Лана Ежова – Невеста кромешника (страница 21)
После ста лет сна – или сколько он провалялся в саркофаге? – Эйликс в возмутительно прекрасной физической форме, да и душевной тоже. У меня после обычного сна нет настолько ясного взгляда, а здесь не одно десятилетие принудительной отключки. Возникают вопросы, на которые сложно найти ответы не посвященной в дела ордена. Не расспрашивать же самого эмиссара!
А если взглянуть на его внешность? Коротко остриженные, до основания шеи, волосы, а главное, гладковыбритое лицо. Безумцы, одержимые манией убивать, не следят за своим внешним видом. По крайней мере, я таких не встречала. Душевная болезнь обычно сказывалась на всем облике преступника. А может, здесь нет никакой интриги, просто Тьма заботится даже о своих ущербных сыновьях? Поэтому они остаются в прежней форме?
– Вы в порядке, леди? Если не желаете отвечать, пойму, слишком интимная тема.
Интимная?! С трудом сдержала возглас.
– Повторите, пожалуйста, – попросила я. Размышляя о сохранности тела в саркофаге, я прослушала вопрос.
– Какие еще дары у вас, леди?
Обыкновенное слово «леди» кромешник произносил мягко-певуче, будя странные ощущения, словно по моей коже нежно-нежно проводили шелковистым мехом.
– Кайра Кери, – представилась я, нарушая правила этикета.
– Блай Эйликс, – отозвался мужчина.
И подался вперед. Немного. Но я почувствовала теплое дыхание на своих губах.
Щеки запылали, и я вмиг осознала, как неприлично вишу. Пускай на мне брюки и туника прижата кожаной курткой, а все же ситуация смущающая. Если качнусь немного вперед, то смогу коснуться губами подбородка кромешника. Он у него шикарный: красиво очерченный, волевой, с небольшой ямочкой. Тянуло потрогать ее пальцем, чтобы поверить в реальность.
Но я держалась и даже сумела спокойно уточнить:
– Всего два дополнительных слабеньких дара. Если бы не позднее пробуждение некромантии, я стала бы посредственной магичкой земли, специализирующейся на флоре.
Привычная ложь, разбавленная правдой, я и сама в нее в итоге поверила.
А Эйликс – нет.
– Вы не похожи на некромантку, леди Кери.
Неожиданное заявление, пугающее. И я возразила без раздумий:
– Вы просто не видели, как быстро я умею упокоить умертвия! Мой результат лучший среди выпускников за последние десять лет.
Кромешник хмыкнул:
– Обычно некроманты хвалятся тем, как быстро поднимают трупы, а не упокаивают их.
– Обычно, – подчеркнула я слово. – А я необычная некромантка.
– Это точно, леди Кери, вы особенная, – согласился он, и уголок его губ приподнялся.
Не улыбка, лишь ее тень, но и она заставила мое сердце биться быстрее.
Не в силах отвести взгляд я утонула во тьме мужских глаз. Тьма теплая, завораживающая. Она звала, манила, прося довериться.
Я засмотрелась и не сразу ощутила давление на запястье.
Наваждение схлынуло.
Я уставилась на петлю из лианы, затянутую вокруг правого запястья. Дохлый квакус! Что он творит?!
– Что… что вы делаете? – возмутилась, не веря своим глазам.
Невозмутимый Эйликс и на левой моей руке затянул путы из фиолетовой лианы.
Быстрое прикосновение теплых губ к биению пульса на моем запястье – и мужчина отстранился.
– Я рад, что вы существуете, леди, – мягко произнес он.
– В каком смысле существую?..
Вместо ответа костяшками пальцев Эйликс нежно провел по моей щеке.
Раздался шелест осыпающихся камней – и саркофаг сорвался в пропасть. Кромешник вместе с ним!
Ужас сдавил горло, глуша рвущийся крик.
Он упал! Эйликс упал!..
Новый шорох вывел из состояния шока: зацепившиеся за мои ноги растения наконец порвались, но я не упала вслед за кромешником. Я повисла на лианах, которые он обмотал вокруг моих рук…
В привычном положении в голове прояснилось. Затолкав свой ужас подальше – не время анализировать случившееся, – я качнулась вправо, чтобы схватить ближайший пучок стеблей.
Путы на левой руке треснули – и меня швырнуло на стену колодца.
Свой шанс я не упустила: кошкой вцепилась в лианы, схватив их столько, сколько смогла. И повисла… Все, зацепилась!
