Лана Легкая – Зверь. Мое наваждение (страница 11)

– Жизнь вообще подлая штука, – хмыкает Натка.

И я убеждаюсь в этом совсем скоро. Жизнь в очередной раз указывает на моё место и ставит перед выбором. Буквально этим же вечером.

Я прохожу в ВИП-комнату и произношу дежурную фразу:

– Добрый вечер, ваш заказ.

– Кузьмина, – слышу я голос Ольги Сергеевны, – неси быстрее, я с утра ничего не ела.

Я захожу за плотную штору.

И нет, я не ошиблась. Ольга Сергеевна сидит на постели, поджав ноги и завернувшись в тёмную простынь.

– Неси сюда. – Управляющая ведёт себя свободно, без стеснения. – Серёж, ты идёшь? – кричит, когда звук льющейся воды стихает.

Я ставлю поднос на указанное место и произношу дежурную фразу:

– Приятного аппетита. Возможно, вы хотите что-то ещё?

– Да брось ты, Кузьмина, – отвечает вполголоса Ольга Сергеевна. – Не смотри на меня так, словно увидела привидение. Представь, я тоже занимаюсь сексом, – она хмыкает и придвигает поднос ближе. – Принеси воды. Сергей не пьёт сок, у него сахар.

Я коротко киваю и хочу побыстрее покинуть комнату.

– Оль, надеюсь, ты заказала мясо. Я скоро сдохну на овощных запеканках жены.

Когда я узнаю мужской голос, меня словно швыряют в ледяную прорубь.

По спине скатываются бисерины пота, и я молюсь, чтобы любовник Ольги Сергеевны не обратил на меня внимания.

– Говядина, Серёж.

Боже! Боже! Боже! Склоняю голову и вижу только крупные босые ступни. Не здороваюсь и не произношу ни слова, но мужчина сбивается с шага, проходя мимо меня.

Заметил! Узнал!

Я выбегаю в коридор.

Как я теперь смогу посмотреть в глаза Натке? Как?!

Её отец и Ольга Сергеевна – любовники!

Боже!

«Даже в идеальных с виду семьях всё далеко не идеально…» – эта мысль забирает весь кислород из лёгких и приносит боль.

На Земле вымерли настоящие мужчины?! Не просто люди с членом в штанах, а мужчины! Уважающие свою женщину и семью, что они создали, сильные, любящие, добрые. Возможно, и в нашей семье всё было не так гладко, как могло показаться на первый взгляд. И кто-то тоже носил и продолжает носить тайну, способную разрушить светлый образ родителей в моей голове. Нет! Я точно не хочу этого знать!.. И вряд ли Ната захочет узнать, что её отец имеет любовницу.

«Не расскажу, – зарекаюсь я. – Не расскажу!»

И нельзя и намёком выдать перед Ольгой Сергеевной, что я знаю Сергея Дмитриевича. Если он ей расскажет, что мы знакомы, буду разыгрывать недалёкую дурочку – ничего не видела, ничего не помню.

Все взрослые люди. И каждый решает за себя, как ему жить. А уж я не вправе осуждать Сергея Дмитриевича… сама ничем не лучше.

Я некоторое время прячусь в раздевалке. Привожу свои мысли в порядок. Просто сижу на скамье, опёршись на металлическую дверцу шкафчика.

Какая же сложная взрослая жизнь. Надеюсь, что моих детей не коснётся подобная грязь, что у них будет прекрасный отец. Он будет ходить с ними гулять, посещать их утренники и искренне восторгаться успехами. Как было у нас с Егоркой.

Я хмыкаю, понимая, что сейчас представляю рядом с собой не Женю, а какого-то абстрактного мужчину. Более сильного, самодостаточного и обязательно умного.

– Господи, – я хватаюсь за голову, – а что ты можешь предложить такому мужчине? – спрашиваю себя шёпотом. – Вечно занятая братом, уставшая, без оконченного образования и абсолютная неумёха в сексе. Мечта просто, – добавляю обречённо.

