Лада Зорина – Измена. Ты не смог ее забыть - Лада Зорина (страница 39)

— Думаю, он понимает, что риск оправдан. К тому же, ему несложно было проверить, что никакой слежки за тобой не ведётся. Что ты… сама по себе.

Ой, какая замечательная формулировка. Жаль, что ни черта не соответствовавшая действительности. Была бы я сама по себе — и меня никто не тормошит бы. А у нас вон что назревало — целая шпионская миссия.

— Если он позвонит и назначит встречу, я тебе сообщу, — пообещала я, мечтая поскорее закончить этот тягостный разговор.

— И не вздумай ничего сама предпринимать! — пригрозил муж, будто чуял, что именно так я и поступлю.

Но он сам признался, что официально органы им ещё не занялись — они изучали документацию и пока не пришли к какому-либо заключению. А если в итоге выяснится, что этот Гараев и не преступник вовсе? Что никаких махинаций он не проворачивал?

Королёв так уверен в его вине, потому что этот Гараев посмел Лопатину как-то обидеть? Сейчас он от неё всячески отпихивается, а ведь ещё совсем недавно собирался до последнего защищать, мне ли не помнить?

Мне как, стоит просто забыть об этом моменте? Выбросить его из головы? Не брать во внимание?

Что-то внутри скреблось и подсказывало, что Королёв пытался принять желаемое за действительное.

Поэтому когда Гараев мне таки позвонил, я не стала делать скоропалительный выводов. Я решила внести собственную лепту в то, что в итоге могло оказаться благим делом.

— Извини, что несколько дней от меня не было ни слуху, ни духу, — голос в трубке звучал без пяти минут виновато. — Разные дела навалились. Если ты не против продолжить наш разговор по душам, я был бы рад снова увидеться.

Разговор по душам. Это звучало, как идеальное прикрытие для моей примитивной задумки. Но у меня был инструмент, о котором Гараев сейчас не догадывался — информация, которую ссудил мне Королёв.

Информация, которой я не постесняюсь воспользоваться, только бы ощутить, что я тоже имею какой-то вес и какое-то значение в этой жизни.

Я не безвольная кукла, не марионетка, которую дёргают за ниточки все, кому не лень. Если чему и стоило поучиться у Лопатиной, так это тому, что она сама прокладывала себе путь по жизни. Чем это для неё завершится — другой вопрос. Но факт оставался фактом — она сумела с Королёвым нас развести, потому что была уверена в собственных силах и не стеснялась действовать. Ни у кого не спрашивала разрешения.

Ни у кого.

— Взаимно, — ответила я. — Была бы рада продолжить беседу.

Моя готовность явно приободрила моего собеседника.

— Тут недалеко открылся классный фудкорт, — сообщил Гараев, и мне однозначно согрел сердце тот факт, что он не пытался затащить меня в какое-то укромное место.

Королёв зря бил тревогу. Если этот тип лелеял какие-то коварные планы, приводить в действие их прямо здесь и сейчас он не собирался.

— Правда? А я ничего о нём и не слышала

Благо удивление не пришлось симулировать — за всеми драмами личной жизни я мало интересовалась внешним миром и меньше всего — новыми фудкортами.

— Говорят, отличное место. Можем встретиться завтра. Приглашаю тебя на обед.

Идеально. День, людное место. Что он мне сделает?

— Подходит, — согласилась я, постаравшись, чтобы мой голос звучал без подозрительной спешки. — Тогда… буду ждать.

И внутри всё же кольнуло запоздалое сожаление — пусть я из-за своих личных страданий и не успела настолько проникнуться фантазиями о том, что в мою жизнь вошёл потенциально перспективный поклонник, на душе сделалось тяжко.

Неужели я не достойна того, чтобы мною интересовались просто потому что я — это я?.. Почему и как я оказалась в этой странной и опасной игре, а треугольник в итоге превратился в чёртов квадрат!

— Буду очень рад снова увидеться, — в голосе Гараева слышалась улыбка.

— Я тоже, — ответила я.

Вот только поводов для ответной улыбки у меня не было.

Глава 54

— Очень... уютное место, — я огляделась, надеясь, что моё внутреннее нервозное состояние никак не отражалось снаружи.

— Надеялся, что тебе понравится, — Давид улыбнулся, и мне пришлось отреагировать аналогично.

Чёрт возьми, я и не думала, что буду паниковать.

Я ожидала, конечно, что мне будет как минимум не по себе, что я буду, вероятно, слегка мандражировать, но поймала себя на мысли, что мои представления совершенно не совпадали с действительностью.

