Лана Март – Наследие прошлых жизней (страница 5)

– Лет на тридцать‑сорок. Я знаю, что там идет золотодобыча, но я золотом не интересуюсь и буду передавать его в казну Атлантиды в не меньших объемах, чем есть сейчас, – сказал Нерей.

– Даже если я соглашусь, то тебе придется дополнительно решать вопрос с нашими союзниками марсианами. Эти разработки ведем мы вместе, – сообщил Гадир.

– Я решу. Думаю, что раз добыче золота я никак мешать не буду, то и причин для их отказа тоже нет, – настаивал Нерей.

– Меня не покидает чувство, что ты мне не все говоришь, Нерей, – с прищуром воззрился на брата Гадир.

– Ты слишком много проводишь времени со своими советниками, плетя интриги, – вместо ответа сказал Нерей.

– Может быть, может быть. А может, я и не ошибаюсь, – сказал Гадир задумчиво.– Я слышал, ты был в Лемурии? Что на этот раз?

– Был. И вернулся оттуда с идеями, как начать создавать порталы. Не летать или ехать, а проходить сквозь пространство в нужную точку – поделился Нерей. – Это невероятные возможности.

– И как это связано с твоей просьбой передать тебе территории в Западной Африке? – спросил Гадир

– От лемурийцев я узнал, как именно они строят свои переходы, и это навело меня на мысль, как сделать в наших условиях нечто похожее, – поделился Нерей.

– Значит, все же от твоих поездок туда есть какой‑то толк, – удовлетворенно отметил Гадир.

– Я собираюсь сделать переходы в строящийся Атлан, на Марс и Энцелад, – сказал Нерей.

– Если на Марс, я понимаю, на Атлан – с трудом, но согласен, то зачем тебе Энцелад? Что ты будешь обсуждать с этими дельфинами? – спросил удивленно Гадир.

– Не я, но среди тех, кому предлагаю уйти со мной, есть и водные жители, возможно, им будет удобнее в условиях Энцелада. Ты недооцениваешь их, Гадир, – не согласился Нерей. – Я общался с их расой, они отличаются от нас. Но отличаются в лучшую сторону. И потом, они выбрали духовный путь развития, а не технический, как атланты. И ты не представляешь, как развиты возможности их сознания, они видят будущее, могут внушить тебе что угодно, управляют окружающей средой и много чего еще.

– И когда же ты успел познакомиться с ними? – спросил Гадир. – Неужели лемурийцы? Что они в тебе такое нашли, что так помогают тебе во всех твоих идиотских затеях, делятся знаниями и помогают вести диалог с теми, кто никак не идет на контакт с атлантами?

– На контакт с атлантами или с тобой? Давай называть вещи своими именами: наша раса деградирует, мы отвернулись от духовного развития и ценим только материальное, мы попрали все заветы предков, солгать и предать для нас стало нормой жизни. И во имя чего? Только во имя власти или наживы. И ты удивляешься, что с нами не хотят общаться. Мы же те, кто может предать в любую минуту, – с горячностью сказал Нерей.

– Не тебе судить. Ты выбрал утопическое решение: строить убежище и делать там подобие древних сказок о равенстве, уважении и наделении каждого всеми правами и свободами. Так не получится. Те, кто согласится с тобой уйти, уже жили в нашем обществе и впитали все его пороки, поэтому начнут создавать такое же общество, как существует здесь и сейчас, в Атлантиде. И ты очень наивен, раз веришь в это, – сказал Гадир.– Все они будут хотеть власти и взять реванш за то время пока их, как ты говоришь, угнетали. Не будет там царства добра и света, ты еще вспомнишь мои слова. Только то, что ты мой брат, защищает тебя от действий элит нашего общества. Я позволяю играть тебе в твои наивные игры. Без меня тебя уничтожат. Я не согласен с тобой, но не хочу терять единственного брата. У нас, как ты помнишь, не осталось никого. Это и стало одной из причин того, почему я был избран царем Атлантиды. За нами не стояло влиятельного рода, были только мы двое. И все решили, что мной будет легко манипулировать. Они заблуждались. Я нашел всех, кто способствовал уничтожению нашего рода и покарал. Кого‑то явно, кого‑то тайно. Но от расплаты никто не ушел.

– Ты о чем сейчас? – ошарашенно спросил Нерей.

– О том самом. Нас убивали, подстраивали несчастные случаи или изгоняли из общества атлантов. Мы были слишком влиятельны. А сейчас нас всего двое. Не ты, а я взял возмездие на себя, – ответил Гадир.

– Но с чего ты взял, что было так? – спросил Нерей.

– Наши отец и мать погибли, якобы от недостатка кислорода в скафандре, неправильно рассчитав время пребывания на спутнике Марса Фобосе, так? – спросил Гадир.

– Да, так, – ответил Нерей.

– А скажи, сколько космических путешествий совершили наши родители? Разве это было их первое путешествие? – спросил Гадир.

– Нет, – ответил Нерей. – Они были опытными исследователями космоса.

