Лана Мейер – За гранью грехов (страница 14)
Я сразу узнаю таких же, как и я: безумных, в прошлом надломленных и потерянных. Людей с надрывом внутри. И Коул с Ребеккой, как и мы с Дэном являются таковыми.
Наконец, Бекс поднимается на цыпочки, прижимаясь грудью к широкой мужской груди. Ее полные губы медленно движутся около его уха, до тех пор, пока не захватывают в чувственный плен мочку мужчины. Все это время, я слегка возбуждаюсь, глядя на их игривую прелюдию и покачиваю бедрами в такт битовой музыке. Они похожи на животных, любовно вылизывающих друг друга.
Как только я начинаю поглаживать свою талию и бедра ладонями, Коул Стоунэм резко переключает свое внимание со своей жены на меня, но я не сомневаюсь в том, что именно она стала зачинщицей его интереса.
Черт, ребят. Давайте уже ближе к делу. Уже всем присутствующим ясно, что у нас намечается путешествие втроем. И взлет в страну удовольствия мы будем осуществлять в горизонтальном положении.
Мужчина обводит меня оценивающим, подозрительным взглядом, сменяющимся жадным и голодным. Коротко кивает Ребекке, явно одобряя ее безумное предложение. Кстати, не уверена, что он что-либо принял, в отличии от своей спутницы. И это мне мне на руку… буду выкручиваться, как смогу. И сделаю ставку на то, что для Коула наивысший наркотик – это его обворожительная жена. Вернув Ребекке еще более порочную улыбку, чем у нее самой, он взором приглашает меня в один из затемненных холлов закрытого клуба.
Эти ребята самая сумасшедшая замужняя парочка, которую я когда-либо видела.
Затерявшись не только в наркотическом дурмане, но и в темном коридоре этого злачного заведения, мы вваливаемся в приватную комнату, обставленную в лучших традициях «50 оттенков». Хотя, пожалуй, здесь нет никаких плеток и игрушек, а вот красный цвет превалирует над остальными, возбуждая и без того больную психику.
Все чувства становятся в тысячи раз острее. Хотя, дело тут даже не в цвете кровати и стен, а в крошечной пилюле, что я приняла в туалете из рук Ребекки.
Хотя, действует она весьма странно. Я полностью сохраняю здравый рассудок, и лишь слегка борюсь с желанием затрахать всех до смерти. Я имею в виду, что раньше подобное не поддавалось контролю с моей стороны. Возможно, после «sins» на меня уже ничего не действует в полной мере.
– Давай, детка, – пространство разрезает глухой голос Стоунэма и по его взгляду я понимаю, что он обращается ко мне. – Раздень для меня мою девочку, – Коул вальяжно опускается в кресло, опуская широкие ладони на подлокотники кресла.
Я смотрю в потемневшие глаза Бекс. Притягательные, манящие, карие – в этом темном омуте явно затонуло не мало мужских сердец. Девушка чувственно облизывает губы, и жар внизу моего живота разгорается с удвоенной силой. Стандартное действие экстази – хочется обнять весь мир, прижаться к горячему телу. Безудержная жажда ласки, секса. Невыносимая нужда в любви, тактильном контакте. И все это ощущается, как неудовлетворенная базовая потребность. Как сильный голод.
Но искусственный голод, который я не в силах анализировать прямо сейчас.
Я просто знаю, что Бекка ощущает тоже самое. Коул скорее всего находится в здравом уме и трезвой памяти. Единственный наркотик этого мужчины – его жена.
Подхожу вплотную к дьявольски-сексуальной Бекс, медленно провожу пальцами по ее ключицам. Секунда – и бретельки ее красного платья в сеточку спущены мною с плеч. Оно уже не способно нормально держаться на ее полной груди, которую девушка не удосужилась прикрыть лифчиком. Не сомневаюсь, что взгляд Коула прикован к ее острым соскам, и я начинаю ласку именно с них, параллельно еще ниже опуская черное платье.
– Ты плохая девочка, правда? – манящим голосом шепчу я, снизу собирая ее платье на талии. Теперь оно превратилось в пояс, скрывающий ее плоский живот, но открывающий взору Коула округлые бедра, тяжелую грудь, всю привлекательность изгибов и гладковыбритый лобок.
– Это он любит в тебе? Тьму? – дразнящим тоном интересуюсь я, слегка поворачиваясь лицом к Коулу.
– Без сомнений, – хрипло выдыхает Стоунэм, опуская свою мощную ладонь со вздыбленными венами на джинсы и внушительный член. Сжимает его, через толстую ткань. Мышцы мужского лица инстинктивно скрываются за маской болезненного ожидания и желания. Мимолетом, я быстро отмечаю, что на столе рядом с тумбочкой он выложил часы, телефон и две печатки. Многие мужчины имеют эту привычку: предвкушая секс, они всегда избавляются от всех лишних аксессуаров, потому что они чертовски мешают им наслаждаться моментом. Не могу с ними не согласиться. Будет не очень классно, если волосы девушки запутаются в твоих часах, во время умопомрачительного минета.
