Лана Эмм – Против сердца (страница 4)

Глава 6. Наивная девочка

Проснулась я от какого-то странного шептания. Два голоса говорили обо мне. Если и не обо мне, то пару раз точно называли мое имя. Потом все-таки вспомнила, где и с кем нахожусь. А голоса принадлежали Сандре и ее знакомому, Марку.

Вчерашний день, конечно, был богат на события. Я кое-как вчера уснула. А сегодня мне очень тяжело поднять голову с подушки. С большим усилием, всё-таки встаю.

— Не хорошо, шептаться о человеке, когда он рядом… — вместо доброго утра произнесла я. Обидно, вообще-то.

— Мы не о тебе. О ситуации, в целом… — Сандра, встает из-за стола и кивает на свое место. — Садись, позавтракай. Потом расскажешь, что в твоей прекрасной головушке творится.

Сажусь на ее место, напротив Марка.

— Как рука?

— Спасибо, неплохо. Болит еще.

— Ешь, давай! — затыкает мне рот Сандра.

— Может, ты мне расскажешь? — Сандра с недоумением смотрит на меня. — Что вы здесь делаете? Что у отца за бизнес? Я хочу знать.

— Твой отец держит сеть бойцовских клубов… — вместо сестры вмешался Марк.

— Кто! Тебя просил? Молчи, от греха подальше! — зло.

— Ну, уж нет! — ору я. — Давай рассказывай.

И он рассказал. Как отец в девяностых был спортсменом, самбистом. Получил травму. Завязал со спортом. И связался с криминалом. Его "крыша" помогла ему открыть первый бойцовский клуб. И потом он разросся до сети с десятью клубами по всей стране. И в каждом городе находилась своя "крыша".

— Откуда ты так много про это знаешь? — тихо спросила я, находившаяся еще под впечатлением.

— Я раньше работал инструктором по физической подготовке в МВД. Несколько лет назад на твоего отца заводили дело. Ходили слухи. Говорили, что его закроют. Но. Кто-то сверху развалил дело, и его закрыли за недостаточностью улик.

— Ладно, я поняла. А причем тут Егор Павлович? Я так понимаю, это он угрожает отцу?

— А вот это, тебе никто не скажет. Этот Егор Павлович, очень загадочная личность.

Каждый думает о своем. Тишину разрезает звук телефонного звонка. Я аж вздрагиваю.

Сандра берет трубку.

— Да, Олег, привет. Да… Что? В смысле?… В смысле, был в курсе?… Окей. Перезвоню. — швыряет телефон на кресло.

— Ты идиот? Какой, нахрен, Тайфун? Ты его видел? Ты и раунда против него не продержишься! — обращаясь к Марку, нервно ходит из стороны в сторону. Видно, что сильно переживает. — У него кулак с твою голову.

Нервно проводит по волосам и берется за голову двумя руками. Чуть не плачет.

— Я все решил. У меня есть тактика… — спокойно и уверенно.

— Какая, к черту, тактика. У тебя травма рабочей руки. Он тебя умотает… — на последней фразе ее голос срывается.

— Я знаю, как "сделать" его в пятом раунде.

— Эй, ты чего? Может и правда не надо? — уже я вклинилась. — Пусть рука заживет. А бой в другой раз.

— Я всё решил! — взял свою сумку и просто ушел.

— И всё? И ты его не остановишь? — выступаю гневно на сестру.

— Иди, останови его, попробуй. Упрямый…

— Как ты можешь, продолжать работать там, зная, что люди на этих рингах умирают? Ты, как отец, бессердечная!!!

— Да, что ты знаешь? И понимаешь, что? Сидишь в своем розовом мирке, доверчивая девочка. В клубе, за два года моей работы не пострадало ни одного бойца. Я останавливала бой, даже когда теряла кучу бабла. Вкладывала свои в лечение, если требовалось. И в моем клубе, в единственном из всей сети, есть своя медицинская служба. Все эти люди, весь персонал, мне как родные, я за них любого порву, даже отца. Я за них стеной. Не тебе меня судить. И отца тоже. Так что, продолжай сидеть в своем маленьком мире, маленькая наивная девочка! — взяла свой рюкзак и пулей вылетела из квартиры.

— Наивная, значит? Я вам покажу наивную.

