Лана Ежова – Хаиса императора драконов (страница 22)
Я осторожно приоткрыла один глаз и с трудом сдержала стон. Опять… Опять они, эти приставучие богини!
Повторяется прямо как в день моего появления на Дисгаре…
Я очнулась на холодном камне в странном полутемном помещении, дико болела голова. Сильнее всего – висок.
Ощущения странные, трудно расшифровать.
Я четко помнила, как летела, сброшенная с лестницы… Больно ударилась поясницей о перила, треск и падение…
Даже испугаться не успела, как уже лежу на леденящем спину камне не в силах пошевелиться, могу только смотреть не моргая.
Надо мной рыдала рыжая девушка, умоляя очнуться.
Еще две, близняшки со странно выкрашенными волосами – одна половина в белый, вторая – в черный, отчаянно спорили.
– Это не та! – сердилась одна из девиц. – Ты притянула не ту душу!
– В следующий раз вылавливаешь ты, – разозлилась вторая близняшка. – И вообще, почему ты решила, что она не подходит?
– Ты посмотри на нее! Разве такая сумеет убрать принца?
Чего-о-о?! Я должна убить какого-то принца?!
Повезло, что я не могла кричать: язык не слушался, как и остальные части тела. Я была словно парализована, а чувства частично заморожены.
– А давай спросим, готова ли она сотрудничать?
Одна из черно-белых близняшек столкнула меня с камня.
Нет, не всю… Я… я словно раздвоилась: часть отлетела в сторону, часть осталась лежать на холодном твердом ложе. На алтаре…
Я опустила взгляд и тотчас зажмурилась.
У меня прозрачные ноги. И руки тоже! Я могла видеть сквозь них черно-белые плиты пола!
Жутко, но нужно понять, что происходит. Где я?
И я открыла глаза.
Судя по антуражу вокруг, я в каком-то языческом храме: много стеклянных вычурных ламп с живым огнем, лепнина на стенах и потолке, шахматка пола, алтарь тоже черно-белый.
А еще было тело, из которого меня вытолкнули… И это не мое тело!
Потребовалось мгновение, чтобы рассмотреть его – юное, красивое, сейчас будто лишенное красок.
Бред же? Я брежу, определенно!
Ощущая небывалую легкость и свободу, я закружилась, оглядываясь, пытаясь осознать, что происходит!
Это ведь кошмар, правильно? Я сплю! Еще минуту назад я была на работе, а теперь непонятно где.
А может, я в реанимации? В коме?
Ой… А если, ударившись, я повредила голову и сошла с ума? И все, что вижу, галлюцинации?
– Эй, ты! – позвала одна из близняшек.
Я не отреагировала, пребывая в непередаваемом ступоре.
Где-то читала, что нельзя разговаривать с галлюцинациями, иначе можно поверить в них и связь с реальностью окончательно исчезнет.
– Аня, в своем мире ты погибла, и мы подарили тебе новую жизнь в нашем, – деловито произнесла вторая черно-белая девица. – Взамен ты выполнишь несколько заданий.
Я смотрела сквозь глюк. Она мне кажется. Ее нет, не существует.
Первая близняшка-бред помахала перед моим лицом тонкой изящной рукой.
– Она что, нас не слышит?
– Не выдумывай, Дис. Это местные глухи, а она иномирянка и должна нас слышать.
Какая яркая, детализированная галлюцинация… как будто все по-настоящему.
Опасаясь выдать себя, я уставилась на плачущую рыжую девушку. Что она делает? И что это за зеленый свет льется с ее рук?
Рыжая гладила голову безжизненной блондиночки, тихонько причитая:
– Эрика, вернись! Тебе слишком рано уходить… Вернись!
Это точно, что рано. Я-то прожила свою жизнь, а юная девочка на алтаре – нет.
– Дис, ты права, я притащила бракованную душу, которая нас не видит, а значит, бесполезна. Придется выпихивать обратно. Поможешь?
Заявление одной из близняшек несказанно обрадовало. Меня вернут домой! В мое родное тело…
Стоп!
А ведь оно разбилось!
Пусть я выжила и нахожусь в реанимации, но вряд ли смогу жить, как прежде…
– Жаль, такое хорошее тело пропало, оно точно понравилось бы принцу драконов, – мрачно произнесла Дис.
И, резко махнув рукой, что-то схватила.
Меня дернуло. Развернуло к алтарю.
Пучок полупрозрачных зеленых нитей тянулся от меня к телу на алтаре.
Изящный пальчик Дис дернул за одну из них, обрывая.
Дзынь!
Боль… В меня будто огненный прут вонзили!
– Хм, а иномирянка почти закрепилась в новом теле, – удивилась Дис. – Шустрая.
– Жаль, глухая, – отозвалась ее сестра.
Новое мелодично-тревожное «дзынь» – и волна корежащей боли.
Тоска. Отчаяние. Агония…
В затылок ударило холодом и страхом.
Позади – ничто. Ничто, готовое пожрать меня…
И острое понимание: это не глюк.
Это страшная реальность!
Я умерла и угодила в другой мир. Мне предложили новую жизнь, а я фактически отказалась!
Еще мгновение – и меня не станет. Вероятно, окончательно.
Толком не осознавая, что творю, я бросилась к алтарю. К телу, которое заметно менялось с каждой оборванной нитью.