Лана Март – К счастью по карте (страница 30)

Безупречным кулинарным навыкам Цзюйланя полностью соответствовала обстановка: деревья и виноградные лозы вокруг дома довольно старые, а время придало этому месту особого колорита и украсило его согласно подходящему художественному замыслу. На гостей «Ракушка» производила неизгладимое впечатление, и они начинали приводить своих друзей, называя ее самым популярным домашним рестораном на острове.

Удивительно еще то, что посетителям не только понравились мои украшения из ракушек, но те даже стали пользоваться спросом. Конечно, у меня хватало денег для начала бизнеса, и сейчас цена была выше, чем когда я торговала на пристани. Вот так невзначай это тоже превратилось в мой дополнительный источник дохода.

При всем этом сильно утруждать Цзюйланя мне не хотелось. Он обслуживал около десяти человек в день и мог заработать примерно двести-триста юаней. Украшения раскупали по-разному: в один день могло уйти несколько штук, а в другой – чуть ли не целая коробка. Я посчитала, что, вычтя ежедневные расходы и зарплату Цзюйланя, могу откладывать по три-четыре тысячи в месяц. И этого было достаточно, чтобы не открывать гостиничный бизнес.

Я сидела у раковины во дворе и мыла овощи, когда зазвонил телефон. Вытерев руки, я посмотрела на экран: Чжоу Бувэнь.

– Датоу?

– В точку! Слышал от Ишэна, что ты передумала заниматься гостиницей и подалась в кулинарию.

– Да! Домашний ресторан – это чудесно. Мне кажется, он приносит достаточно, так что заниматься чем-то еще пока не хочу.

– Я все еще могу жить у вас?

– Конечно, в любое время. Когда ты приедешь?

– Как закончу работу, так сразу.

– Хорошо, буду ждать.

– Ты всем занимаешься сама и без выходных. Тебе нужно иногда отдыхать: гуляй, когда появляется время, смотри фильмы, балуй себя!

– Хорошо-хорошо.

Я повесила трубку и вдруг подумала… С тех пор как Цзюйлань попал ко мне, он только и делает, что работает. Это нужно срочно исправить и дать ему выходной.

Я тут же позвонила своему чудо-доктору и сказала, что хочу взять моего шеф-повара на море, попутно уточнив, не хочет ли он с нами. Тот без колебаний согласился и пообещал захватить с собой чего-нибудь вкусненького.

В субботу днем, в полпятого, когда солнце начало клониться к западу и уже было не так жарко, Ишэн арендовал лодку и мы все вместе вышли в море, чтобы полюбоваться закатом и поужинать. Проплыв больше часа, прибыли на место. Друг причалил лодку и достал снаряжение для подводного плавания.

– Пробовал когда-нибудь? – спросил он, обращаясь к Цзюйланю.

– Нет. – Тот с интересом рассматривал зеркало и дыхательную трубку.

– Воды не боишься?

Цзюйлань на мгновение опешил, а затем медленно ответил:

– Нет.

– Можешь нырнуть в бассейне на два метра или глубже?

– Могу.

– Тогда никаких проблем. – Ишэн сел напротив Цзюйланя и стал показывать, как надевается снаряжение. – Погружение не доставит проблем тому, кто хорошо плавает.

– Ты не с нами? – спросил помощник меня, увидев, что я сижу неподвижно.

– Я не умею плавать.

– Однажды в детстве Сяо-Ло упала в море и чуть не утонула. С тех пор ужасно боится воды и не может научиться плавать. Мы с Датоу потратили много сил, чтобы затащить ее в воду хотя бы в жилете. Если предложишь пойти без него, она решит, что ты хочешь ее убить, и будет отчаянно сопротивляться, – усмехнулся Ишэн.

– Многие не умеют плавать, – немного смутилась я.

– Это верно. Только они не потомки рыбаков, и у них не было такого прадеда, как у тебя. – Мой друг снова повернулся к Цзюйланю. – До сих пор старые рыбаки болтают, как хорошо плавал отец ее деда. В те времена не было специального снаряжения, а этот человек, по слухам, мог погружаться больше чем на двадцать метров. И посмотри на этого недостойного потомка, который тут же идет ко дну!

– Не отвлекайся, Ишэн, помоги лучше Цзюйланю. Это его первый опыт в погружении под воду… – проговорила я. – А ты внимательно следи за Ишэном и не ныряй слишком глубоко! Безопасность превыше всего!

Доктор проверил снаряжение моего помощника и, убедившись, что все в порядке, первым прыгнул в воду. Они кружили вокруг лодки, и Ишэн обучал Цзюйланя плаванию в маске. Наблюдая за ними, я поняла, что мой работник плавает очень хорошо, и почувствовала облегчение.

Вскоре «наставник» вернулся в лодку и вручил своему ученику пару черных перчаток и зеленый сетчатый мешок. Сам он был в таких же перчатках и продемонстрировал аналогичный мешок.

