Лана Блэр – Выпусти свою тьму (страница 4)

Всю дорогу до общежития я шел за ней, держась метрах в десяти. Несколько раз Саманта оборачивалась, и мне приходилось останавливаться или отходить в сторону, чтобы не попасться ей на глаза. Похоже, пару раз она все-таки услышала мои шаги, потому что под конец пошла заметно быстрее.

Я мог просто развернуться и уйти. Но оставить ее одну посреди пустого кампуса даже не рассматривал.

Силуэт Саманты растворялся в свете уличных фонарей. Я знал, что она боится. Это чувствовалось по тому, как сжимались ее плечи и как она ускоряла шаг, словно догадывалась, что за ней кто-то идет.

Если бы Саманта обернулась и увидела меня, пришлось бы многое объяснять. А к этому я пока не готов.

Когда она наконец скрылась за дверью женского общежития, я выдохнул. В груди неприятно стучало, а раздражение никуда не делось.

Какого хрена меня вообще настолько волновало, доберется ли она до своей комнаты?

Оставшись стоять в тени дерева, вижу, как она заходит в комнату. За ней врывается Брук, размахивая руками, тряся в одной из них телефон. Она что-то быстро говорит и даже на расстоянии понятно – злится. Саманта стоит к ней вполоборота, опустив голову и только слушает. Наверное, та отчитывает ее за то, что снова засиделась допоздна.

Хотел бы я ей сказать тоже самое.

Сунув руки в карманы, медленно отхожу от дерева. Развернувшись, иду прочь, стараясь не смотреть больше в сторону ее окна.

Хватит. Сегодня достаточно.

***

Утро встречает неприятным сюрпризом. Едва мы с Эмметом входим в аудиторию, как нас окликает куратор.

– Фостер, Джексон, к администрации. Немедленно.

Эммет поднимает глаза от телефона и хмурится.

– Что опять?

Я лишь пожимаю плечами, хотя уже чувствую, что ничего хорошего от этой встречи ожидать не стоит.

В кабинете нас ждет заместитель декана. Усталое лицо, руки на столе, а перед ним лежит отчет. Мы садимся на кресла напротив него. Что за лекция о морали на этот раз у нас будет?

– Кто-то сообщил, что вы курили на территории кампуса, – говорит он без лишних слов. – Косяк, если быть точным.

Эммет выдыхает, глядя в потолок. Он складывает руки на груди и выгибает бровь.

– Серьезно? Кто-то стуканул за это?

– Вам повезло, что мы не отстраняем, – продолжает декан. – Вместо этого – общественные работы. С завтрашнего дня будете помогать с организацией на ярмарке в честь Хэллоуина. Развлечения, палатки, уборка. Все, что скажут.

Эммет усмехается, но я не разделяю его настроения. Я думаю о Саманте. Теперь мои наблюдения за ней могут сократиться. А то и прекратиться вовсе. Может, она тоже будет там?

– Можно еще пригласить помощников? – задаю неожиданный вопрос даже для самого себя.

Эммет кривится и смотрит на меня, как на придурка.

– Хоть десять. Только не разнесите ярмарку, – вскидывает руку декан.

Получив у секретаря бумагу с назначением часов общественных работ, мы выходим в коридор.

– Не хочешь меня посвятить в свой план? – интересуется Эммет, шагая рядом.

Мы приближаемся к лестнице, когда я замечаю Саманту и Брук.

– Сейчас узнаешь, – киваю на девчонок.

Саманта идет рядом с подругой, смеется и что-то оживленно рассказывает. Я невольно засматриваюсь на нее и только через несколько секунд понимаю, что перестал слушать Эммета. Когда мы приближаемся, Брук первая поднимает голову.

– А вот и наши любители травки. Неужели к четвертому курсу вы не запомнили, что курение на территории кампуса запрещено? – говорит она с притворной серьезностью. – Слышала, вас приговорили к общественным работам.

