Лан Ань Ни – Красная маска, синяя маска (страница 13)
Не щадили никого. Ни детей, ни женщин, ни стариков. И те, кто еще совсем недавно дышал, радовался и смеялся, с искаженными страданием лицами истекали кровью на земле. Картина была поистине жуткая. Она застыла в глазах принца, заставила его трястись от ужаса.
– Не показывайтесь им на глаза. Спрячьтесь понадежнее! – приказала Хэ Ланфэн. Мгновение спустя принц увидел девушку на площади, скрестившую меч с одним из ужасных воинов. Бессмертная мечница будто бы не билась насмерть, а танцевала. Ноги ее ловко отталкивались от земли, руки наносили жестокие удары. Меч ее точно ожил в руке и засверкал. Сун Жулань увидел, как Цинпин стал двоиться, троиться, множиться, и десятки сверкавших духовных клинков разом пронзили глотки жутких солдат. Но их было слишком много, они двигались подобно волне или сходящей с горы лавине. И Хэ Ланфэн в ее светлых одеждах потонула в кроваво-красном море. Оно поглотило и солдат городской стражи, и простых жителей Даляна, забившихся под прилавки и укрывшихся в ближайших проулках. Никому не было спасения!
Принцу хотелось позвать Ланфэн, но он понимал: мечница его не услышит. Юношу охватило отчаяние, такое же черное, как и клубы дыма над городом.
– Братец! – взвизгнула Янь`эр. Сун Жулань отвлкся и не заметил, как один из солдат в красной маске подкрался к нему. Каким-то чудом юноша успел увернуться от удара. Клинок лишь срезал кончик косы Янь`эр.
Принц обнажил меч. Но стоило ему скрестить оружие с противником, как от натиска у юноши дрогнула рука и свело зубы. Биться одной рукой, а другой держать кричащую и извивающуюся девочку оказалось очень и очень непросто. Меч противника резанул по плечу, по ноге, но в запале Сун Жулань даже не почувствовал боли. В удар он вложил всю имевшуюся силу, все отчаяние, и тот достиг цели. Принц разрубил пополам маску нападавшего и ахнул. У того
Вмиг позабыв о полученных ранах, Сун Жулань крепко прижал к себе девочку и бросился бежать.
Хэ Ланфэн уже доводилось биться с солдатами генерала Сян Юань-да. Но никогда прежде их не было так много. Наставница Хэ Янлинг рассказывала, что воины генерала – лишь куклы, вырезанные из стволов деревьев, растущих в Байху. Но в куклах этих заключена страшная сила Сян Юань-да. Он вдохнул жизнь в деревянные фигуры, создал огромную армию. И воины его не чувствовали боли, не боялись голода и холода, не испытывали сострадания, не знали сомнений. Их было крайне трудно одолеть. Против марионеток порой было бессильно и оружие бессмертных. И огонь не брал этих существ. От них можно было избавиться, расколов маску. Но и это помогало ненадолго.
Хэ Ланфэн слышала, что генерал Сян Юань-да появился на свет на далеком юге. По легенде он вышел прямиком из пламени костра и, отправившись странствовать по миру, нес с собой погибель всему живому. Вот только не следовало забывать, что, как и Сун Жулань, прежде генерал был человеком. Лишенные былой силы вэнь-шэни были вынуждены жить как смертные, но, умерев, они становились истинными чудовищами.
Пусть Ланфэн и доводилось сражаться с марионетками, их господина она на своем пути никогда не встречала. Ох, неспроста он избрал целью Далян! Похоже, Владычица Си Ванму уже прознала о Сун Жулане. Она не могла позволить ему завладеть жетоном. Вот и послала генерала убить юношу. И Ланфэн должна была любыми путями этому воспрепятствовать. Она должна была защитить принца и ни в чем не повинных жителей города.
Вся площадь была заполнена демоническими марионетками, некуда было и шагу ступить. И сколько бы Хэ Ланфэн ни билась, их не становилось меньше. Они напирали и напирали, окружали, и мечница осталась единственным светлым пятном в море красного. Она билась отчаянно. Сверкали и гудели духовные клинки, со свистом рассекая воздух, разрубая маски, отсекая деревянные конечности. Чем дальше, тем тяжелее было дышать. Пот и кровь струились по лицу девушки. Хэ Ланфэн начала уставать, а марионетки лишь прибывали. Оттолкнувшись от земли, она взбежала по отвесной стене на крышу. Марионетки сгрудились внизу, собираясь лезть за ней. Девушка направила в их сторону три десятка пылающих клинков, а сама огляделась. Раз уж от марионеток так просто не избавиться, лучше покинуть город и увести их за собой. Но для начала нужно было найти Сун Жуланя. Она надеялась, что смогла отвлечь внимание чудищ, и принц сумел спрятаться.
Напрасно. Все было напрасно.
От едкого дыма слезились глаза, и Ланфэн, скрипя зубами от досады, протерла их кулаками.