Глава 7. Кулинарный подвиг

— Капец! Зачем я это сделала? — тупо хожу из стороны в сторону, ожидая приговора. — Наверно, не надо было. Нехорошо получилось… А нечего было называть меня наивной!

Сандра с Марком уже должны были вернуться. Если бой не состоялся. А если всё-таки состоялся? Еще хуже, тогда. Марка покалечат. А меня убьет Сандра. За самодеятельность. И тут уже не знаю что хуже: отец или сестра.

Хотя, если бой не состоялся, откуда они узнают что это я? Да, они по-любому узнают. Я же, идиотка, со своего телефона звонила. Мозгов не хватило с какого-нибудь автомата позвонить. А они существуют еще? Не важно уже.

Пока жду, стелю всем постель и ложусь. Утро вечера мудренее. Может и не влетит.

Рассматриваю узоры на потолке, чтобы хоть как-то отвлечься.

Отключаюсь. Сквозь сон слышу приглушенные голоса. Пришли. Вдвоем. Все хорошо, значит. Проваливаюсь глубже в сон.

Утром просыпаюсь раньше всех. Иду на кухню. Настроение — приготовить что-нибудь вкусненькое. Так, из продуктов, которые у нас есть можно пожарить только картошку. Да уж. Не густо. Сбегаю потихоньку в магазин.

Что-то мне захотелось блинчиков со сгущенкой. Дома у нас готовила всегда Таня. Но что там сложного? Ничего. Вот и справлюсь.

Купив продукты возвращаюсь домой. Мои сони еще спят. Так что успею. Замесив тесто, разбавляю его молоком, как в рецепте. Но что-то оно не промешивается. Блин! Точнее не блин. Одни комочки. Жалко миксера нет. Ну ладно, кое-как разбила комочки ложкой. И так сойдет.

Ставлю ту самую злосчастную сковородку на плиту. Наливаю масло и жду когда нагреется. А как понять, что оно нагрелось?

Вспоминаю, что можно капнуть воды и если вода закипит, значит пора.

Мочу руку под краном, только поднесла ее к сковороде, несколько капель упало, как оказалось, в кипящее масло.

В то же самое мгновение, это долбанное масло начало стрелять. И попадало исключительно в меня. И в глаз, и на обе руки, и в живот, даже через футболку.

Я хныкала, но не сдавалась. Вот, я бестолочь, конечно. Таня так пустую сковороду проверяла. Но все же я узнала, что масло нагрелось. Хоть, и не без травм.

Поднимаю сковороду, чтобы разлить тесто и сформировать блин.

Ай-яй-яй! Да, что же это такое…

Опять чуть не роняю ее себе на ногу, потому что она горячая. Вот балда. Схватилась за ручку без прихватки. Обожгла руку. Больно. И обидно. Что же я такая неумеха.

Ладно, хоть не разбудила никого. Нашла прихватку. Налила тесто. И пока первый блин жарился, шарюсь по всем ящикам в поисках аптечки.

Так, что можно использовать от ожогов? Посмотрим. Парацетамол, перекись, йод. И больше нифига. Может йод?

Блин! Первый, мой, блин сгорел! Уже и дым на всю кухню. Открываю окно, вытяжки-то нет.

Из целой стопки блинов, которая у меня должна была получиться, съедобными оказались всего штук пять от силы.

Большая часть порвались, некоторые сгорели, и еще несколько превратились в нелепые комки. Да уж. Кулинар из меня никакой.

Чай-то я сумею заварить. Колдую с чайником.

Все-таки заварив чай, наливаю себе чашечку. Думаю один блинчик собственного приготовления я заслужила.

Начинаю разворачиваться с чашкой горячего чая, чтобы присесть за стол. Делаю шаг в сторону.

— Ты нас убить хочешь? Чтобы мы задохнулись во сне? — появившийся из ниоткуда Марк. Не успеваю повернуться до конца, как чашка в моей руке дергается, и все содержимое выливается прямо на голый торс "соседа".

— Твою ж… — цедит сквозь зубы.

— Прости-прости, я нечаянно… — хватаю полотенце и начинаю вытирать ему живот.

— Да, что ты делаешь? — такое же неожиданное появление сестры. — Ты так только растираешь! Холодное надо.

И преспокойно достала из холодильника пачку пельменей и приложила к животу пострадавшего.

— И откуда я должна знать как правильно надо? Меня никто не учил.