Лана Новак – (Не) согреши (страница 7)
Прожектор светил на определенную точку на сцене. Именно туда, где должна стоять победительница. Так приказали сделать осветителю. И сказали пустить конфетти после речи победительницы. Прямо над ней. Речь показалась ему скучной, поэтому он даже прикрыл глаза и немного задремал. Совсем чуть-чуть.
– А вот и вторая победительница вышла поздравить занявшую первое место! – весело объявил ведущий, не подозревающий, какая сцена сейчас развернётся.
Кристина подошла ближе, мило улыбнулась подруге, а после команды в своей голове:
– Это моё место! – визжала завистница, а Линдси пыталась отбиться от неё. – Ты не можешь быть на первом месте!
Кристина небрежно толкнула Линдси в сторону и встала под свет софитов. На место победителя. Зависть плотной шторой накрыла её разум, пути назад уже не было. И вот уже на неё смотрела из зала ошарашенная толпа. Муж в первом ряду. А Кристина просто наплевала на всё и надела диадему победителя. Теперь всё на своих местах. Кроме её лица…
Техник-осветитель сегодня не выспался. И прикрыл глаза. На секунду. По неловкой случайности облокотился на трос, держащий один из софитов. Днём ранее уже совсем другой человек закрепил его по новой системе, покрепче, как ему казалось. А по сути – одно неловкое движение, и узел развязался. Развязался и потянул софит с проводами вниз. Тот натянулся на уровне чуть выше метра над землёй и по инерции с огромной силой качнулся как раз туда, где стояла Кристина. Ровно на уровне её лица. Стремительно налетел на неё, пока она примеряла чужой символ победы, и снёс ей всё лицо до ушей, оставив на месте лица кровавую кашу. Провода с треском порвались, прожектор упал на пол, оставив вмятину на сцене, а куски губ модели оказались на пиджаке впечатлительного ведущего.
Всего секунда, и атмосфера в зале сменилась с шока от действий модели на крики ужаса. Кого-то в первых рядах даже стошнило. Ведущий же рухнул в обморок, оставив на своём пиджаке красные брызги.
…Мейхор появился ровно в тот момент, когда Ада начинала восторженно хлопать в ладоши от радости после содеянного. Её план оказался выполнен идеально. Жертва демоницы упала в ту же сторону, куда улетел прожектор. В зале и на сцене царила паника, а Ада, счастливо улыбаясь, подняла глаза на появившегося демона. Самого младшего из трёх братьев. Трёх сыновей Сатаны.
Мейхор посмотрел на изуродованное тело хладнокровно, но, казалось, на лице промелькнула тень сожаления. Кровь залила светлые кудри модели, а тело лежало без единого признака жизни. Во всяком случае, она не мучилась.
– Ты видел, как я всё придумала? – восторгалась Ада, но одобрения на лице дяди не увидела.
– Ты очень жестоко выполняешь свою работу. Даже Астропи всё делает быстро и просто, без лишних мучений.
– Мои жертвы не мучаются. – Пожала плечами Ада, гордо фыркнув. – Просто умирают интереснее, чем большинство остальных людей.
Мейхор начал проводить ладонью над телом девушки. Стандартный ритуал изъятия души в параллельный мир.
Ада даже нахмурилась от столь серьёзного выражения лица демона. Хотя по меркам ада, он был самым младшим (не достиг и четырёхсот лет), по человеческим меркам Мейхор был старше своих братьев. На момент смерти ему было двадцать пять лет, в то время как Астропи было всего девятнадцать. Но в мире демонов Мейхор был, по сути, новичком, и в нём всё ещё оставалось слишком много человеческого. Например, стандартная температура тела, смуглая кожа и грустные карие глаза. Либо это было уже влиянием греха уныния, выпавшего третьему из названых братьев.
– Не говори, что ты её жалеешь. Твой грех зависти сожрал её изнутри.
– Я знаю, – спокойно отозвался Мейхор, вытаскивая из тела душу на уровень глаз.
– Когда я заглянула к ней внутрь, не увидела ничего не очернённого этим грехом, – продолжала убеждать его Ада.
– И это мне известно, – ответил Мейхор, а когда душа растворилась вовне, перевёл тоскливый взгляд на племянницу. – Меня расстраивает лишь то, что от матери в тебе не осталось ничего. Ничего человеческого.
– Именно поэтому меня так и ценят! – гордо объявила девушка. Его слова никак её не задели. – Тебе смелости не хватит такое провернуть. Хоть кто-то должен отвечать за необычную смерть. О чём этим любопытным людишкам писать в своих газетах и показывать по телевизору?
– Просто я думал, ты всё-таки останешься наполовину человеком. Но ты оказалась полноценным демоном, которому от отца перешла любовь к играм со своей жертвой.
– И что было бы хорошего, будь я человеком?
– Ты бы не получала такое удовольствие от чужой смерти, – разочарованно ответил на это демон.
– Это совсем не плюс. Ты явно делаешь свою работу без удовольствия, что в этом хорошего?