Сун Жулань, держа гибкий меч двумя руками, приготовился обороняться. За его спиной сгрудились люди. Янь`эр жалась к отцу. Женщины и мужчины, и бедно и богато одетые, вмиг позабыв о разделявшей их пропасти, стояли обнявшись. Земля вокруг была устлана телами стражников, точно ковром. Жителей города больше некому было защитить. Марионетки замерли, и лишь одна фигура продолжала движение, наступала на Сун Жуланя, заставляя его раз за разом отступать на пару шагов. До тех пор, пока отступать стало некуда. Длинный плащ его противника развевался на горячем ветру. На темно-красной одежде и поверхности резной маски не было видно следов крови. Рука в металлической перчатке потянулась к Сун Жуланю. Люди за его спиной сжались в один большой клубок. Обессиленные и отчаявшиеся, они даже не могли плакать и едва дышали.
– Брат мой, ты всерьез решил защищать смертных? После всего, что они с тобой сделали? Они отвергали тебя и годами держали взаперти. И ты готов отдать за них жизнь? Ты разочаровал меня даже сильнее, чем я ожидал, младший брат. Ты не демон, ты какое-то недоразумение!
Глава 4
Великое бедствие
Руки принца вспотели и скользили, оттого все труднее и труднее было сжимать рукоятку меча. Юноша до крови прокусил щеку. Да, ему было страшно. Очень страшно! Он никогда не был в настоящем бою. Его не выпускали на волю и избегали, но никогда не причиняли физического вреда. Он не знал, что это такое – оказаться на волоске от гибели. Позади принца были люди, чьи жизни зависели от него. Но как помочь им? Ему же не победить, ему даже не продержаться до прихода Хэ Ланфэн. Если она придет. Если она еще жива… Сун Жуланя охватило черное отчаяние. От запаха гари и крови кружилась голова, от боли было трудно держаться на ногах. Он чувствовал себя слабым, ничтожным и жалким.
– Ты так сильно меня боишься, Юань[22], – продолжал глумиться над ним генерал Сян Юань-да. – Боишься умереть. А ведь если умрешь, станешь сильнее. Пока ты заперт в человеческом теле, ты уязвим.
– Не приближайтесь! Вы ведь меня убить хотите! Это между нами! Не трогайте людей!
– И что же ты мне противопоставишь? Ну же! Покажи, на что способен! Мне так любопытно, братец. Ах да, ты ведь ни на что не годен! Напрасно глупые смертные ищут у тебя защиты!
Рука генерала сомкнулась на лезвии меча, и Сун Жулань стал свидетелем того, как подарок старшего брата рассыпался в прах.
– Оружие людей не нанесет мне и царапины, – заявил Сян Юань-да, и его рука потянулась к горлу принца. Юноша замер, загнанный в угол. Лицо врага было скрыто красной маской, но Жулань видел его глаза – черные провалы, в которых вспыхивали алые и золотые искры. Эти глаза походили на бушующее пламя костра. Они чуть сощурились, будто бы насмехались, потешались над беспомощностью юноши. Что же делать?!
Грохот на мгновение отвлек генерала, и он опустил руку. С крыши вовсю осыпалась черепица, марионетки гнались за Хэ Ланфэн. Девушка, подобно белому вихрю, неслась вперед, а ее спину прикрывал сверкавший Цинпин. Сделав головокружительный прыжок, она лишь коснулась носками сапог земли и снова поднялась в воздух. Меч уже был в ее руке. Другой рукой она со всей силы оттолкнула Сун Жуланя, и юноша повалился на землю. С губ горожан сорвался вздох облегчения. Бессмертная мечница пришла спасти их!
Они не замечали, как сильно устала Хэ Ланфэн. Силы стремительно покидали девушку, и она держалась на ногах лишь одним усилием воли. Ситуация была безвыходной. Марионетки пришли в движение, готовые атаковать, но тут же снова замерли. Сян Юань-да нетерпеливо махнул рукой, останавливая их. Из-за пояса он выхватил длинный кнут.
Щелчок, и по его змеевидному телу расползлось пламя. Кнут рассек воздух и всех опалил страшным жаром. Ланфэн почувствовала, как начала тлеть одежда. Огненные языки облизали землю. Меч предупреждающе загудел в руке девушки. У каждого клинка бессмертных была душа, Цинпин все понимал и просил хозяйку отступить. Против такого могущественного демона ей не выстоять.
Вот только отступать было поздно и некуда. Кнут вновь со свистом рассек воздух, Хэ Ланфэн ринулась в бой. Но не прошло и минуты, как она уже лежала поверженная на земле. Духовный клинок погас.
Волосы и брови Ланфэн опалил огонь, на ладонях вздулись волдыри. Стиснув зубы, из последних сил стараясь подняться на ноги, она потянулась обожженными пальцами к мечу. Но генерал наступил на руку девушки. Вспышка боли ослепила Ланфэн. Она ждала последнего, смертельного удара, и все мысли мигом выветрились из головы. Это был конец. Вот только последнего удара не последовало. Девушка услышала грозный рык генерала. Кровавая пелена будто спала с глаз.