Чуть отдышавшись, начала подъем по густому переплетению лиан.
Вскоре пришлось развязать лианы на правой руке: я добралась до того места, откуда росла одна из них. В процессе освобождения едва не свалилась, потеряв равновесие и опору.
Стены не были гладкими. Ямки, расщелины, небольшие выступы… И как только во время падения не разбила себе голову о последние? Видимо, хранили боги.
По ощущениям, падение в колодец длилось недолго, а вот подъем – кажется, уже целую вечность. Я начала уставать и все чаще делать остановки. Висеть, вцепившись в лианы, еще тот опасный отдых, но без подобных передышек никак.
Я лезла и лезла… Лезла и лезла… Захватить побольше стеблей, переставить одну ногу в петлю из растений, затем вторую. И так до бесконечности. Монотонность действий вгоняла в бездумье. Нехорошее состояние.
Необходимо отдохнуть по-настоящему, тем более что попалось узкое, но вполне удобное углубление в стене колодца. Вытянув ноги и прислонившись к боковой стенке ниши, я принялась рассматривать лианы. Интересно, что повлияло на окрас и свечение? Состав почвы? Магические эманации храма?
Забавно, последний раз я делала ботаническое описание одиннадцать лет назад. Нашла в саду растение, которое не встречала в энциклопедии, и пыталась классифицировать. Вопросы о дополнительных дарах разбередили старую рану, возвращая в прошлое…
Я сидела на груше и рассматривала зеленовато-коричневую нитку, опутавшую тонкую ветку. Если не присматриваться, то не поймешь, что нитка живая и у нее есть гаустории, своеобразные хищные усики, проникнувшие в дерево и тянущие из него соки. Определенно паразит, но этот вид я еще ни разу не встречала и не находила в энциклопедиях. Я могу, значит, стать первооткрывательницей! Как же назвать? Нет, свое имя новому растению давать не осмелюсь – меня назвали в честь Кайра Кери, который открыл камень, усиливающий некроманта. Называть так растение-паразит – грубая издевка. Родные осудят.
– Кайра!
Крик тети Циссы заставил вздрогнуть. Случайно она остановилась под грушей, не подозревая, что я прямо над ее головой.
– Кайра, служанки сообщили, ты все еще не переоделась в новое платье, а прадед уже въехал на территорию поместья. Ты понимаешь, что это значит, Кайра? Ты всех подводишь, глупая девчонка!
Отвечать я не собиралась, прекрасно понимая, что тетка только задержит меня, ругая, и тогда я точно не успею встретить барона в холле вместе со всей семьей. Мать огорчится, а тетка будет злорадно упрекать ее, пользуясь отсутствием хозяина дома.
– Кайра, выходи! Я знаю, ты здесь! – Помолчав, тетка добавила сквозь зубы: – И в кого ты такая глупая? Подозреваю, в мамашу.
Внутри будто кипяток расплескали. Злость переполнила, и я, схватившись за грушу, прицелилась.
Удержалась от броска в последний момент. Так нельзя. Нельзя бить людей, даже если очень хочется! На ранящие слова нужно отвечать соответственно – так учила мама. Да и пожалею я потом, что причинила боль живому существу…
Я зажмурилась, до конца не решив, правильно ли поступаю, отказавшись от скороспелой, как груша, мести.
За оскорбление моей мамы тетка Цисса ответит, обещаю. Сделаю ей какую-нибудь безвредную, но неприятную гадость.
– Кайра! – в последний раз крикнула тетка и вдруг замахала руками, запрыгала.
Секунду я смотрела на ее странный танец, а затем зажала рот ладонью. Осы! Тетку Циссу атаковали осы, облюбовавшие падалицу, по которой та прошлась.
– Ай!.. Ой-ой! – Схватившись за щеку, тетка спаслась бегством от разозленных насекомых.
Отсмеявшись, я осторожно оторвала кусочек неопознанного растения и, завернув в платок, спрятала в карман платья. Рассмотрю позже в своей комнате, а сейчас в самом деле стоит поспешить.
Спускаясь, я сильно торопилась и толком не выбирала ветки, за которые хваталась. Одна не выдержала моего веса и с громким хрустом надломилась.
Ух, вот это скоростной спуск!
Оправившись от удара о землю, сделала открытие, что отделалась легким испугом: порванным рукавом и клочком волос, оставленным на груше. Как любит повторять мама, поспешишь – глупых дел наворотишь.