Лана Клонис – Книга Пепла (страница 8)

– Мама, ну я же просила! Давай не будем об этом. Пожалуйста.

– Хорошо, дорогая. Поговорим об этом позднее.

– Спасибо.

Остаток завтрака я ковыряла в тарелке вилкой, мучая ни в чем не повинные оладьи и поддерживая разговор на нейтральные темы. Мама рассказывала о том, какие чудесные розы зацвели в нашем саду, что непременно нужно посадить их побольше на будущий год, а я вяло кивала, изредка соглашаясь. Как только мама поела, я тут же поднялась из-за стола, аккуратно промокнув рот салфеткой.

– Благодарю, мама. Завтрак был чудесный. Передай Нэнси мои похвалы.

– Передам, конечно. А ты куда-то уходишь?

– Хочу пройтись. Мне нужно немного успокоиться, – не стала я юлить.

– Не задерживайся, – попросила мама.

– Постараюсь, – пообещала я и обняла ее на прощание.

Уже у самого выхода из столовой мама окликнула меня:

– Лилит, постой.

Я замерла, вопросительно посмотрев на маму.

– Только не делай глупостей, хорошо?

Я рассмеялась и кивнула.

Стоило мне только распахнуть дверь, как солнце ослепило меня и в лицо ударил горячий влажный воздух. Сощурившись, я притворила дверь и упрямо зашагала по тропинке через благоухающий сад. Пусть сегодня пекло, но оставаться дома наедине со своими мыслями – выше моих сил.

Шагая по саду, я разглядывала с любовью высаженные кустарники, цветочные клумбы и плодовые деревья. Буквально во всем здесь чувствовалась заботливая рука моей матери. Она тщательно следила, чтобы садовник содержал сад в порядке. Не сомневаюсь, она с удовольствием уволила бы его и занялась садом самостоятельно, если бы ей позволяло здоровье.

Я подавила тяжелый вздох. Последние деньги уходили на то, чтобы поддерживать хотя бы внешнее благополучие. Нужно срочно что-то придумать. Ведь если придется уволить садовника, мама непременно займется садом сама. Она никогда себя не щадит, и ее здоровье – вечный предмет моих переживаний. Если бы я стала Энси, уверена, это пошло бы маме на пользу: она слишком сильно тревожится обо мне.

Занятая этими мыслями, я вышла на пыльную узкую улицу, ведущую к булыжной мостовой. Из лавки на углу пахло свежим хлебом. Желудок жалобно заурчал, напоминая о скудном завтраке, но я упрямо двинулась дальше. Всюду сновали прохожие, одни снисходительно кивали, другие торопливо проходили мимо, делая вид, что не заметили меня. Все как всегда. Обычный день в столице.

Все куда-то направлялись, у всех были свои дела. Одна я блуждала по гудящим улицам, совершенно не представляя, куда пойти и чем заняться. Долгие годы все мои дни были посвящены учебе и тренировкам. Тринадцать лет подряд я просыпалась на рассвете, завтракала и отправлялась на тренировку. Бег с препятствиями, бой на мечах, стрельба из лука, метание ножей или наблюдение за кошкой на охоте – заранее нельзя было предугадать, чем займет нас мастер Томирис. Обед в полдень, а следом долгие часы за книгами и изучением магических дисциплин. Домой я приходила чуть живая от усталости, но упрямо продолжала заучивать заклинания.

Каждый мой день был расписан по минутам, чтобы однажды привести меня к великой цели – стать лучшей и достойнейшей Хранительницей Эреша. Но этого не произошло.

Сейчас я казалась себе щепкой, заброшенной в реку. Течение несет меня, кружит и подхватывает, а я ничего не могу сделать.

Я и не заметила, как оказалась на главной площади, примыкавшей к просторному зеленому парку – гордости нашего города. Трое мужчин закрепляли огромный плакат, сообщавший всем и каждому, где, когда и во сколько состоится бал-маскарад в честь объявления новой Энси.

Чертыхнувшись про себя, я поморщилась и зашагала в сторону парка.

– Лилит, Лилит, подожди! – высокий женский голос окликнул меня, вызывая непреодолимое желание скрыться за ближайшим углом. Этого я себе позволить, увы, не могла. Пришлось подавить тяжелый вздох, повернуться и вежливо помахать в знак приветствия.

Улыбаясь во весь рот, ко мне спешила Меридит Вейсс, главная сплетница нашего города. Одной рукой она размахивала так часто, будто надеялась взлететь, второй предусмотрительно придерживала подол длинного платья. О нем она беспокоилась явно больше, чем о зазевавшихся прохожих, которым не посчастливилось оказаться у нее на пути.

– Лилит, доброго дня! Я так рада тебя видеть, – выдохнула раскрасневшаяся Меридит, держась за бок, и, не дожидаясь ответа, выпалила: – А ты куда-то идешь? Встречаешься с кем-то?

– Доброго дня, Меридит! Я просто гуляю, – холодно отозвалась я в надежде немного остудить пыл девушки.

Но не тут-то было! Она принялась тараторить, буквально забрасывая меня фактами из жизни людей, к которым я не имела абсолютно никакого отношения.

