Лана Морриган – Шпилькой по хамству (страница 29)

— И что, ты никогда не смотрел русалочку? — слышалось сквозь сон.

— Нет, я читал, но там был другой конец у сказки.

— Какой?

— Нууу, — последовала тишина и я опять начала проваливаться в сон, — Русалочка не осталась с принцем, он любил другую. Сестры пытались спасти Русалочку и заключили сделку с Ведьмой, она дала им нож, которым надо было убить принца. — послышался испуганный Лерин вздох. — Но Русалочка любила принца и не смогла этого сделать. Он женился на другой, а она превратилась в морскую пену. Вот так было в книге.

Окончательно проснувшись от сказки, накинув халат, и вышла в коридор. Яр с Лерой сидя на диване, ели хлопья и смотрели мультфильм.

— А спящую красавицу ты смотрел?

— Нет, но тоже есть другой вариант этой сказки. Хотя, тебе рано еще знать его.

— Что, там кого-то убивают?

— Не совсем… — сквозь смех произнес Смирнов.

— Эй, — пришлось обнаружить свое присутствие, — ей и предыдущий вариант Русалочки рано было знать, — сев на диван, таскала кукурузные хлопья из тарелки. — Вы бы хоть молоком залили.

— Нет молока, мам. А Ярослав готовить не умеет, я просила кашу.

— Это была наша тайна… — шикнул на Леру Яр.

— Да какая уж тут тайна, — смеялась глядя на хлопья, — сейчас приготовлю завтрак.

— Мам, а мы правда поедем смотреть настоящий замок принцессы?

— Поедем, — перебил меня Смирнов, — только чуть позже.

— Что ты ей наговорил? — тащила за руку Яра на кухню. — Смотри мультик, я тебя скоро позову, — крикнула Лере.

— Почему сразу наговорил? — возмущенно спросил Яр. — Ты же документы на паспорт подала?

— Да, к концу недели будет готов…

— Отлично, — притянув меня к себе, скользнув руками под халат, нежно поглаживал спину, — и что тогда ворчишь? Дальше я сам. Кстати, ты на следующие выходные ко мне летишь, я с Андреем уже договорился Леру оставить. Билеты на почту скинул, — обезоруживающе улыбался.

— Банда, мафия! — возмущаясь, пыталась вырваться из рук.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Он мне обещал и вещи ваши собрать.

— Какие вещи, я сама могу собрать чемодан…

— Машуль, я вполне серьезно спрашиваю, давай подумаем о переезде, ты сама не устала от постоянных мотаний? — не прекращая поглаживать шептал на ухо.

Меня обдало горячей волной:

— Я…я не могу…мы, — невнятно бормотала, — нам надо поговорить, — меня не слушали и покусывали за мочку. — Я серьезно, Яр.

— Поговорим, раз серьезно, — смеялся на ухо. — Ты пока свыкайся с мыслью, а потом поговорим.

Глава 14

Вся жизнь свелась к ожиданию пятницы и это уже был не простой крайний рабочий день, а возможность встретиться с дорогим мне человеком. Потребность росла каждый день, каждую минуту…крепко обнять, прижаться к груди и вдыхать ставший родным аромат, невесомо целовать губы, жадно проникая, покусывая и нежно лаская языком, гладить руками упругие мышцы спины, плеч…да хотя бы, находиться рядом, впитывая тепло.

Ожидая, когда Яр закончит работать в кабинете валялась с телефоном в руках и листала соцсети. Было обидно тратить время, до отлета осталось несколько часов, а я была тут, разглядывала очередные отпускные фото своих знакомых. Где они были около моря, с обезьянкой в парке, под каждой пальмой и кустом, и куда же без солнца на ладони… Посмотрев на часы, поняла, что занималась этим пустым делом битый час. Черт! Сегодня же пятнадцатое, судорожно считая про себя дни, загибая их на пальцах, и пересчитывая еще пару раз уже по календарю, насчитала недельную задержку. И как я могла так забыть, чертовы таблетки. Найдя нужный номер ждала ответа, Мама Лена отвечать не торопилась:

— Да, Марусь.

— Привет, Мам Лен. У меня тут такое дело… — морально подготовилась выслушать лекцию о своей безответственности.

— Что случилось? — на заднем фоне слышались детские визги и плеск воды.

— Обещай, что не будешь ругаться? — просила с мольбой в голосе.

— Ты опять бросила пить таблетки? Да?! — чуть с нажимом спрашивала меня. — Маша, сколько раз я тебе говорила, это не шутки, это твое здоровье. Нельзя тебе без них.

Я кивала головой в знак согласия, осознав, что она меня не видит, сказала:

— Я все понимаю. Но замоталась. Да! Знаю, что это не оправдание, — набравшись смелости выдала. — Вторая неделя задержки, просто цикл сместился…перелеты…я только сейчас вспомнила. Со сборами и поездками недели три как таблетки не пью, — старалась оправдаться.

— Боли не появились?

— Нет, все хорошо, если можно так сказать.

— Так, в понедельник ко мне на осмотр, анализы сдашь, мазки, УЗИ сделаем- время пришло. И потом посмотрим, продолжим ли перерыв или начнем курс заново, — я внимательно слушала, разглядывая рисунок на паркете. — Ты поняла?

