Лана Легкая – А теперь побегай ты! (страница 8)

– С такими, как ты? – вылетело у меня на автомате.

Его губы дернулись в улыбке.

– Хорошего же ты обо мне мнения.

Спину уже припекало, и я перевернулась. Лёня последовал моему примеру, и теперь он рассматривал меня, лежа на животе.

– Это не я, это люди говорят, – ответила я.

– Ты меньше слушай, больше половины брехня. И не морочу я головы девицам типа тебя.

– Типа меня?! – от возмущения я подскочила.

– Какой же ты еще ребенок, – рассмеялся Киселев, глядя мне в лицо.

Эта фраза разозлила еще сильнее.

И не ребенок я вовсе. Скоро девятнадцать будет!

– А ты… – В голове крутилось: «Старпер, раритет, дедуля, пенсионер». Я не смогла подобрать нужного слова и зло выдохнула.

– Не рычи, Евчик. Идем, накормлю мороженым и пончиками. – Киселев резво вскочил на ноги, натянул футболку и, дернув меня вверх за плечи, добавил: – Я не морочу головы приличным девушкам. – Щелкнул меня по носу, собрал наши полотенца, вручил мне в руки сарафан и, притянув за шею, прижал к своему боку. – Ну, клубничное или шоколадное брать будем?

– Клубничное, – ответила я тихо.

Злость как рукой сняло после упоминании о мороженом. Ребенок, что с меня взять…

Киселев рассмеялся.

– Если встретим баб Асю, скажу, что ты сама ко мне обниматься полезла. А то точно оставит без детей.

Я хихикала, вспоминая, как он резво прыгал через кусты, сбегая от бабули.

– Двойная порция, – попыталась торговаться я.

– Уговорила. Когда дети появятся, так и скажу, сберег вас непосильным трудом. – Парень рассмеялся и потрепал меня по непослушным кудрям.

Усадив за крайний столик под большим зонтом, Лёня принес два мороженых и огромную порцию пончиков в сахарной пудре.

– И как тебе в универе? – спросил он, намазывая на горячий пончик мороженое. – Нравится?

– Да, очень. Только не группа, а змеиное логово, – ответила я честно.

Лёня громко расхохотался.

– А ты, значит, не шипишь? – спросил он.

– Нет, что мне, делать нечего?! Бабушка сказала, ты устроился на хорошее место.

–Ага. – Парень закинул очередной пончик в рот. – Повезло. Был на конференции, удалось в нужный момент сунуть в руки флешку с моим предложением. Компания молодая, но там хороший капитал и мозги у генерального. Надеюсь, смогу подняться. Так проще, когда начинают все вместе.

– О-о-о, действительно повезло, – восхитилась я.

– Да, а ты куда после учебы?

– Я еще не думала, четыре года впереди.

– Если удержусь, возьму тебя к себе, будем вести двойную бухгалтерию и разбогатеем, – предложил Киселев.

– Или нас поймают и посадят.

– Не хотелось бы. Что это за звук? Евгеш, это из твоего рюкзака.

Зарывшись по плечо, я никак не могла нащупать на дне телефон. Лёня откровенно ржал над моими попытками. Я трижды нащупала расческу в этой черной дыре, но ни разу не удалось схватить телефон. Потеряв надежду, высыпала содержимое рюкзака на соседнее кресло. Киселев продолжал веселиться, а когда увидел мой телефон, то перешел на икоту.

– Хватит ржать как гиена. Т-с-с, мама звонит. – Он продолжал трястись в беззвучном хохоте. – Да, мам, привет, – я приняла вызов и поздоровалась.

– Привет, доча. Как ты?

– Все хорошо, мам, что-то случилось? – Я взглядом пыталась призвать Лёню к порядку.

– Да нет, не совсем. Хотя… дядя Слава приболел, у него так спину скрутило, мы не сможем в этот раз отвезти тебя к началу учебного года, – извиняющимся тоном тараторила мама.

На заднем фоне я услышала крик отчима:

– Ира, нечего оправдываться. Твоя кобыла уже давно выросла и может сама доехать с сумкой на автобусе, не обломится.

Мама шикнула на мужа.

– Ев, попроси кого-нибудь из ребят, они тебя встретят. Ты уже подружилась с кем-нибудь? А как Слава встанет на ноги, мы обязательно к тебе приедем.

Во время разговора я смотрела в глаза Киселева, который сидел напротив и, судя по тому, как быстро сошло с его лица веселье, у меня не получилось держать маску невозмутимости.

– Мам, я все слышала, – выпалила и пожалела, надо было сказать: «Конечно, я доберусь сама», а теперь придется слушать сбивчивые объяснения. С той стороны услышала шумный вздох. – Мам, не надо ничего говорить, я все понимаю, все нормально. Я доберусь. Действительно, что я, не доеду сама?.. – кажется, с весельем в голосе я переборщила, и вышло ненатурально. – Я пойду, а то меня зовут. Пока, мам.

– Пока, доча. Звони. – Мама сбросила вызов.

– И что молчишь? Что случилось, малыш? – я услышала мужской голос сквозь раздумья.

– Не малыш я, понятно? Не малыш и не малышка. У меня имя есть – Ева! – После высказанного я почувствовала усталость и стыд. Сорвалась на человеке, который не сделал мне ничего плохого.

– Понял, – произнес Киселев без обиды в голосе.

– Прости, не сдержалась. – Мороженое растаяло, и я перемешивала розовую кашицу в креманке.

– Может, новое принести, будешь?

Я отрицательно покачала головой.

– Все нормально, просто отчим не хочет тратить на меня бензин и время. Я постоянно слушаю упреки и несправедливые замечания. В прошлом году я была способна только на залёт от приезжего, а в этом, можно сказать, похвалил, сказал, что «кобыла уже давно выросла и может сама доехать с сумкой на автобусе», – изобразила манеру разговора отчима.

– И все? Из-за этого ты на меня таращила глаза и кричала? – возмутился Лёня. Хотелось стукнуть его по голове чем-нибудь тяжелым. – Ты когда собиралась ехать?

– Тридцатого, – обиженно пробубнила я.

– Отлично, я тебя отвезу.

– Не смешно. – Я закинула телефон в рюкзак и поднялась из-за стола. – Спасибо за мороженое.

Парень встал вслед за мной, подхватил рюкзак и закинул себе на плечо.

– Идем, провожу. И серьезно, я тебя отвезу. Мне несложно. Возьму у отца машину, друга как раз навещу и тебя подброшу.

– Про друга ты только что выдумал? – спросила я.

– Нет, секунд тридцать назад, – рассмеялся Киселев. – Там Брыкин сейчас работает, учились вместе, вот будет повод повидаться. Так что пакуй сумки. Только без фанатизма, дай женщине волю, все барахло соберет, – по-доброму ворчал он себе под нос.

Настроение приходило в норму, и я носком пляжных туфель раскидывала гальку на ходу. А немного поразмыслив, решила, что так даже и лучше. Не надо будет слушать ворчание отчима и горестные вздохи мамы.

Глава 4

Ева

***

Бабуля немного поворчала, но от предложения Киселева не отказывалась и без чувства меры нагружала сумки консервациями.

– Баб Ась, ты бы полегче, мы не на «газели» поедем, – ворчал Лёня.