папа Анечки.
Угрожает, вон. И ведь может исполнить угрозу.
Испугался ли я? Нет, конечно. Но его слова впервые заставили меня задуматься о моем отношении к Ане. Он прав – она как цветок.
Не получается у меня не думать о ней. Не получается.
В один из дней плюнул на все эти заморочки и помчался к ее университету. Просто сидел в машине и ждал. А вдруг она выйдет? Вдруг она здесь?
И как чувствовал. Сердце замерло, когда из дверей вышла знакомая фигурка. Я даже испугался. Своей реакции испугался.
А Анечка… Анечка была счастлива. Так мне показалось. Заливисто смеялась с какой-то подружкой. Заправляла волосы за ушко. И я вспомнил, как сам делал также.
И опять она была в платье.
И у меня сразу же дискомфорт в штанах.
Да. Я хочу ее. Хочу так, что мозги закипают, а в паху больно.
Но почему не могу получить то же самое с другими? Просто взять и набрать любой номер. Сама приедет и все сделает. И мозг не будет ломать. И бегать не придется. Сама без уговоров раздвинет ноги.
А не хочу. Не хочу никого. От одной мысли, что подо мной окажется кто-то другой, а не Анечка, член становится мягче. Просто не хочу.
Вот ее хочу. Эту вредину в коротеньком платьице с золотыми волосами. Эту упрямую девчонку, которая столько вреда мне причинила. Ее хочу.
Понимаю ведь, что она моя. Уже моя. И все равно ломает. Такое состояние. Вроде, и ахуенно, что эта девочка моя, но в то же время и херово. Потому что страшно. Страшно. А чего, и сам не знаю.
Наверное, потому что понимаю, что не получится с ней как со всеми. Не получится просто переспать и через время забыть.
И не из-за строгого папы. Нет. Я и сам бы до этого дошел. Позже, но дошел бы.
Надо было принять решение. Самому. Без давления и без нее.
Я честно пытался понять, почему все так? И не мог. Не мог. Это не поддавалось разумному объяснению. Впервые мои рассуждения натыкались на что-то непонятное. На обычное «хочу». Такое простое. И такое сильное.
А еще все усугубляло осознание того, что папа там уже подсуетился. Нашел «достойного». И ведь не будет медлить. В этом я был уверен.
Поэтому я принял решение.
Когда сегодня я, наконец, коснулся этих сладких губ, после стольких дней голода, я думал, у меня крышу снесет. И она ведь отвечала мне! Моя маленькая девочка тоже соскучилась. Я чувствовал это по дрожи ее тела и по тому, как она сладко открывала свой ротик для меня.
Я даже расслабился. Вот она – моя. В моих руках.
И опять ошибся. Не бывает так с Анечкой. Не бывает.
Опять убежала.
Ну ладно, пусть думает, что выиграла и на этот раз. Захотел бы – сейчас бы уже стонала подо мной. Но пусть поиграется немного еще. Тем слаще будет наказание. А оно будет, Анечка. Ох, будет.
Усмехнувшись ее ребячеству, еду домой. И опять как-то одиноко. Вот была бы здесь Анечка, и все было бы по-другому. Нужна она мне. Здесь нужна.
Осталось папу в этом убедить. С Аней и так все ясно.
«Анечка», - набираю короткое сообщение и жду. Как подросток жду ответа.
Черт. Маленькая стерва. Ведь знает, как завожусь от этого.
«Надеюсь, это последняя ночь, которую мы проводим не вместе. Ань, не могу без тебя. Правда».
Жду то же самое услышать в ответ. Очень жду.
Язва.
И злюсь на нее, но и улыбаюсь одновременно.
«Клянусь отработать каждую ночь. Включи камеру?» - отвечаю я и устраиваюсь поудобнее в предвкушении увидеть голенькую Анечку.
Ну, хорошо, не голенькую, но в сексуальной пижамке.
Несколько секунд ожидания. Мелькание на экране.
Включает!
Вглядываюсь.
Да, блять.
На экране фотография Никиты Евгеньевича в парадной форме.
«Ань, что это?» - пишу раздраженно.
«Знаешь, что я с тобой сделаю?!» - набираю тут же, но сообщение уже не доходит до адресата. Быстро звоню – телефон отключен.
Все-таки, стерва.
Поворачиваюсь на бок и бью подушку. Ну, погоди.
На следующий день твердо решаю не ждать, пока Аня что-то там сама расскажет. Вечером же поеду к ним домой.
Пусть папа делает, что хочет, а не отдам Анечку. Никому не отдам. Заберу себе и не отдам больше.
Такой позитивный настрой с утра портит лишь одно.
Ближе к обеду Илона сообщает мне, что пришел Дима. Мой приятель и старший брат Игорька. Но что ему надо? Это не очень похоже на дружеский визит. И вскоре я понимаю, что не ошибся.
- Здорово, Тигран, - мы жмем друг другу руки.
- Здорово, какими судьбами? – показываю ему на кресло напротив. Он плюхается.
- Выпить есть что у тебя?
Достаю из бара бутылку и наливаю ему.
- А себе? – удивленно смотрит на меня Дима.
- Нет, Дим, прости. Не могу. Важная встреча сегодня.
Еще не хватало, чтобы Никита Евгеньевич унюхал алкоголь. Боюсь его больше чем отца в пятнадцать лет.