Лали Аморале – Ученица главного злодея (страница 64)

Я закрыла глаза, вспоминая все наши уроки. Как он изводил меня, как заставил раздеться практически догола в подвале, как вынудил проткнуть мечом голема, похожего на ребенка. Я не могу убить его. Только не я. Пальцы руки начинает покалывать. Еще чуть-чуть. Я вспоминаю прошлую ночь, когда он подтолкнул меня к тому, чтобы применить Глас самой. Он ожидал чего-то подобного или это была просто игра, оказавшаяся полезной? Я медленно поворачиваюсь, успевая заметить ошеломленное лицо Рэна, который не может пошевелить и пальцем, и бью.

Тело Рэна летит в стену, врезаясь в нее со страшным грохотом. На пол тут же начинают осыпаться куски белоснежной лепнины.

– Дея!

От силы удара ноги подкосились, но упасть на пол я не успела. Гай подхватил меня и прижал к своей груди. Одной рукой удерживая мою талию, второй он запустил в своего брата огненную стрелу. Увы, долго применять Глас я не смогла, поэтому освободившийся к этому моменту Рэн успел выставить щит. Откинув в сторону самый большой кусок камня, придавивший его, он встал и отряхнулся.

– Мое почтение, Дея, ты и правда сильна, – он медленно похлопал в ладоши, а с его рук осыпалась белая пыль. – Вот только почему Гай до сих пор не отдал тебе Силу пепла? Без нее ты можешь бить меня бесконечно, смешная ты девчонка.

– Сила пепла? – я выпуталась из объятий Гая и взглянула в сторону алтаря. – Так называется амулет?

– Да, и это то, как он действует. Превращает в пепел и зло, – он приложил ладонь к своей груди, – и добро.

Рэн показал на меня, а потом взглянул так, как будто искреннее сочувствовал.

– Но, похоже, мой брат тебе об этом не сказал, да? Какая жалость. Но ты знаешь, Дея, Гайсолан постоянно использует людей в своих целях. Это так естественно для него. Мы все просто безмозглые зверьки по мнению Гая.

Я повернулась к магу, краем глаза замечая сожаление на лице Самиты. И мне наконец стало все понятно. Я много раз задумывалась над тем, что же делает меня такой особенной. У меня не было невероятной силы, я не повелевала умами, ничто не отличало эту Дею от других Дей, увиденных Гаем в зеркалах. Кроме одного.

– Скажи, Гай, чего не хватало тем, другим?

Гай молчал, снова превратившись в камень. Вот только на этот раз я точно знала, что Рэн ничего с ним не делал. Его взгляд прошелся по моему лицу и замер в районе губ. Я усмехнулась – грязно играешь, маг.

– Ну же, смелее, – процедила сквозь зубы.

– Самопожертвования.

Глава 37

– Милая моя девочка, – ворвался голос Рэна в нашу с Гаем битву взглядов. – За все это время ты так и не поняла, что нельзя стать спасителем мира и прожить долгую счастливую жизнь? Героями становятся только посмертно.

Не раздумывая, я бросилась к алтарю, чтобы схватить амулет. Когда до него остался буквально шаг, я протянула руку, но меня снесло мощной волной вбок.

– Куда это ты собралась?! – взревел Рэн, но пока я переворачивалась на спину, его голос оборвался.

Прижавшись к стене, я с трудом успевала следить за перемещениями двух магов. Гай подлетел к Рэному, едва касаясь ногами пола, и схватил того за шею. Любого другого это убило бы на месте, но Рэн только сипло рассмеялся. А потом на моих глазах шея его стала тоньше, не давая Гаю как следует сжать пальцы. Он схватил брата за ворот плаща и отшвырнул от себя, как беспомощного котенка.

– Гай, держи! – крикнула Самита, бросая ему какой-то клубок.

От удара о пол тот распался и превратился в дюжину одинаковых мужчин. Все они выглядели в точности как Гай и начали окружать Рэна. Я вскочила на ноги, успевая про себя отметить, что Самита, оказывается, умеет создавать не только безобидные иллюзии. Мне нужно было добраться до алтаря.

От очередного удара стены и пол древнего храма содрогнулись, и я не удержалась на ногах. Перекатываясь ближе к алтарю, заметила сноп искр, который сыпался прямо с постамента. Похоже, Рэн сделал попытку уничтожить амулет с расстояния, но ничего не вышло: на алтаре появилась лишь черная подпалина. На этот раз я решила не вставать, чтобы не становиться отличной мишенью, а поползла.

– А ну, иди сюда, – раздалось над головой шипение.

Удар мы нанесли одновременно с Гаем, и тело Рэна снова оказалось на противоположной стороне храма. На этот раз в потолке появилась дыра размером с его голову, а в эту дыру падал луч солнца, образуя столб пыли. Сколько бы иллюзий ни создавала Самита, они не могли справиться с Рэном. Какими бы сильными и точными ни были удары Гая, он вставал, отряхивался и с улыбкой сумасшедшего снова бросался в бой.

