Лада Соль – Дева и Дровосек (страница 3)

Но да ладно! Всё будет, Саша! Просто нужно отдохнуть, а потом смело браться за исполнение новых желаний и достижение целей.

Мне всего‑то двадцать семь!

Кладу голову на подголовник, а мозг сравнивает, как же этот большой – по местным меркам – город отличается от того, из которого я приехала. Насколько здесь всё размеренное и спокойное.

От спокойной езды глаза сами собой закрываются ровно до того момента, пока рядом не открывается дверь и на сиденье рядом не приземляется что‑то большое, откуда доносится скуление. А на переднее сиденье садится возмущённый… Иван Секачёв.

– Один, зараза! Один! Я как его делить буду? Поп…

– Вань, да тише ты! – останавливает друга смеющийся брат. – Разбудишь ещё.

Я не вижу, что делает брат или куда кивает, но взгляд Ивана… Я так надеялась, что всё переросла, переболела, всё прошло, но нет! Ничего не прошло!

И то, как он смотрит, я чувствую даже с закрытыми глазами. Боюсь открыть свои и увидеть в его взгляде обычное пренебрежение, с каким он всегда смотрел на меня.

В машине повисает слишком длинная и тяжёлая тишина, пока её не нарушает серьёзный голос брата:

– Вань, ты чего так смотришь на Сашку? Не узнал, что ли? Или чего?

– Не узнал, – улавливаю ответ Ивана и вздрагиваю.

Я выдержу. Просто притворюсь спящей – и всё! