Лана Клонис – Книга огня (страница 58)
– Не испытывай мое терпение, девчонка, – будто в ответ на мои мысли пророкотал вождь.
Я сделала глубокий вдох и резко выдохнула. Постаралась представить спокойную гладь озера и Твикси, мирно дремавшую у меня на коленях. Удалось. Как ни странно, шеду действительно откликнулась на зов. А быть может, она просто никуда не уходила.
Вспомнила слова Райденна о том, что магия огня требует силы, уверенности, ярости. Веры в то, что она покорится тому, кто к ней взывает. На ум пришло одно-единственное заклинание, которым принц поделился со мной вчера. Я сама попросила его начать с магии этой непредсказуемой стихии. Он не хотел, заявляя, что и сам обучен всего нескольким заклинаниям, да и без книги огня никто даже не мог сказать, правдивые ли они, не исказились ли при передаче через столько поколений. Но я настаивала. Хоть в чем-то мне повезло. Теперь я знала, с чего начать.
Я полоснула стеклом по руке, позволяя крови пролиться на землю. Этого в уроках Райденна не было, но я чувствовала, что должна доказать огню, что готова отдать часть себя ради его даров. Ради магии. Показать, что не отступлю. Не сдамся.
Я тихо произнесла слова, которые одно за другим всплыли в памяти.
Шэрон тэс мэкжэ.
Руки неловко соединялись в магические жесты. Сила. Ярость. Упорство. Это все, что я узнала вчера.
Шэрон тэс мэкжэ.
И еще раз громче.
Шэрон тэс мэкжэ.
Я ощутила, как что-то теплое коснулось моей руки. Я открыла глаза и увидела огонек пламени, горящий на моей ладони. Крохотный, будто светлячок, но достаточно яркий, чтобы все могли его увидеть.
На трибунах начались волнения, жители вскочили со своих мест, позабыв о страхе перед темными туатами. Полуразрушенный амфитеатр зашумел: кто-то плакал, кто-то смеялся, кто-то кричал и рвался на арену.
– Тишина, – подобный грому окрик вождя разрезал воздух. Люди смолкли, но даже в этом молчании чувствовалось напряжение. Оно пронизывало пространство и потрескивало, будто линии электропередачи.
В моей душе разыгралась настоящая буря. Эмоции переполняли, смешивались друг с другом и перетекали одна в другую, будто краски в палитре у спятившего художника. Радость, детский восторг, удивление, шок. Неужели это я сделала? Я, обычная девушка, вдруг взяла и вернула Эрешу магию огня? Получается, я действительно Избранная?
– И это все? Вся твоя магия? Этим ты собираешься спасать Эреш? – прозвучал голос вождя, а мне почудилось – грязный ботинок толкнул дверь в мою душу.
В голосе повелителя темных туатов звучала насмешка. Я вдруг остро ощутила потерю. Так, словно этот никчемный дикарь прямо сейчас пытался меня ограбить. Выкрасть мою радость и сделать мой дар Эрешу маленьким, незначительным, неважным.
Что-то внутри меня с треском ломалось, рвалось на части и стремилось наружу.
– Я не позволю тебе этого, – хотелось выкрикнуть мне, но я не успела.
Прямо перед вождем вдруг выросла стена огня. Такая огромная, что заставила его отступить. Запахло паленым. Кажется, ему опалило брови.
– А такая магия достаточно хороша для тебя, пес паршивый? – выкрикнул знакомый голос.
Я обернулась и увидела Эмбер, стоявшую шагах в десяти от меня. Ее янтарные глаза полыхали огнем праведного гнева. Возмездие во плоти. Так вот кто вызвал стену пламени. Вот кто освободил Райденна.
– Магия огня вернулась! Избранная в Эреше! – вскричала Эмбер, и местные жители отозвались аплодисментами и топотом. Арену наполнила энергия радости, потеснив отчаяние и ужас.
Темные туаты на какие-то секунды растерялись, но это продлилось совсем недолго. Их униженный предводитель жаждал крови.
– Убить всех, – отдал он леденящий душу приказ. Вот только темные туаты застыли, не кинулись привычно исполнять любую прихоть своего повелителя. Они колебались.
Но он не прощал сомнений. В этом я смогла убедиться уже в следующую секунду, когда клинок вождя вспорол живот одному из замешкавшихся воинов.
– Предателей ждет смерть. Их убивайте первыми, – выкрикнул вождь, и арена наполнилась кровью. Вокруг творилось настоящее безумие, в котором не осталось места для света. Крики, боль, стоны и ярость заполняли собой все окружавшее нас пространство.
Эмбер, оказавшаяся возле меня, толкнула меня к себе за спину и приказала:
– Призывай огонь. Пробуй снова и снова. Дай выход своему гневу. Сейчас нужна любая помощь.
Я не успела ответить: серебристая вспышка сбила с ног бежавшего прямо на меня темного туата. Магия Райденна стала сильнее после заката.
– Пригнись, – раздалось в голове, и я, не раздумывая, выполнила приказ моей шеду, позволяя ее инстинктам взять власть над моим телом.