Сейчас меня едва ли не колотило. И вся затея казалась не такой уж и продуманной.

Хотя что продуманного? Я просто решила не бросаться с отчётом к Королёву, стоило Гараеву снова связаться со мной.

И только чуть позже я поняла, почему не торопилась. Была одна важная причина, которую я не сразу разглядела за своим отважным желанием выведать у вероятного преступника правду самой.

Мне хотелось заглянуть в глаза этому человеку и удостовериться, что я ошиблась... или наоборот. Порой нас просто лишают возможности посмотреть обидчику — предавшему, подставившему или оскорбившему нас человеку — прямо в глаза и убедиться, что ты ничего себе не надумала. Что с тобой действительно обошлись жестоко, бессердечно, нечестно, просто использовав в собственных целях. И даже не важно, какие цели — благие или не очень.

Хотелось узнать всё наверняка, чтобы потом не жалеть о содеянном.

— Ты вообще часто вот так, в кафе выбираешься?

Гараев бросил на меня вопросительный взгляд, но тут же его отвёл — видимо, не хотел, чтобы я заметила. А я очень даже заметила и даже хорошо понимала его удивление.

За нашу очень короткую историю общения я, кажется, впервые проявила инициативу.

— Не особенно. Скорее могу заскочить куда-нибудь ненадолго, если мотаюсь по городу.

У меня на языке крутился ещё один вопрос, но я не рискнула его задавать. Он бы ж точно навёл моего собеседника на размышления.

Место было уютным, как и тот ресторан, в котором мы с Гаревым ужинали. До меня только сейчас в всей своей ясности дошло, что оба заведения располагались в одной из самых сонных частей города. Крайне далеко от шумного центра. Да и добрались мы сюда дорогами частного сектора. Это один из естественных маршрутов, да, но всё-таки не могло не наводить на очевидные мысли.

Гараев вёл себя исключительно осторожно и лишний раз старался нигде не светиться, хоть и проводил какие-то манипуляции со своей внешностью — так, кажется, говорил Королёв.

Я из всех сил сдерживалась от того, чтобы лишний раз на него не глазеть, гадая как этот человек мог выглядеть изначально.

— У тебя… бизнес какой-то? Ты просто что-то такое за ужином упоминал, и я не уверена, что верно запомнила.

— Можно и так сказать, — кивнул Гараев и вдруг, усмехнувшись, качнул головой.

Моё сердце тревожно ёкнуло.

— В чём дело?

— Да нет, ни в чём особо, — ответил он с улыбкой. — Просто странно немного слышать от тебя вопросы. До сих пор ты вела себя так, словно тебя ничего обо мне по большому счёту и не интересует.

Я закусила губу, обругав себя за нетерпеливость. Но проклятая нервозность всё-таки давала о себе знать.

— Я просто… не привыкла с вопросами к людям лезть, — призналась я и даже почти не соврала. — Особенно к незнакомым.

— Я всё-таки надеюсь, мы не так уж и незнакомы, — со смущённой усмешкой отозвался Гараев.

И мне пришлось схватиться за свою кружку кофе, чтобы скрыть от него жуткую неловкость.

Очень хотелось чертыхнуться. Желательно в голос. Потому что Гараев вёл себя как обычный заинтересованный в общении с объектом своей симпатии мужчина.

И мне уже становилось откровенно не по себе от этих странных шарад. Неужели Королёв мог так сильно промахнуться? Эта его Лопатина просто навешала ему лапши на уши о том, что её бывший муж — нарушитель закона и пытается с ней поквитаться.

И я уже готова была дать заднюю, раскаявшись про себя за подогретые визитом мужа подозрения, когда мой собеседник тоже отхлебнул своего кофе и как бы между прочим поинтересовался:

— И раз уж речь действительно зашла о знакомстве… ты совсем ничего не рассказывала мне о себе. В смысле о своей работе. Ты вроде бы упоминала, что работала в фирме бывшего мужа?..

Я застыла, умоляя себя ничем не выдать свою истинную реакцию.

Это оказалось сложнее, чем можно было представить.

— Я… да. Да, работала. Уже нет. Уже не работаю. Извини… кгм… это тяжёлая тема…

Я пыталась скрыть своё волнение за неловкостью, якобы вызванную тем, что обсуждение прошлого даётся мне сложно из-за того, какие эмоции и чувства будило.

— Понимаю, — медленно кивнул Гараев.

И если бы этот разговор состоялся до моего диалога с мужем, я отреагировал бы примерно никак. То есть я и не подумала бы цепляться за его последнее слово. Но сейчас я была человеком на миссии.