Лада Соль – Ремонт с гарантией (страница 3)

— Я хочу совершить глупость, — сказала уверенным голосом, даже не представляя, откуда во мне взялось столько силы воли.

— Не нужно, — Глеб покачал головой и сжал мои плечи, будто удерживая, только непонятно кого, меня или себя.

— Я большего не прошу, — голос дрогнул, а глаза защипало от слёз.

Ну нет! Я не смогу быть ни с кем другим. И даже если это только единственная ночь будет, то Глеб — единственный мужчина, которому я подарю свою девственность!

— Рита, ты не понимаешь, — Глеб попытался отступить, но я не дала.

Мозг вопил, чтобы остановилась, а сердце — что другого шанса не будет.

— Только одна ночь. И всё! Я больше ничего не прошу, — унизительно пропищала я, а у Глеба в глаза промелькнул холод.

Сердце забилось умирающей птицей! Нет-нет! Нельзя умолять!

— Ну или так и быть, — сказала я, быстро меняя разговор и отступая от Громова. — Ты тогда иди отдыхать, а я на дискотеку. Давно не отдыхала.

Вскинула голову и развернулась, чтобы уйти, но сильные руки сжали меня так, что я чуть не задохнулась.

— Ты не того дразнишь, Ритка-маргаритка, — рык прозвучал рядом с ухом. — Нельзя играть со взрослым мужиком.

— Если не ты, то кто-то другой, Глеб, — голос сел от его близости, но я заставила себя говорить.

Полустон-полурык прозвучал мне в затылок, и я почувствовала, как Глеб судорожно вдохнул запах моих волос.

Это стало началом моего конца!

Глава 4

Настоящее…

— Ритуль, у тебя проблемы? — голос Женьки пробивается в сознание, вырывая из воспоминаний.

И заодно приводит в себя Громова. Он дёргается, а я умудряюсь выкрутиться из его объятий.

— Всё в порядке, Жень, — улыбаюсь парню, что стоит в проходе. — Проводи мужчину, пока я займусь его красоткой.

— Пошли, мужик, ты здесь не помощник, — и голосом Женька даёт понять, что Громов уйдёт отсюда.

Я даже радуюсь тому, что смогу выдохнуть. Но, наткнувшись на строгий взгляд Глеба, понимаю, что он не отстанет. И что мне нужно сделать? Как я должна ответить на его вопросы?

Может, соврать и сказать, что замужем, и давно? Так он был на похоронах.

В памяти снова всплывает один из страшных дней в моей жизни, когда Земля остановилась. И только два моих якорька помогали мне идти дальше.

Я помню многих, кто тогда приехал на похороны отца. И Глеб тоже там был. Он даже подходил ко мне, а я умирала. Смотрела на деревянный гроб, на отца, который лежал и вроде даже улыбался, и ждала, когда он откроет глаза и скажет, что шутка это. А мы все попались.

Но ничего не происходило!

А на следующий день, когда соседка после похорон отправила меня домой и не дала даже побыть на поминках, я ждала, что Глеб придёт, но он ушёл. Снова…

И сейчас я смотрю у его спину, как он уходит из мастерской, и понимаю, что правильно сделала, что ничего ему не рассказала.

Разворачиваюсь к машине и, уперев руки в крыло, громко выдыхаю.

— И кто это? — в этот раз Женька меня пугает настолько, что я взвизгиваю.

— Не пугай меня, — шикаю на него и замечаю виноватое выражение его лица.

Он хороший парень. Высокий, сбитый, метр восемьдесят точно есть в нём, и щёки имеются, на которых всегда проступают ямочки, когда он улыбается. Но сейчас он серьёзен как никогда.

— Тебе помощь нужна, Рит? — новый вопрос от него заставляет замереть.

А нужна ли мне помощь?

— Жень, давай так, это старый друг папы. Они очень хорошо дружили, — говорю тихо. — Но, если он начнёт переходить границы, я тебе скажу.