Темных туатов было намного больше, и вскоре они оттеснили нас в круг. Мы сражались плечом к плечу с Вивиан и Райденном. Претенденты и даже искалеченная ведьма казались куда более искусными бойцами, чем большинство темных туатов, но их вождь… Он обладал поистине нечеловеческой силой. А ведь оставались еще и командиры.
Местные жители тоже рвались в бой. Вот только у них не было оружия, и они привыкли сохранять мир, а не разрушать его. Они почти ничего не могли противопоставить темным туатам, но все равно боролись. Вдруг один из волков схватил девочку, которую мать держала за руку. Малышка оказалась в пасти у адской твари. Туатка вскочила зверю на спину, ухватилась за шерсть и попыталась выцарапать глаза, но тот и не думал разжимать зубы. Я чувствовала пульсирующую ярость, огонь, что горел в груди. Вот он уже на кончиках пальцев. Не думая, что делаю, я замахнулась, чтобы швырнуть пламя в мерзкое создание тьмы, но мою руку перехватил Райденн.
– Ты можешь навредить ребенку или женщине, – проговорил он, а в следующий миг его меч скрестился с клинком наступавшего на нас темного туата. Последнему досталось мое пламя. Пусть не такое яростное и беспощадное, как у Эмбер, но достаточное, чтобы заставить ткань его плаща загореться.
– Горите сами на своих кострах, – прошипела я, а подняв взгляд на трибуны, увидела шеду принца, набросившуюся на волка. Тварь взревела от боли, когда зубы хаски сомкнулись у нее на боку, и отпустила девочку. Она осталась жива. Маленький луч света среди беспросветного мрака.
Взгляд блуждал среди разливавшихся повсюду рек крови. Темные туаты вспарывали глотки всем, до кого только могли дотянуться. И мы ничего не могли сделать, чтобы им помешать. Но мы пытались. Пытались изо всех сил.
Райденн произнес заклинание, и огненные плети появились в его руках. Одной из них он уничтожил темного туата, с ухмылкой надвигавшегося на пятившуюся от него молодую туатку. Плеть обвилась вокруг ноги дикаря, Лунный резко дернул – и дикаря протащило вниз лицом по каменным ступеням. Пламя охватило его одежду, вынуждая орать от боли.
«Он получил по заслугам» – шептала тьма во мне.
Вивиан и Эмбер взялись за руки, пока Райденн держал щит, и, объединив силы, призвали торнадо, подобный тому, который уже призывала претендентка. Смерч, избавивший нас от волны дикарей. Я пыталась защищаться редкими вспышками пламени, срывавшимися с рук. Мы держались как могли, а на трибунах шла своя борьба. В какой-то миг я даже подумала, что нам удастся выжить. Удастся спастись.
Напрасно.
Повелитель темных туатов поднял тело одного из своих поверженных воинов и снял с него скальп, а следом повторил то же самое и с волком. Выпотрошил обоих, орошая землю внутренностями. Райденн и Эмбер пытались ему помешать, но вождя защищали командиры. Он все громче выкрикивал страшные слова, от которых дрожала земля под ногами. Я почувствовала, как из носа пошла кровь. Небо пронзила алая молния, а в следующий миг все погибшие темные туаты издали страшный рык, выгнулись дугой и стали медленно подниматься на ноги. Мертвые пробудились к жизни.
– Вот почему их всегда так много, – прошептала Эмбер, и я отчетливо услышала ужас, сквозивший в ее словах.
– Вы можете убить моих солдат, но они воскреснут и вновь продолжат бой. В отличие от вас, они не устают. – В голосе вождя слышалось торжество.
Я видела, как напряглись плечи Райденна, как выпрямилась спина Эмбер и как упрямо дернула подбородком Вивиан. Сжала руки в кулаки. Огненная стена ярости, сорвавшаяся с пальцев Эмбер и Райденна, уничтожила первую волну темных туатов, пеплом осыпавшихся на землю. Может, так они не смогут подняться?
Вот только огонь не подчинился никому из нас до конца. Мои вспышки магии и вовсе нельзя было принимать всерьез. Вивиан сражалась воздушными заклинаниями, метала ножи. Принц все чаще использовал лунные нити. Лишь Эмбер оставалась верна огню. Только в ее душе хватало гнева и страсти, чтобы продолжать уничтожать врагов. Но я видела, видела, как силы ее покидали. Как раз за разом уменьшались огненные всполохи, а всадники все продолжали стекаться к нам реками тьмы. Сквозь пылающие повсюду костры были видны красные, горящие ненавистью глаза темных туатов, восседавших на своих потусторонних зверях и неумолимо приближавшихся к нам.
В воздухе разливались чернильные щупальца безысходности, несбывшихся надежд и утраченных возможностей. Каждый понимал – смерть уже рядом. Но никто не собирался сдаваться. Умереть в бою, сохранив честь и достоинство, – вот и все, что осталось каждому из нас.
Сквозь плотную дымку отчаяния, крови и боли, окутавшую амфитеатр, прорвался оглушительный рокот. Трещали сучья, ломались деревья, дрожала земля. Я сжала ладони, пытаясь подготовить себя к еще одному страшному колдовству повелителя темных туатов. Последнему колдовству.