Лана Мур – Любить сложно, не любить невозможно (страница 4)

Раджит услышал шум автомобильного мотора и, выглянув в окно, поморщился — он узнал машину семьи Прамара и знал, кто решил приехать в столь поздний час, да еще и на окраину города. Абхилаша. С тех пор, как его, успешного журналиста, пригласили в колледж прочитать курс лекций, девушка стала его преследовать. Она пробралась на работу, а сейчас вот, заявилась домой. Но у Раджита не было ни малейшего желания связываться с избалованной и капризной девицей из богатой семьи. Он осмотрелся: раскрытый рюкзак лежал в кресле, свешивалось с подлокотника наполовину вытащенное полотенце, на столе стояла чашка с недопитым чаем и лампа, абажур которой был обклеен разноцветными стикерами, а через приоткрытую в спальню дверь виднелась разворошенная кровать и сброшенные прямо на пол джинсы. Сам же он, после душа был еще в обернутом вокруг бедер полотенце. Мысль одеться и принять гостью в приличном виде, после небольшого раздумья, была решительно отметена. «Она не предупредила заранее о своем визите, а у себя дома имею право ходить хоть голым», — подумал Раджит и услышал резкий стук в дверь.

Солнце уже скрылось за горами, тусклая лампочка над дверями едва рассеивала ночную тьму, и Абхилаша зябко передернула плечами, косясь на темнеющий невдалеке лес. «И почему он живет черте где, а не в центре?» — думала она, переступая с ноги на ногу — девушке не нравилась дикая природа, зеленой траве и проваливающейся под каблуками земле, Абхи предпочитала мощеные улицы и огороженные бордюрами клумбы. Адрес Раджита она узнала в редакции газеты, там же узнала и про его нынешнее задание. Дверь скрипнула, Абхилаша, перестав осматривать окрестности, повернулась на звук и онемела — в нешироком проеме стоял почти обнаженный мужчина. Девушка жадными глазами ощупывала контуры его торса, очерченные ярким светом, находящихся за спиной Раджита и невидимых Абхилаше светильников, лицо же репортера оставалось в тени. Слегка изогнувшись, Раджит оперся плечом о косяк, а рукой придерживал дверь, преграждая гостье дорогу и наблюдая, как она, нервно облизывая губы, скользит взглядом по проступающим под кожей мышцам, задержавшись на узле полотенца в самом низу плоского живота с темной дорожкой поднимающейся к впадинке пупка. Своим видом он надеялся смутить гостью и заставить ее уйти, но, кажется, добился обратного эффекта.

— Мисс Прамара, вы что-то хотели? — сверкнув белоснежной улыбкой, спросил Раджит.

— Я могу войти? У меня есть несколько вопросов, — ответила Абхилаша, стараясь заглянуть внутрь дома, но Раджит плотнее прикрыл дверь, от чего под смуглой кожей перекатились мышцы, притягивая взгляд Абхи.

— Как порядочный мужчина, я не могу принимать вас так поздно и ставить под сомнение репутацию девушки из благородной семьи, — глаза Раджита ехидно поблескивали в полумраке. — Кстати, как вы узнали, где я живу?

— У меня свои источники, — загадочно сказала Абхилаша и отбросила за спину длинную прядь, слегка сдвигая дупатту и приоткрывая шею и ключицу. — Так же, я знаю, что вы собираете информацию о новом начальнике полиции, а мне дали задание сделать доклад об интересных жителях нашего города. Я надеялась на вашу помощь.

«Слишком много знаешь, дорогуша», — подумал Раджит.

— Почему же не хотите написать о своем отце? — спросил он гостью. — Вряд ли в городе найдется более значимый человек. В любом случае, я не застал новичка дома.

— Не значимый, а интересный, — поправила журналиста Абхи. — Кто может быть более интересным, чем приезжий, ведь о нем еще никто ничего не знает, — мечтательно произнесла она, продолжая рассматривать торс и голые икры Раджита, и порядком раздражая его. — Так, вы знаете где он живет? Наверняка сделали фото! Покажите! — Абхилаша сделала шаг к Раджиту, а тот от нее отстранился. Слова девушки напомнили о другой — о незнакомке с закрытым лицо и янтарными глазами, слишком красивыми и слишком светлыми для простой служанки. «А если она не служанка, то кто тогда?» — думал он, и воспоминания о том, как девчонка умудрилась его отшить, вновь вызывали злость.

— Нет, я не сделал фото, — резче, чем хотел, ответил Раджит. — Не видел смысла фотографировать здание без обитателей. В любом случае, сейчас уже слишком поздно. Мне завтра на работу, а вам — в колледж. К тому же, холодает, я не хочу чтобы вы замерзли. Доброй ночи. Провожать не буду, — взмахом руки он указал на полотенце и еще больше прикрыл дверь.

Абхилаше ничего не осталось, кроме как, вернуться к машине. Девушка развернулась, чтобы уйти.

— Всего хорошего, — услышала она за спиной, а следом за этим последовал звук закрываемой двери.