— А может, его сразу того, — и Женька проводит пальцем по шее, высовывая язык.

Смех уже не могу сдержать. Женька подхватывает и сгребает меня в медвежьи объятия.

— Ты же для меня как сеструха, Ритуля, — тихо-тихо говорит Женька мне в макушку. — Я только вам с дядь Мишей благодарен за то, что не скатился вниз. Что у меня есть семья.

— И я тебя люблю, Женька, — отвечаю этому громиле и обнимаю в ответ.

Если бы я знала, что на меня в этот момент смотрит тот, кто снится каждую ночь, может… Да не может! Сделала бы так же! Есть любовь, от которой рождаются дети, а есть любовь к семье. И Женька моя семья, как и Мишки. Но никому об этом знать не нужно!

***

Заставляю себя оторвать взгляд от Риты и уйти. Ну и кто бы сомневался, что у неё кто-то есть?

В груди стягивает холодной яростью, вот только непонятно на кого!

Достаю мобильный и быстро набираю сообщение нашему технику. Мне нужна информация! Зачем? Да хрен его знает! Я не знаю, что буду делать с ней.

Столько лет запрещал себе что-либо узнавать о Рите. Выдрал её из себя клешнями, но она всё равно где-то глубоко во мне жила и тихо всплывала болью в груди, когда расслаблялся.

Мобильный пиликает, сообщая, что задача ясна, сейчас займутся сбором информации.

Обвел всё взглядом, пытаясь понять, куда мне пройти, но меня привлекают детские голоса. Обхожу боксы для ремонта и замечаю калитку на задний двор.

Так интересно — здесь всё огорожено у Даниловой, но ничего удивительного. Миха всегда знал, чему учить дочь.

Вспоминаю друга, и горечь потери больно отзывается внутри. У нас с ним была приличная разница в возрасте, но он с первого дня стал для меня другом и наставником. Только благодаря его поддержке я снова вылез. Хотя немного не так было.

В первый день знакомства он мне нос сломал, потому что я был молодой и горячий, страшно раздражая этим Данилова.

Толкаю двери, и они поддаются. Вхожу на задний двор и застываю.

В дальнем углу собрана детская зона, с качелями, песочницей, горкой, но двое младших работников сидят под раскидистым деревом и разбирают электромобиль. Детский.

— Ты неправильно делаешь, Мишка, — шипит девчонка и разворачивает кепку козырьком назад. — Дай покажу.

— Я сам! — шикает парнишка на сестру. — Мама мне недавно показала, как правильно проверить проводку.

— Ну и что, — фыркает девчушка. — Я тоже знаю. Но ты всё равно неправильно делаешь, сейчас замкнёт.

— Не замкнёт, — огрызается парень и, высунув кончик языка, подносит два проводка к чему-то, что я не могу увидеть.

— А-а-а-а! — визг детей, и через мгновение они уже стоят в метре от машины.

— Замкнуло, — в один голос говорят они, а я понимаю, что и стою уже возле этой машинки.

— Вы что творите, горе-ремонтники? — спрашиваю я, осматривая фронт работы.

— Дядь, а ты что здесь делаешь? Сюда никому нельзя, — серьёзно говорит Мишка и становится перед сестрой.

— Пришёл посмотреть на тех, кто мне машину сломал, — присаживаюсь на корточки и смотрю на этих двоих помощников. — А они, оказывается, ещё одну машину сломали.

— Мы не сломали, — взвизгнула девочка. — Мы её пытались починить. Но Мишка не умеет слушать старших, — с обидой смотрит на брата девочка.

— А ты старше? — спрашиваю я и даже вдох боюсь сделать, чтобы не пропустить ни слова.

— Ага, — кивает гордо девчушка. — На десять минут.

Двойняшки! У Риты двое деток!

В грудь врезается осознание на скорости локомотива, ломая болью ребра и всё, что там есть живого.