Я вздрагиваю. В каком-то из шкафчиков завибрировал телефон. Одно из условий работы: мы всегда оставляем средства связи в раздевалке. Для экстренных случаев указывали номер управляющей. Но ещё ни разу Ольга Сергеевна никого не вызывала к себе в кабинет.

Кажется, это мой телефон издаёт дребезжащие звуки. Я заглядываю внутрь шкафчика, и моё сердце в очередной раз заходится как сумасшедшее.

На экране высвечивается: «Колосова Ната». Нет-нет, не отвечу. Потом. Сейчас я не смогу говорить с подругой, никак не выдав себя.

Я полностью выключаю звук и прячу телефон поглубже.

Возвращаюсь на кухню, принимаю заказ и тут же слышу звонкий стук каблуков управляющей.

– Кузьмина!

Сергей Дмитриевич всё же не утаил наше знакомство…

Я прочищаю горло и отвечаю:

– Да, Ольга Сергеевна.

– Поднос оставила, и быстро за мной. Что ты стоишь как вкопанная? Я жду.

Женщина выглядит как обычно. Если бы я собственными глазами не видела её в ВИП-комнате почти обнажённой, никогда бы не догадалась, что ещё пятнадцать минут назад её волосы были распущены и спутаны, а губная помада стёрта.

– Что-то случилось? – спрашиваю я, ловя на себе короткие заинтересованные взгляды коллег.

– Потом, Кузьмина, – обрывает меня управляющая.

Мы проходим по коридору, поворачиваем к административной части комплекса, и я вхожу в небольшой кабинет. Здесь я была единожды, когда устраивалась на работу. Стол и стул у окна, диван и два стеллажа с папками. Всё на прежних местах.

– Присаживайся, – говорит Ольга Сергеевна.

Предложения сесть я не ожидала, но тут же им воспользовалась.

– Если вы хотите поговорить о том, что было в комнате, то я ничего не видела, – заверяю я спутанно.

– Помолчи, Есения.

Я плотно сжимаю губы.

– Ты сейчас быстро идёшь переодеваться и…

Я не даю договорить:

– Ольга Сергеевна, не увольняйте меня, пожалуйста. Я клянусь, что ничего не расскажу тёте Марине. Мне очень нужна работа, иначе у меня заберут брата. – Ноги не слушаются, но я встаю и подхожу к женщине. – Он не сможет в интернате. Там нет никакого ухода и лечения. А про учёбу вообще можно забыть. А он год окончил на твёрдые четвёрки. Сам! Понимаете? Без репетиторов. Сам учился, я почти не помогала, – из моих глаз катятся слёзы. – Он сможет поступить в техникум, мы уже присматриваем профессии, что будут ему по плечу…

– Егор в больнице, – припечатывает Ольга Сергеевна. – Мне звонили и сообщили об этом, поэтому я тебя вызвала.

Я глупо таращусь на управляющую.

– Что? – спрашиваю тихо. – Что с ним случилось?! – наконец доходит до меня смысл сказанных слов.

– Я не знаю. – Женщина подталкивает меня к диванчику и настойчиво усаживает.

Так вот зачем мне звонила Ната, а я не ответила. Нужно было принять вызов!

– Сказали, что Егор в хирургии. – Ольга Сергеевна подаёт мне стакан с водой.

– Как в хирургии? – спрашиваю я. – Ему ещё рано, операция запланирована только через три месяца. А в какой он больнице? – наконец задаю я нужный вопрос, на который смогу получить ответ.

В свободную руку управляющая вкладывает лист бумаги с номером больницы и адресом. Я узнаю цифры. Именно там два года назад спасали Егорку.

– Иди, – подталкивает меня к выходу Ольга Сергеевна. – Отзвонись и скажи, что со сменами. Чтобы я успела найти тебе замену.

Я благодарю и обещаю обязательно позвонить, как только что-то станет ясно.

На ходу развязываю передник, влетаю в раздевалку и сбрасываю туфли. Не снимаю форму клуба – меняю только обувь.

Телефон молчит на металлической полке. Чёрный, пугающий. Мне страшно взять его в руки. Егор – самый родной и близкий человек. Если с ним что-то случится, я… я этого не переживу.