– Когда ловишь омара, нужно следовать за ним и не давать ему ущипнуть тебя. Ловишь одного, всплываешь на поверхность, кладешь омара в мешок у тебя на поясе и отправляешься на поиски следующего, – объяснял он и, убедившись, что его слушают, продолжил: – А будем ли мы ужинать омарами, зависит только от нашего успеха.

Я достала камеру и, делая снимки, смотрела, как мои друзья следуют друг за другом. Костюм для дайвинга закрывал все тело, оставляя открытыми только шею и голени. Ишэн много времени проводил в море, и его кожа приобрела бронзовый оттенок, в то время как кожа Цзюйланя больше напоминала фарфор. К счастью, благодаря подтянутой фигуре и энергичным движениями он не выглядел слабым.

Вскоре ему улыбнулась удача, и в мешке оказалось целых три омара. А вот у Ишэна дела шли не очень. Или, точнее – никак.

– Ученик превзошел учителя! – усмехнулся доктор.

Цзюйлань вернулся в лодку и вытряхнул из ведерка выловленных омаров, которые беспорядочно размахивали клешнями, а из сетчатого мешка – множество устриц. Я протянула ему полотенце.

– Думаешь, трех лобстеров недостаточно? – уточнила я у Ишэна, который все еще находился в воде.

– Конечно! Какой смысл мне есть чужой улов? Когда поймаю самого крупного, тогда мы отпустим того, которого поймал «студент»! – Он помахал нам и нырнул в воду.

Цзюйлань сел рядом, прислонившись к стене кабины нашей лодки и вытянув вперед ноги, и молча вручил мне небольшую устрицу.

– Говорят, что сырые они тоже вкусные, но я не привыкла так.

Ничего не говоря, он забрал устрицу из моих рук. Затем аккуратно открыл раковину и съел мясо, после чего, взяв мою руку в свою, мягко вложил в нее черную жемчужину.

– Это мне? – В моем голосе явно слышалась растерянность.

– Помню, что вам, девочкам, нравятся такие безделушки.

Я уставилась на крошечную вещицу в своей ладони – маленькую черную жемчужину в форме водной капли. В наш век, когда повсюду жемчуг лишь искусственный, Цзюйлань нашел и отдал мне настоящий.

– Ты знал, что устрица не пустая?

– Стал бы иначе давать ее тебе?

Я бы точно удивилась, если, решив съесть сырую устрицу, обнаружила в ней жемчужину.

– Спасибо!

– Да я случайно ее схватил.

Ответ меня обескуражил. Обычно мужчины говорят что-то вроде: «И где благодарность за все, что сделал для тебя?» – а у этого всегда такой вид, будто он ничего особенного не совершил. Однако Цзюйлань забыл, что я выросла у моря и точно знаю: самое мягкое мясо устриц спрятано за самыми твердыми раковинами, а самые красивые жемчужины прячутся на глубине.

– Что произошло, когда ты упала в море?

– Мне было семь. Родители разводились, а дедушка хотел сохранить их отношения и предложил погостить на острове несколько дней. Моя мать отличалась от мачехи: очень уважала дедушку, хотя не проявляла такого же уважения к моему отцу. Мы приехали втроем, дедушка специально взял лодку и вывел нас в море. Помню, погода в тот день была очень хорошей: голубое небо, штиль и морская вода, гладкая, как зеркало. Дедушка отдыхал в каюте, я плескалась в воде под наблюдением родителей. Тогда у меня хорошо получалось плавать. – Я криво усмехнулась. – Вдруг они снова начали спорить, а в это время мне судорогой свело обе ноги, но они этого не заметили. Что было потом, не помню. Знаю лишь, что чуть не утонула и меня спас дедушка. Развестись родители решили сразу, как их дочь очнулась. Слава небесам, больше не надо было слушать их ругань.

Цзюйлань молча наблюдал за мной. Я пожала плечами.

– Совру, если скажу, что не переживала. Но и не хочу лицемерить и говорить, будто переживаю до сих пор. Спустя столько лет и у мамы, и у папы новые семьи и дети. Да и у меня тоже своя жизнь. А прошлому место в прошлом.

Внезапно раздался громкий крик Ишэна:

– Я поймал здоровенного омара!

Мы с Цзюйланем наблюдали, как он гребет одной рукой, держа улов в другой. Я помахала ему, чтобы показать, что мы услышали.

– Позже запеку для тебя устриц, – небрежно бросил мне «шеф-повар».

Держа в руках черную жемчужину, я с улыбкой кивнула.

День завершился роскошным ужином из морепродуктов с видом на заходящее солнце. Было почти девять часов вечера и остров погрузился во мрак, когда мы возвращались домой, вдоволь наевшись и напившись. Ишэн взял с собой в море бутылку красного вина. Цзюйлань сделал несколько глотков, но большую часть бутылки выпила я, из-за чего дорога под ногами казалась мне неровной. Поскольку начальницу шатало, ее вел под руку помощник…

Дом Ишэна был первым на нашем пути. Друг попрощался и вошел во двор. Когда мы дошли до «Ракушки», Цзюйлань вдруг остановился.

– Ищешь ключ? У меня в сумке, – недоуменно произнесла я.

Он прислонил меня к стене со словами:

– Стой здесь и не двигайся.