Глава 6. Первые столкновения

Утром Самайра проснулась, когда выглянувшее из-за гор солнце позолотило подушку сквозь сверкающее чистотой незанавешенное окно, а оглушительное пение птиц прогнало остатки дремы. Под противомоскитным пологом стало жарко, и Майра, соскочив с новой сосновой кровати, направилась в ванную. Посмотрев на мраморную чашу, глубоко вздохнула — очень хотелось понежиться в теплой воде и ароматной пене, но время поджимало.

Она надела любимые черные джинсы, майку и спустилась к завтраку. Там у небольшого столика сидел Ранбир и уплетал бутерброд с сыром, в другой руке у него была чашка черного чая со сливками, а перед глазами лежала местная газета. Когда Майра плюхнулась на соседний стул, он поднял на нее глаза и неодобрительно покачал головой.

— Сегодня твой первый день в колледже. Могла бы одеться, как все нормальные девушки, а не как парень.

— Мне нравится моя одежда, и я буду ее носить. А если я тебя не устраиваю, то женись, и пусть жена выполняет все твои прихоти, — Майра показала брату язык.

— Умгу, — согласился Ранбир, откусывая едва не половину бутерброда. — Осталось только найти ту, которая смирится с некоторыми моими странностями, например, гулять по ночам, — его глаза хитро сверкнули, по губам скользнула еле заметная усмешка, ногти удлинились и заострились, а из горла вырвалось полушипение, полурык. Сестра ответила тем же.

— Дети, не ссорьтесь, — попросил Сахель, накладывая на тарелки молодых хозяев тонкие, прихваченные до хрустящей корочки кусочки истекающего соком мяса.

— А мы и не ссоримся, просто, поздоровались, — заверила его Майра, набрасываясь на угощение. — Как я доберусь до колледжа? — на этот раз у брата, спросила она и отпила молока.

— Пока не привезут твой байк — на автобусе. Кстати, я сегодня поеду с тобой. Пойдем, а то опоздаем, — посмотрев на часы и вытирая губы салфеткой, сказал Ранбир.

Вставая из-за стола, Майра допила молоко, с чувством облизнулась и, подхватив рюкзак, выбежала на улицу. Вскоре появился Ранбир, и брат с сестрой пошли к городу по пересекающей лес тропинке.

— Вернешься из колледжа, не болтайся по окрестностям, займись чем-нибудь дома. В выходные я тебе сам все покажу, — по дороге говорил Ранбир, а Майра, щурясь на утреннее солнце, смотрела по сторонам и наблюдала за перелетающими с ветки на ветку птицами.

Раджит тоже поднялся рано. Вчера — было вчера, а сегодня начался новый день. Репортер выбросил из головы обеих девчонок, одна из которых хотела проникнуть в его дом, а вторая выставила из своего, и стал поспешно собираться в управление полиции, ведь статья про нового начальника так и не была написана. Как ни странно, но ночью озарение на журналиста не снизошло.

«Раз не пришло само, будем доставать», — решил Раджит и, застегивая пуговицы бледно-голубой рубашки, направился к двери, по пути допив остывший чай. Теперь на столе стояли уже две чашки. Вообще, он предпочитал более неформальный стиль в одежде — джинсы, футболки, но сейчас шел в официальное учреждение, поэтому и оделся соответственно. Захлопнув за собой дверь, провел пальцами по густым волосам, убирая с глаз челку, надел шлем и, оседлав байк, поехал к центру города.

Добравшись до Управления, Раджит, как частый гость, по-свойски открыл дверь и вошел. Дежурные встретили его очень радушно — журналист не раз писал о них очерки — но, узнав о цели визита, помрачнели.

— Господин Сисодия с утра заперся в кабинете, изучает текущие дела и заслушивает личный состав. Не думаю, что он согласится принять вас, — сказал один, мрачно глянув в направлении кабинета начальника. Он посмотрел на озадаченного журналиста, вспомнил, что тот упоминал его в недавней статье об успешно проведенной операции по поимке банды воров, и продолжил. — Но можете поговорить с его заместителем — Викрамом Прамара, вы же его знаете.

Да, Раджит знал. Именно благодаря Викраму и содействию его отца, предыдущего шефа отправили на заслуженный отдых, хоть он прекрасно справлялся с обязанностями и не тяготился налагаемой должностью ответственностью.

— О.К. Поговорю с ним, — согласился Раджит. «Только, все сказанное придется делить на десять», — подумал он, следуя за полицейским к кабинету зама.

— Я должен написать для газеты о новом человеке в нашем городе и поскольку сам господин Сисодия недоступен, очень надеюсь на твою помощь, — сделал вступление журналист после того, как о нем доложили, разрешили войти, и они с Викрамом дружески пожали друг другу руки.

— Присаживайся, — сказал Викрам, указывая на стул. — Чем смогу, помогу, но я сам мало что знаю. Назначение стало для меня неожиданностью. А его, — он кивнул в сторону кабинета начальника, — не назовешь самым общительным человеком. Как пришел, почти сразу затребовал все дела и сидит над ними. Спрашивай, что тебя интересует. А ты, — обратился к подчиненному, — принеси нам чай, — Викрам вопросительно посмотрела на гостя.