– Какой смысл сопротивляться? – он разве руками, после того как в очередной раз поднялся из груды обломков. – Если будете себя хорошо вести, я оставлю вас в живых. Вы все трое будете служить напоминанием о моей славной победе. В новом мире, где я буду богом!

Это было бесполезно. Нам ни за что не победить его, используя только свои силы. Даже если мы ударим вместе, он просто посмеется и продолжит выматывать нас. Если Рэна не убить, он осуществит задуманное: сначала избавится от меня и Гая, а потом примется опустошать миры. Один за одним, пока не останется ничего, кроме серого пепла.

Воспользовавшись тем, что Самита создала очередную иллюзию, я юркнула за алтарь. На глаза внезапно набежали слезы – так сильно не хотелось умирать. Я шмыгнула носом, вытирая влагу и осторожно выглядывая из-за алтаря, чтобы понять, где Рэн. Готова ли я умереть? Спасти всех, но погибнуть сама? Почему я? Почему однажды дурацкая безделушка показала на меня? Получается, все продолжат жить и получат безопасный мир, а я останусь лишь в чьей-то памяти? Я заорала, со всей силы ударяя кулаками по полу.

– Проклятый Гай Морок!

Я выскочила из-за алтаря, хватая амулет. Он не просто так провел столько времени в Зале всех судеб. Магу действительно удалось найти ту меня, которая не сможет отказаться. Пожертвует собой ради других.

Едва амулет оказался в моих руках, как в храме стало тихо. Самита бессильно повалилась на пол, а ее многочисленные иллюзии вмиг растворились в пыльном воздухе. Рэн замер, выпучив на меня большие глаза, а его брат резко повернулся, взмахивая плащом. Я сжала вещицу в руках, пытаясь понять, как она работает. Внезапно в груди стало тепло. Я чувствовала, как растет сила, наполняя и буквально разрывая меня на части.

Мои глаза сами нашли Гая. Не знаю, чего я ждала. Что он хотя бы закричит: «Дея, не делай этого!»? Но маг просто молчал. Более того, в его взгляде отражалось нетерпение, он словно желал, чтобы я побыстрее нанесла удар и покончила со всем. Я усмехнулась – ничего у меня не получилось. Гай Морок как был сухарем, так им и остался. Он нашел меня и привел в свой замок, чтобы я сделала это. А теперь будет молча стоять и смотреть, как я умираю.

Обида разрывала все внутренности на части, и я поджала губы, чтобы не расплакаться. В конце концов, это только мои проблемы. Похоже, в отличие от меня, у Гая получилось держать себя в руках. Это я влюбилась как дурочка, хотя и обещала не допускать ничего подобного.

– Я делаю это не ради тебя, – произнесла я тихо, не сомневаясь, тем не менее, что маг меня услышит. – Это ради мамы и папы. Ради Хакона, который обязательно найдет девушку, которая его полюбит. Ради Мракии, которая заслужила хоть немного света и тепла. Ради всех других.

Гай едва заметно кивнул, давая понять, что услышал. Рэн попятился назад, опасливо поглядывая на мою руку, которая уже пылала от с трудом сдерживаемого потока силы. Сконцентрировавшись, я ударила. Грудь тут же опалило огнем. «Это оно? Я превращаюсь в пепел?». В глаза потемнело.

– До свидания, Гай, – прошептала я пересохшими губами, и свет окончательно померк.

– Милая моя девочка, – ворвался голос Рэна в нашу с Гаем битву взглядов. – За все это время ты так и не поняла, что нельзя стать спасителем мира и прожить долгую счастливую жизнь? Героями становятся только посмертно.

Не раздумывая, я бросилась к алтарю, чтобы схватить амулет. Когда до него остался буквально шаг, я протянула руку, но меня снесло мощной волной вбок.

– Куда это ты собралась?! – взревел Рэн, но пока я переворачивалась на спину, его голос оборвался.

Прижавшись к стене, я с трудом успевала следить за перемещениями двух магов. Гай подлетел к Рэному, едва касаясь ногами пола, и схватил того за шею. Любого другого это убило бы на месте, но Рэн только сипло рассмеялся. А потом на моих глазах шея его стала тоньше, не давая Гаю как следует сжать пальцы. Он схватил брата за ворот плаща и отшвырнул от себя, как беспомощного котенка.

– Гай, держи! – крикнула Самита, бросая ему какой-то клубок.

От удара о пол тот распался и превратился в дюжину одинаковых мужчин. Все они выглядели в точности как Гай и начали окружать Рэна. Я вскочила на ноги, успевая про себя отметить, что Самита, оказывается, умеет создавать не только безобидные иллюзии. Мне нужно было добраться до алтаря.

От очередного удара стены и пол древнего храма содрогнулись, и я не удержалась на ногах. Перекатываясь ближе к алтарю, заметила сноп искр, который сыпался прямо с постамента. Похоже, Рэн сделал попытку уничтожить амулет с расстояния, но ничего не вышло: на алтаре появилась лишь черная подпалина. На этот раз я решила не вставать, чтобы не становиться отличной мишенью, а поползла.