Я усмехаюсь.

– Верно. Но у нас миссия поважнее – ищем добровольцев, – поворачиваюсь к ней, стараясь даже не смотреть на Саманту. – Может, присоединишься?

– Нет уж, спасибо, – Брук закатывает глаза. – Я не альтруист.

– Точно, – вставляет Эммет. – Ты скорее наблюдатель. Из тех, кто любит смотреть, как другие работают.

Она фыркает и показывает ему средний палец.

– Вот тебе моя помощь, Эммет.

Он смеется, искренне, с легкостью, которую я не могу себе позволить. А Саманта опускает голову, пряча улыбку.

– Я так понимаю, что ты, Сэм, тоже не хочешь составить нам компанию, – говорит Эммет.

Ее улыбка становится шире.

– Нет, – тихо отвечает она, вертя головой.

В этот момент я чувствую, как все сжимается внутри. Я не должен злиться. Не должен. Но стоило Эммету сказать ей пару слов, и мне хочется, чтобы он просто заткнулся.

Отступаю на шаг, стараясь не выдать раздражения. Саманта в этот момент смотрит на меня, и наши взгляды на секунду встречаются. Я первым отворачиваюсь, сохраняя привычное равнодушное выражение лица. Пока ей незачем знать, насколько сильно меня интересует все, что с ней связано.

– Ладно, – говорю, обращаясь снова к Брук, хотя каждое слово звучит будто сквозь зубы. – Если вдруг передумаешь, приходи в наш блок. Нам нужны люди, которые не боятся темноты.

– Значит, это точно не я, – хихикает она и поворачивается к Саманте. – Пойдем, пока тебя не перетянули на темную, – выделяет последнее слово, – сторону.

Они уходят, и я наблюдаю, как Саманта оглядывается на Эммета. Всего на секунду, но этого достаточно, чтобы кровь закипела. Засунув руки в карманы, сжимаю кулаки.

Она не должна пока ничего замечать. Я очень долго наблюдал за ней со стороны, чтобы сейчас выдать себя одним неосторожным взглядом. Поэтому приходится сделать вид, что мне совершенно безразлично, куда и на кого смотрит Саманта.

Мы с Эмметом решаем прогулять лекции и сворачиваем к заброшенной спортивной площадке за кампусом. День сегодня прохладный, но солнечный, и к обеду воздух успел немного прогреться.

– Ну, выкладывай, – говорит он, бросая рюкзак на землю. – Что с тобой сегодня? Ты будто готов кого-то убить.

– Ничего, – отвечаю резко.

– Да ладно, – усмехается Эммет. – Я видел, как ты на нее смотрел. На Саманту.

Молчу.

– Только не пытайся отрицать.

Отворачиваюсь, глядя на сетку ограждения, и глубоко вдыхаю.

– Я сам не понимаю, что со мной. Стоит ей появиться рядом, и я начинаю вести себя как ебанутый.

Эммет усмехается, но ничего не говорит.

– Я заметил ее в окне общежития, когда бегал один. С тех пор слежу за Самантой почти каждый день и не могу перестать о ней думать.

– Поэтому теперь ты предпочитаешь бегать один, – констатирует Эммет. – Хочешь ее?

– Нет, – поджимаю губы. – Не только. Это больше, чем просто желание. Мне постоянно мало. Сначала было достаточно просто смотреть, потом захотелось узнать, что она читает, куда ходит, с кем общается. Теперь меня бесит, когда она смотрит на других парней.

– Охуеть, – протягивает Эммет. – А ты времени зря не теряешь.

– Очень смешно.

– Я и не смеюсь.

Несколько секунд он молчит, а потом поднимает с земли камешек и бросает в сторону пустых трибун.

– Знаешь, самое хреновое начинается, когда понимаешь, что тебе нравится то, что нормальным назвать сложно.

Нахмурившись, смотрю на него.