Лали Аморале – Принцесса и отверженный (страница 2)

Верон явно был недоволен тем, что простой советник наплевал на вековые традиции. И я была с ним полностью согласна. Кто такой этот Грауди, чтобы так себя вести?! Почему-то совершенно некстати вспомнилось, как отец обратился к нему по имени. Кристоф. Имя было подстать ему: такое же грубое и немодное.

– Господа, с вами было приятно поболтать, но мне пора готовиться к вечеру.

Сатос и Верон хором вызвались проводить меня до дворца, и я благосклонно приняла их предложение. Эхиль и Кесли угрюмо поплелись следом, злобно сверкая на меня глазами. Они о чем-то тихо переговаривались, а значит, строили козни. Сестрички терпеть не могли, что я во всем их превосходила, и постоянно пытались выставить меня в невыгодном свете.

Назло этим двум змеюкам всю дорогу до дворца я флиртовала с нирами. Смеялась над их шутками и позволяла осыпать себя комплиментами. В комнату я вернулась довольная собой и совсем не вспоминала об ужасном советнике.

Весенний королевский бал был главным событием года. На него, в отличие от осеннего, съезжались и гости из соседних королевств. Бросив последний взгляд в зеркало, я довольно улыбнулась. Мне на балу как обычно не будет равных. Платье кремового цвета открывало шею и плечи, а высокое декольте было оторочено изганским кружевом. Его специально везли в Нирданию из-за моря. Пышные рукава гармонировали с такой же пышной многослойной юбкой. Ее цвет в зависимости от слоя менялся от нежно-кремового к белому.

Завершали образ изящные туфельки с россыпью драгоценных камней и, разумеется, украшения из королевской сокровищницы. Ах да: кокетливая темно-рыжая прядка, якобы небрежно торчащая из высокой прически, готовилась сводить с ума новых поклонников. Я вышла в коридор и тут же наткнулась на сестер.

– Девочки, – я победоносно улыбнулась и сделала книксен.

– Алия, – ответили они на удивление дружелюбно.

Точно что-то задумали. Придется весь бал держать ухо востро. Мы спустились в семейный зал, чтобы там дождаться начала официальной церемонии. В помещении уже была куча людей: папины сестры с целым выводком детей и внуков, родственники мамы, ворчливые бабки с обеих сторон. Вся эта пестрая компания громко болтала и восторгалась убранством дворца. Я хмыкнула: ну, еще бы, я лично следила за работой декораторов.

– Чего это ты вырядилась как на свадьбу? – пропищала Эхиль.

Ей по возрасту было положено кукольное платье мерзкого розового цвета.

– Завидуй кому-нибудь другому.

Я отмахнулась от сестры, разглаживая на груди мягкое кружево.

– Да ты просто боишься, что никто не обратит на тебя внимания без всей этой мишуры, – фыркнула Кесли.

– Боюсь? – я смерила сестру недоуменным взглядом. – Ты в своем уме?

– А я согласна с девочками, – неожиданно выдала Марла. – Все твои поклонники знакомы между собой и просто повторяют друг за другом. Кого-то новенького ты вряд ли очаруешь.

– Да, – встряла в беседу Эхиль. – Кого-то, кому плевать на твое изганское кружево. Например, советника.

При упоминании Грауди я отпрянула от сестры. Наш сказочный бал и этот мужчина плохо сочетались друг с другом.

– С какой такой стати мне очаровывать советника?

– Да ты даже на танец побоишься его пригласить, – язвительно заметила Кесли, а остальные согласно закивали.

– Вы точно все ума лишились! – воскликнула я возмущенно. – Разумеется, я не буду приглашать на танец этого… хромого!

Слишком поздно я заметила, что три завистливые рожицы расплываются в довольных улыбках. Марла задрала свой тонкий нос и перевела взгляд мне за спину.

– Добрый вечер. Отец. Господин советник.

Глава 3

Я замерла, ощущая затылком чужой взгляд. Знала ведь, что эти гадюки что-то задумали, и все равно позволила им обвести себя вокруг пальца! Я медленно вздохнула. Что ж, от стыда еще никто не умирал, и я не умру.

– Папа! – я резко повернулась, позволяя подолу платья подлететь вверх.

Нужно было поздороваться и с советником, но при виде Грауди я лишилась дара речи. Вблизи он оказался еще выше. Мужчина нависал надо мной темным пятном на фоне сверкающей позолоты зала. Черные линии, которые я заметила на его лице в кабинете, оказались рисунком. Это выглядело так, как будто кто-то нарисовал краской поверх шрамов. Никогда не видела ничего подобного.

На советнике был всё тот же потрепанный сюртук. Я перевела взгляд на трость, подмечая красивые длинные пальцы, сжимавшие набалдашник.

– Алия, где твои манеры? – недовольный голос отца вернул меня в реальность.

– Господин советник.