— Да, в понедельник УЗИ и анализы.

— Машуль, я давно хотела с тобой поговорить, но все не находила нужного момента и разговор- то не телефонный. Мы с папой видим, что у вас с Ярославом все стабильно… — Мама Лена тщательно подбирая слова пыталась донести мне те же мысли, что и Лёлька когда-то на кухне. Я же малодушно откладывала разговор, и каждый раз находила повод его не заводить.

— Я с ним поговорю в ближайшее время, — резко оборвала, в этот момент мне не было стыдно за подобный тон. Больше я боялась реакции Смирнова. — Спасибо за заботу, прилетаю ночью, отзвонюсь. Всех целую.

Отключив вызов, вздохнула с облегчением. Но не стоит расслабляться, в понедельник получу по полной на орехи, за свою расхлябанность.

Потеряв всякое терпение, собралась вызволять Смирнова из цепких лап рабочего воскресенья, направилась в сторону кабинета. И так видимся раз в неделю, и это в лучшем случае! Яр стоял опираясь плечом на стену и внимательно смотрел на меня.

— А я шла спасать тебя от работы, — протянув к нему руки, попыталась обнять. Он стряхнул мои руки и отступил на шаг. — Что-то случилось? — спросила с непониманием.

Лицо Яра отражало брезгливость, он смотрел на меня, как на червя в своей тарелке:

— Это не мой ребенок! — выплюнул мне в лицо.

— Какой ребенок?!

— Я слышал твой разговор. Это НЕ мой ребенок, — со злостью повторил.

— Да, что ты заладил, какой ребенок? — меня начинало потрясывать.

— Не строй из себя дуру, — рявкнул на меня. — Задержка, УЗИ, таблетки… — сбивчиво стал перечислять.

Я начинала понимать его логическую цепочку, второй половины разговора он же не слышал. Меня разобрало на смех, истерический смех. Он отрицает причастность к моей мифической беременности, теперь становится все на свои места.

— А не запоздалые ли заявления, для человека, который никогда не предохранялся и не интересовался, предохраняюсь ли я, отрицать отцовство? — нервный смех не прекращался и он смотрел на меня с нескрываемым презрением. Я совершила вторую попытку приблизиться к нему и попытаться все объяснить

Смирнов отошел от меня еще на два шага, в этот момент, он меня по настоящему пугал: кулаки были сжаты, лицо напряжено и взгляд полон ненависти. Глядя ему в лицо, я не могла поверить, что тот человек, который строил планы на наше совместное будущее стоял сейчас передо мной.

— Значит так, — выдавил из себя Смирнов. — Сейчас, я вызываю такси, ты берешь свой чемодан и едешь на все четыре стороны. Все претензии по поводу отцовства будут приниматься моим адвокатом. Заранее советую подготовиться к тому, что получишь с меня только… — сдержавшись, закончил, — ничего. Абсолютный ноль!

После подобного монолога захотелось присесть, прямо на пол гостиной, ноги были ватными в ушах шумела кровь. Столько ненависти и презрения было в его голосе. Смирнов нашел телефон и вызывал такси. Осилив несколько шагов до него, хотела вырвать телефон из рук:

— Дай мне все объяснить, — срывающимся голосом старалась привлечь внимание. — Яр, ты слышишь меня? — он грубо оторвал мои руки от своих и с силой нажав на плечи посадил на кресло.

— Сиди!

Я так и сделала, села и наблюдала, как он быстрым шагом пересек гостиную и вышел в холл, через мгновение услышала звук колесиков катящихся по каменному полу. С яростью швырнул чемодан к моим ногам:

— Свободна! Машина будет через 15 минут, подождешь внизу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Последние капли желания объяснять что либо испарились. В горле клокотала ярость, обида тугим узлом стянула живот, дыхание было рваным, по щекам потекли горячие слезы. Справившись со ступором, молча встала, подобрав чемодан и рюкзак с пола, пошла к выходу, за спиной слышались шаги, не оборачиваясь вышла из квартиры, аккуратно прикрыв за собой дверь. Сил на звонкий хлопок не было. Из квартиры услышала грохот, что- то влетело в стену и крик: "Это не мой ребенок!"

— Нет никакого ребенка, идиот, и не будет… — шепотом произнесла себе.

В лифте, из отражения в зеркале на меня смотрела испуганная девушка с нервным взглядом. Потрясающими руками вытирала слезы, но попытки были тщетны, они лились нескончаемым потоком. Сделав несколько глубоких вдохов, вышла в вестибюль. Поставив чемодан, в очередной раз старалась привести себя в порядок, не с первой попытки собрала волосы в конский хвост и вытерла слезы. Перед глазами стоял образ Смирнова: сжатые кулаками и искаженные злобой лицо. В душе была буря эмоций: гнев, жалость к себе, непонимание происходящего. Слезы душили, перебирая в голове наш с мамой Леной разговор и реакцию Яра, пыталась найти ему оправдание. Действительно, если бы я услышала со стороны, то мне тоже показалось, что речь идет о беременности. Это первое, что можно подумать, при слове "задержка". Допустим. Но почему Смирнов так взбесился?