Лана Ежова – Хаиса императора драконов (страница 49)
– Как скажешь, моя госпожа, – с откровенным вызовом пропела девушка.
В дверь постучали, точнее, загромыхали пудовыми кулачищами.
– Девчонки, вы не переодеваетесь? Я могу войти? – Вопрос Силана, второго повара, старшего сына Номирака, разрядил обстановку.
– Заходи, Силан, можно, – разрешила я.
Как же неудобно, что раздевалка одна для всех! Господин Морил изо всех сил сопротивляется – не желает тратить деньги на перегородку в большой в общем-то комнате. Но ничего, я его додавлю…
– Айла, что с тобой, крошка? Почему слезы льешь? – сочувственно прогудел здоровяк Силан. – Если кто обидел, скажи, я негодяю нос сломаю.
Талика засмеялась.
– Ей и ломай! Она сама себя обидела: сходила к алтарю – и ее метка осталась белой.
Силан потемнел лицом и, повернувшись к Талике всем корпусом, тихо обронил:
– Давно яд не сцеживала, змеища? С Нисьей рассорилась, теперь и работу хочешь потерять?
– Да кто же меня уволит! – расхохоталась склочная девица. – Морила все устраивает!
– Нет. На тебя столько жалоб! Он сказал, что проще одну тебя выгнать, чем терять остальных сотрудников, – произнесла я твердо.
Талика покраснела.
– На меня жаловались? Предатели!
И она с силой стукнула металлической дверцей шкафа, захлопывая ее.
Лязгнув, она не закрылась.
– Талика, стой! – крикнула я вслед подавальщице.
Впустую, даже не обернулась.
– Ненавижу вас, – прошипела она и выскочила в коридор.
Я подошла к шкафчику, чтобы закрыть.
И обмерла.
Среди личных вещей Талики оказались весьма… странные.
Я посмотрела на находку.
Находка в ответ посмотрела на меня.
И завизжала.
Я.
Безумно ядовитый красно-черный паук отреагировал соответственно: угрожающе поднял передние лапы. Мол, заткнись, истеричка, или укушу!
Я закрыла рот. Зачем Талике кровавый мохнач? И почему он ее не укусил?
– Что там? – проявила любопытство Айла.
Я пыталась закрыть ей вид на содержимое шкафчика, но одеревеневшие от страха ноги не позволили и шага ступить.
– А-а-а-а! – завопила кузина.
Второй паук принял угрожающую позу. Запрыгали таракаши, зло щелкая роговыми пластинами.
– Тихо! – прикрикнула я на кузину.
Не помогло – она продолжала тянуть одну ноту.
К счастью, Силан знал, что делать.
Он накрыл ее рот ладонью.
– Они же в банке – и пауки, и таракаши. Чего вопите, девочки?
И убрал руку. Айла тотчас зашипела:
– Силан, не затыкай мне рот грязными руками! Они у тебя пахнут пирогами!
Здоровяк добродушно хмыкнул:
– Между прочим, твоими любимыми, с ягодами.
Мне же стало стыдно. И чего я разоралась? Силан прав: жуткие твари в банках. Просто день тяжелый, вот и сдали нервы.
– Айла, зови господина Морила.
– Почему я, а не Силан? – возмутилась кузина.
Паук в банке подпрыгнул и ударился о крышку – Айлу словно ветром сдуло.
Ох, я забыла предупредить, чтобы никому больше не говорила о находке, надеюсь, ей хватит выдержки.
Увы, я переоценила сдержанность кузины…
С Морилом прибежала Талика и еще несколько любопытных сотрудников «Перекрестка».
– Ты залезла в мой шкаф, Эрика? – завопила бледная подавальщица. – Бессовестная! Что-то подкинула мне?
Быстро же она сориентировалась…
– Эрика, что происходит? – Господин Морил заглянул в шкафчик и прислонился к стене, чтобы не упасть от потрясения.
Увидев содержимое банок, он сразу понял, чем они опасны для гостиницы. Крах всему: его делу, репутации, безбедной старости.
Страх сменился гневом.
Багровый, как помидор, Морил с ненавистью посмотрел на Талику:
– За что? Что я тебе сделал?
Подавальщица криво улыбнулась и не ответила.
Переведя взгляд на меня, тяжело дышащий Морил приказал:
– Вызывай магполицию, Эрика!
Спустя час из шкафчика Талики изъяли и внесли в протокол: дурман, рвотное и зелье агрессии, которое время от времени подливали Морилу, банку с быстро размножающимися и все грызущими таракашами и банку с двумя смертельно ядовитыми пауками, веревку-спотыкач и еще несколько гадких штучек, которые должны были нарушить работу в гостинице, а затем и вовсе довести ситуацию до ее закрытия.
Еще в шкафчике обнаружили деньги. Много.
К счастью для гостиницы, магполиция обыск и арест Талики провела тихо – персонал гудел взбудораженным ульем, но гости ничего не заметили.
Перед окончанием рабочей смены из участка вернулся пришибленный Морил.
– Месть бывшего управляющего, – сообщил он в приватном разговоре. – Представляешь, Эрика? Он собирался не только разорить меня, но и засадить в тюрьму!
Я покачала головой.
– Антисанитарию в ресторане из-за выпущенных таракашей и потерю репутации представляю, а вот тюрьму – нет.