– Ты такая же, Эрида. Я тебя хорошо знаю. Поэтому я тебя выбрала, когда ты была не так известна. И я могу вернуть тебе твою славу, – вдруг произносит Реббека, нежно касаясь участка моей оголенной спины. Платье не закрывает ее полностью, и мне становится немного щекотно, до мурашек по всему телу. Ощутив резкий прилив первородного сексуального желания, я прижимаюсь к Ребекке всем телом, плавно покачивая бедрами. Положив подбородок ей на плечо, ощущаю, насколько сильно болит и пульсирует низ живота.
Химические препараты имеют над нами абсолютную власть. И я знаю, что моя кратковременная «любовь» к Ребекке в данный момент обусловлена очередной таблеткой, при этом я чудом сохраняю трезвость разума. Этого не случалось прежде. Что, если я не буду идти на поводу у желаний своего тела, а сконцентрируюсь на задании Дэниела? В конце концов, я просто обязана швырнуть телефон Стоунэма в высокомерную морду Кинга.
– Не прикасайся ко мне, – вдруг чеканю я, игнорируя предложение Бекс. Подражая вызубренному тону Дэниела, отдаю следующий приказ: – Лучше прикоснись к нему, – отстраняясь от Ребекки, открываю ей путь к мужу.
Морщинка между бровями Коула становится гораздо глубже, а выражение лица четко транслирует фразу: «Какого черта ты здесь раскомандовалась?»
Обхожу Ребекку и встаю у нее за спиной, обнимая. Оглаживая ее великолепное и пышущее здоровьем и сексуальностью тело, поддерживаю зрительный контакт с Коулом:
– Само совершенство, – на выдохе признает свой выбор мужчина, глядя на Бекс убийственно влюбленным взором.
Я мечтаю, чтобы мой мужчина так смотрел на меня.
Мой
Существует ли он? И сможет ли он когда-либо принять меня со всей той грязью, что присутствовала в моей жизни?
И я безумно завидую Бекс, потому что она нашла своего сумасшедшего. Такого же двинутого на всю голову, как она, кто принимает ее со всеми ее достоинствами и недостатками.
Что до меня… я думаю, меня принять невозможно. Единственный мужчина, от которого я жду этого принятия, патологически не переносит грязь. Понимаете о чем я?
– Ты хочешь ее? – подразниваю Коула я. – Она такая красивая. И только моя на сегодня, – Бекс откидывает в сторону голову, а я после каждого слова касаюсь губами ее шеи, оставляя влажные следы от горячих поцелуев.
– Моя, – хлестким тоном отзывается Коул. – Я не разрешал тебе целовать мою крошку.
– Я ведь под кайфом. Не могу противостоять своим желаниям, – облизываю пересохшие губы, ощущая нарастающую потребность в том, чтобы меня хорошенько отжарили прямо сейчас.
– И я… – томно тянет Ребекка, выгибаясь в моих руках, словно кошка в период течки.
– Чего ты хочешь больше всего на свете сейчас? – согреваю дыханием мочку ее уха.
– Член Коула, – задыхаясь, глухо признается Бекс.
– Моя девочка, – рычит Стоунэм и подманивает ее к себе взмахом ладони. – Подойди ко мне. Обе подойдите. Моего члена хватит на всех, – кинув дразнящий и яростный взор на свою жену, мягко замечает он. Стоунэм играет со своей женой. Выводит на ревность словами, глазами обещая совершенно иное – он только для нее.
Два извращенца. Их же заводит это. На голову больные. Как мне это знакомо.
Вместо того, чтобы напасть на Ребекку, Коул берет меня за подол платья и тянет к себе. Заставляет наклониться к нему ближе.
– Ты одна из нас, – коротко выдыхает в мои губы и в следующую секунду его язык скользит по ним. Мягко, потом настойчивее. С влажным звуком он проникает вглубь моего рта, мастерски заворачивая своими действиями спираль внизу моего живота в пламенеющий кол.
Мне так приятно давно не было, и мне снова хочется раствориться в ощущениях, преумноженных препаратом.
– Бекс, на колени, – приказывает жене, на мгновение оторвавшись от меня.
– Какого черта?
– Не спорь. Займи его своим ртом, пока это не сделала другая, – с провокационной улыбкой заявляет он, намекая жене, на то, что у него в качестве альтернативы сегодня есть я. – Будь хорошей девочкой.
– Размечтался, – злобно фыркает девушка, а я лишь могу издать слабое «ах», когда чувствую, как ладонь Коула скользит по внутренней стороне моего бедра. Его умелые пальцы находят пульсирующий бугорок между сжатых ног.
– Ты очень чувственная. Не прячь это, – с этими словами, он вставляет сразу два пальца внутрь моего тела и сгибает их внутри. Надавливает манящим движением на набухшую точку, в которой концентрируется весь жар и голод. Каскадом разливается по телу, постоянно балансируя на волнах электричества, исходящих из сладкого эпицентра. Эмоции переполняют меня настолько, что я едва ли не падаю с сокрушительным стоном. Хватаюсь за его голову и цепляюсь пальцами в волосы Стоунэма, чтобы не упасть. Наклоняюсь к его лицу, чтобы вернуть горячий поцелуй и схожу с ума, ощущая, как его язык трахает мой рот, пока пальцы творят тоже самое с требовательным и жаждущим большего проникновения лоном.