– Представляешь, Рой Браймон вчера устроил настоящий разгром в пабе! Робин видела, как сегодня за ним явилась городская стража. Интересно, где только они вчера были? О, а ты уже слышала, что Гесс Антеро бросил Лору Каллаха? И это прямо перед свадьбой! Бедняжка Лори! Ой, извини, что я так на тебя налетела. Просто у меня голова кружится от всех этих новостей. Ты случайно не в пекарню Бауэрса направляешься? Я слышала, он собирается закрываться. Очень жаль, его сдоба, без сомнений, лучшая в городе! Наша кухарка и то не брезгует к нему заглянуть, а ты ведь знаешь, она не признает покупную выпечку!

Слова вылетали из ее маленького, похожего на птичий клюв рта с невероятной скоростью. Мне пришло в голову, что они мешают ей дышать, и она просто умрет, если не выплеснет их на какого-нибудь несчастного прохожего. Сегодня в этой роли оказалась я.

Я смотрела на Меридит, слегка приподняв бровь, словно рассматривая диковинную зверушку. Однако полное равнодушие отнюдь не умерило энтузиазма девушки, и она напористо продолжила:

– Кстати, Лили, ты ведь уже знаешь результаты? – и тут же ответила самой себе: – Конечно, знаешь, ты ведь претендентка. Тебя можно поздравить?

Меридит едва не подпрыгивала на месте в ожидания ответа. Она заглядывала мне в глаза, и, кажется, у нее даже ноздри трепетали в предчувствии такой сенсационной новости.

Я приложила все усилия, чтобы ни один мускул на моем лице не дрогнул, не проступила ни единая эмоция. Раньше я считала ее своей подругой, но она случайно узнала кое-что о моем отце и рассказала всем, кто был готов и не готов слушать, все подробности, не забыв добавить кое-что от себя. Возможно, она и пронюхает, кто станет Энси, но от меня она уж точно ничего не узнает.

– Меридит, – протянула я, – разумеется, дорогая, я знаю результаты. Но, видишь ли, нам запрещено ими делиться. Разве что я могла бы сделать для тебя исключение? Как думаешь? – Я сделала вид, что всерьез раздумываю над такой возможностью.

Девушка наклонилась ко мне, готовая услышать секрет и тут же разнести его по округе.

Я тоже слегка наклонилась к ней, выдержала театральную паузу, а затем горько вздохнула, отстранилась и покачала головой.

– Прости, Меридит, все же я не могу. Не могу нарушить обещание. Боюсь, Совет не одобрит мой поступок. Надеюсь, ты понимаешь? – Я ободряюще похлопала ее по плечу.

Я испытала маленькое и, вероятно, в какой-то степени даже преступное удовольствие, наблюдая, как меняется ее выражение лица и на нем медленно проступает разочарование.

Сочувственно вздохнув и напустив на себя расстроенный вид, я пробормотала:

– Прости, Меридит, мне уже пора! Была рада повидаться. Мне, правда, очень жаль. Доброго дня! – Я поспешила отделаться от нее, пока она не пришла в себя.

Она была так расстроена, что лишь вяло кивнула, да так и осталась стоять посреди оживленной улицы. Сенсация уплыла у нее из-под носа.

Я развернулась и зашагала в противоположную от парка сторону. Еще, чего доброго, опомнится и последует за мной. Лучше пойду в библиотеку, туда она уж точно не сунется. С ее точки зрения, там никогда не происходит ничего интересного, а значит, и бывать там незачем. Заодно постараюсь разыскать информацию об Алазаре. Может, удастся разузнать, как ему удалось исчезнуть? Я уже не говорю о том, как бы мне хотелось понять, как он нашел мой дом. Но это, пожалуй, придется выяснить у него лично.

Я бы попросила Сумрака помочь, но он весь день игнорирует мой зов. Паршивец! Он прекрасно знает, ему достанется за то, что вчера позвал Эдриана, вот и молчит. Ждет, когда я немного успокоюсь. Слишком хорошо меня знает.

Это естественно, он ведь мой шеду. Наша связь пробудилась всего год назад, и мы пока не сделали слияние полным, но он уже понимал меня как никто другой. С ним я могла быть собой, могла не притворяться: он не просто понимал, что я чувствую, он в прямом смысле разделял мои чувства. Сумрак – белый ворон, такой же изгой в этом мире, как и я. Пожалуй, хотя бы ради него стоило проходить обучение все эти годы. Я еще раз отправила ему мысленный зов – никакого ответа. Ладно, вечером передам ему, что больше не сержусь. Уверена, он тут же появится.

Подойдя к библиотеке, я по привычке залюбовалась. Белые мраморные колонны, высокие арки и массивный свод с витиеватыми узорами. Я взбежала по широкой парадной лестнице, потянула на себя тяжелую дубовую дверь и оказалась внутри.

Библиотека встретила меня приятной прохладой. Здесь было светло, тихо и уютно. Через большой стеклянный купол проникали солнечные лучи, выхватывая из тени бесчисленные книжные стеллажи. Винтовая лестница поднималась ввысь практически до самого купола.