– Команда звездолета была подкуплена, их катер, в котором они высадились на Фобос, оказался поврежден, а их запросы связи были проигнорированы намеренно. Их попытки связаться с другими звездолетами или звездными портами глушились. А потом программы записи подтерли, память искусственного интеллекта звездолета исправили. Но я все равно нашел эту информацию. Я был на Фобосе и нашел спрятанное послание отца и матери, где они подробно рассказывают о том, что произошло. А имея эту информацию, я заставил говорить некоторых членов команды. Так и узнал обо всем, – с горечью произнес Гадир.– А ты задавался вопросом, почему мы с тобой пока росли, успели пожить в семьях всех наших близких родственников?

– Я занимался наукой и хотел быть достойным своего отца, сделать столько же открытий, как и он, – ответил Нерей. – Я думал, что мы просто не очень вписываемся в быт нашей родни.

– Нет, нас передавали от семьи к семье из‑за угроз. Наш род спас старшую кровь – нас с тобой – ценой своих жизней, чести и потери финансов. Ты слишком ушел в свою науку и нереалистичные идеи. Разбираться с ситуацией пришлось мне. И уж как разобрался, – сказал Гадир.

– Но как? Ты один нес этот груз? Почему ты говоришь обо всем только сейчас? – вскричал Нерей.

– А что бы это изменило? Чем ты, светлый мальчик, мог бы мне помочь? Как всегда, прочитать мораль на тему чести, совести и всепрощения? – засмеялся Гадир.

Нерей молчал, понимая, что брат прав. Он ничем бы не помог, потому что раньше он бы вообще в это не поверил. Но сейчас, вспоминая цепь случайных смертей и нелепых обвинений членов своего рода, он понимал, что в отличие от него, Гадир реально смотрел на жизнь и знал, что происходит.

– Вот поэтому и решал все вопросы я. А тебе дал возможность жить в своем иллюзорном и светлом мире. В конце концов, ты тоже приносил пользу роду. Восстанавливал его честь и финансовую стабильность, изобретая все новые и новые устройства, – сказал Гадир. – И, если уж быть откровенным, я был спокоен за твою жизнь, пока ты себя ведешь именно так. Пока ты не заинтересован во власти, ты в безопасности. Но как только ты попытаешься что‑то изменить, то проблемы вернутся, и я снова должен буду их решать. Не могу сказать, что меня тяготит принятие жестких мер. Но ты можешь пострадать, если я не успею вычислить очередных заговорщиков. А терять брата я не хочу.

– И как мы теперь будем жить? – спросил Нерей. – Тебе нужна моя помощь?

– Нет, не нужна. Ты сейчас на своем нужном и правильном месте. Я дам тебе те земли, которые ты просишь. Играйся в свои идеалы и дальше. Но ты сделаешь портал не только на Марс, но и на Фобос. В память о наших родителях. Там будет, на всякий случай, наше убежище. Убежище нашего рода. Этот спутник я выкупил у марсиан на ближайшую тысячу лет. Я там организую еще и заповедник. Их такой расклад устраивает. Меня, тем более. Мои вложения в создание искусственной атмосферы и выращивание там уникальных растений и животных для них весьма заманчивы. Плюс, там будет установлено оружие по защите Марса от нападения. Я все это уже согласовал. Ты упростишь мне задачу своими порталами, я неплохо сэкономлю на перевозке оборудования и материалов с Земли на Фобос, – резюмировал Гадир.

– Хорошо, как только будут результаты, первое, что создам – это портал на Фобос, – пообещал Нерей.

Получив согласие от брата, он тут же сообщил об этом жрецу Намуну. Пришлось сказать, что земля отдается ему, а не лемурийцам. А Нерей, в свою очередь, разрешает им делать там все, что нужно. С марсианами так же быстро решился вопрос. Брату он о своих инициативах так ничего не рассказал, надеясь на то, что он не будет вмешиваться и узнавать, что на самом деле происходит. Главное, золото вовремя переправлять. Он чувствовал себя виноватым перед братом, особенно после того, как узнал о прошлом своего рода, но он так же понимал, что брат не даст землю лемурийцам просто так. А цену, которую он запросит, лемурийцы платить откажутся. Нерей очень хотел, чтобы лемурийцы оставались как можно дольше на Земле, а не уходили на Марс. В большей степени им двигало желание быть ближе к Я'амунг'а. Ведь если ее раса уйдет в параллельный мир, то, возможно, это все время, которое у них будет. Он понимал, что вряд ли уйдет с лемурийцами и что Я'амунг'а может не захотеть остаться в обществе атлантов. У них разные судьбы, но ему очень хотелось выкроить хоть немного времени для личного счастья, ведь одиночество сопровождало весь его жизненный путь. А с Я'амунг'а Нерей чувствовал, что он не один. Брат хоть и был родным по крови, но они очень разные и до конца друг друга никогда не поймут. После разговора с братом пришло понимание причин его поступков и жалость к выбранной Гадиром судьбе. Но разделять его идеи, что только оружие и постоянные поиски врагов могут спасти, Нерей был не готов. Ведь именно власть и влияние погубили его род. И вместо того, чтобы отступить, брат пошел в атаку и положил жизнь на то, чтоб покарать виновных. Это изменило его, Гадир несчастен, хоть и не признает этого. Жить и видеть во всех врагов, опасаться всего на свете – это тяжелый жребий. Нерей бы не смог так.