Мейхор посмотрел на неё привычным печальным взглядом. Даже речь его была медленной, растянутой. Ада прекрасно понимала, что грехи, которыми владеют демоны, действительно оставляют на каждом из них сильный отпечаток.
Мейхор всегда с грустью смотрел на работу, которую приходилось выполнять ему с братьями. И, честно говоря, он завидовал энтузиазму Тромери. Уныние и зависть…
Тромери чаще бывал весел, что помогало ему заигрывать со своими жертвами и сводить их в могилу собственноручно. Когда он не злился, если что-то шло не по плану. А не злиться ему всегда было крайне сложно. Гнев и похоть.
Астропи безумно гордился званием первого сына Сатаны и не упускал возможности блеснуть знаниями в любой из сфер. И имел личную выгоду в любом вопросе. Без этого он редко брался делать хоть что-то. Лишь чревоугодие не оставило своего отпечатка, поскольку в пище демоны не нуждались. Гордыня, алчность и чревоугодие.
Ада вдруг осознала все эти очевидные выводы, поэтому просто улыбнулась демону.
– Знаешь, думаю, при жизни ты был очень красивым.
– Я не сильно изменился после смерти, – ответил он с лёгкой улыбкой, в то время как вокруг них ходили люди, дожидающиеся скорой для погибшей по случайному стечению обстоятельств модели. Без обмороков в зале тоже не обошлось.
– Расскажи, каким ты был?
– Расскажу, только не здесь.
– Домой?
– На природу, – улыбнулся ей Мейхор, после чего взял племянницу за руку, и уже через мгновение они оба оказались в зелёном лесу с едва заметными тропинками. Ада сразу вспомнила, как Тромери переносил её в ячменное золотое поле. Видимо, сидеть в другом мире им порядком надоедает, вот каждый и нашёл себе любимое место на земле. Жаль только, что ей вряд ли доведётся узнать, где обитает Астропи, когда хочет отвлечься от демонических проблем.
– Почему именно это место? – спросила Ада, когда Мейхор повёл её глубже в лес, где царила полная тишина. Даже никаких мелких животных не было слышно.
– Здесь я когда-то жил, – ответил ей Мейхор. – Со своей семьёй и подданными.
– У тебя были слуги? – удивлённо спросила девушка. Демон лениво улыбнулся.
– Какое-то время. Я жил в богатой семье, пока в начале войны во Франции не покинул свой дом.
– Так мы ещё и во Франции? Не знала, что ты родом отсюда.
– Ты раньше и не интересовалась нашим происхождением. Лишь нынешними силами.
– Не упрекай меня за это. Просто у меня были другие интересы.
– Это не упрёк, что ты, – ободряюще улыбнулся ей Мейхор, хоть это и далось ему через силу. – Просто я сам немного удивлён твоему интересу.
– Итак, ты жил в доме со слугами. Явно был из уважаемой семьи аристократов, – начала перечислять Ада. – Но сбежал, когда началась война. Ты не хотел служить?
– Я не хотел оставаться в этом месте и провести в нём всю жизнь, – ответил ей демон. – На войну меня бы не забрали из-за статуса. Но я просто не мог оставаться здесь. Хотя и понимаю, что поступил ужасно, сбежав отсюда и отправившись бродить.
– Сколько тебе было лет, когда ты покинул этот дом?
– Двадцать, – ответил он с лёгкой улыбкой, навеянной давними воспоминаниями. Он старался как можно чаще вспоминать свою прошлую жизнь вплоть до мелочей, чтобы с годами ничего не упустить. Чтобы хоть немного ощущать себя живым. Человеком.
– Пять лет ты просто скитался, до того, как тебя нашёл… Он?
– Именно, – подтвердил демон.
– В то время ведь рано женились, да? У тебя уже была семья? Поэтому ты жалеешь, что оставил их?
– Это Астропи научил тебя так тонко чувствовать едва уловимые эмоции? – спросил её Мейхор с прежней натянутой улыбкой.
– Он много чему меня научил, – не стала отрицать Ада, в то время как они подошли к высокому дому, больше напоминающему небольшой замок, чем жилое помещение.
– Именно здесь я и жил первые двадцать лет своей жизни, – сказал Мейхор теперь уже с откровенной тоской в голосе. Вместе с племянницей они легко миновали тонкий забор и крупные старинные двери, просто проходя их насквозь. Дом изнутри разрушался, но, поскольку оба демона так и оставались в промежуточном мире, никакого веса и давления на старые полы они не оказывали.
– Вау… – протянула Ада, когда они шли по тёмному коридору с резными колоннами и портретами целой династии. – Это всё твои родственники?
– Почти. Некоторых на стены не вешали, – ответил ей демон, пока девушка шла рядом с ним и рассматривала портреты мужчин, женщин и детей. Кто-то был изображён один, а кто-то вместе с жёнами и детьми, но все выглядели очень статно – в дорогих платьях и с красивыми причёсками. Ада рассматривала каждый портрет, пока наконец не нашла то лицо, которое искала.