Я неловко присела, ощущая, как жар заливает щеки, и протянула ему ладонь для приветствия. Предполагалось, что мужчина легонько пожмет ее и склонит голову, признавая королевский статус. Но Грауди явно не был знаком с дворцовым этикетом.

Его пальцы крепко обхватили ладонь, и он наклонился, прижимаясь к тыльной стороне губами. Их тепло я почувствовала даже через кружево ажурных перчаток. Сердце застучало как бешеное.

– Я бы отказал вам в танце, принцесса, – внезапно произнес советник, обволакивая меня своим чарующим голосом. – Но не потому что я хромой, а потому что не танцую с маленькими капризными девчонками.

Он отпустил мою ладонь и отступил. Во взгляде советника было полное равнодушие. Щеки, и без того горевшие огнем, запульсировали. Да как он смеет! Нужно было что-то сказать, поставить на место зарвавшегося нахала, но я продолжала молчать. Более того, ощущала себя, как нашкодившая кошка.

Отец с советником тем временем обошли меня и обратили свое внимание на сестер. Меня же словно больше не существовало. Наверное, впервые в жизни я растерялась. Переступив с ноги на ногу, подхватила подол пышного платья и просто сбежала. До самого начала бала я пряталась в глубокой нише, пытаясь вернуть себе самообладание.

Больше всего злило даже не то, что простой советник отчитал меня перед отцом и сестрами, а то, какое впечатление я о себе создала. Взбалмошная девица, которую так глупо обвели вокруг пальца.

– Р-р-р, – зарычав от злости, я пнула кадку с цветком и поморщилась от боли.

Когда королевской семье пришло время выходить в основной зал, я вылезла из своего укрытия. Распихав сестёр-гадюк, встала рядом с отцом. Те возмущенно зашипели, но я сделала вид, что их просто не существует.

– Это было отвратительно, – тихо произнес отец.

– Отвратительно – пускать человека без статуса в семейный зал, папа. К тому же я сказала правду: он действительно хромой.

– Алия, – в голосе отца звучало предупреждение. – Ты красива, умна. На твою руку претендуют лучшие молодые люди.

Я довольно улыбнулась, но король продолжил:

– Но ты ужасно избалована и своенравна. Однажды это сыграет с тобой злую шутку. Впрочем, – отец устало покачал головой, – всё это только моя вина. Я слишком потакал твоим капризам. Вот если бы твоя мать была жива…

Не успела я возразить, как высокие двери распахнулись и заиграла торжественная музыка. Все проблемы мигом вылетели из головы. Никто не посмеет испортить весенний бал!

Больше всего я любила именно этот момент. Идти в первом ряду плечом к плечу с королем, дарить улыбки собравшимся и ловить восхищение в ответ.

Я повернулась направо и едва не споткнулась. Только королевская выдержка помогла сохранить улыбку на лице. Грауди стоял позади толпы, облокотившись на стену. Его голова была чуть запрокинута, а глаза – прикрыты. На торжественную процессию советник даже не смотрел! Он там уснул, что ли?!

– Алия, это неприлично, – кивая подданным, процедил отец.

Только после его слов я поняла, что всю дорогу испепеляла советника взглядом. Словно услышав короля, Грауди лениво открыл глаза. Посмотрел по сторонам, на несколько секунд задержался на гостях из Агонды, кивнул кому-то из министров и… снова сомкнул веки. Я совсем не по-королевски фыркнула.

Уверена, он это специально! Взгляды всех собравшихся были обращены на меня. Я уже слышала новые баллады, которые трубадуры будут распевать по всему королевству после бала. И все они будут посвящены мне, а не противному советнику! Откинув с лица прядь волос, я взошла вслед за отцом на возвышение. Мы с сестрами уселись, а папа дал музыкантам знак остановиться.

После этого к трону потянулась вереница высокопоставленных гостей. Обычно я любила эту часть и с удовольствием болтала с теми, кто прибыл из дальних краёв. После бала мы с отцом делились впечатлениями о потенциальных врагах и союзниках. Но сегодня я была до невозможности рассеянна. Все лица слились в одно, и уже через десять минут я не могла толком вспомнить ни одного имени. На причину своего отвратительного настроения я старалась не смотреть.

– Приветствую гостей пятьдесят второго весеннего бала! – звучный голос короля взмыл к высоким сводам дворца. – Не жалейте животов и ног своих!

В ответ на традиционное приветствие гости захлопали. Оно знаменовало окончание официальной части. Теперь все могли есть, пить и танцевать до самого утра. С трудом дождавшись, когда отец договорит, я встала.

– Алия, прошу, не делай глупостей.

– Не понимаю, о чем ты.

Я посмотрела на отца и захлопала ресницами. Родитель на спектакль не купился.

– Мне знакомо это выражение лица. С таким ты в детстве отправлялась ловить рыб в пруду.

Рыбы в королевском пруду были очень редкими и ловить их строго-настрого запрещалось. Эти запреты я, конечно, всегда игнорировала. Именно на это и намекал отец.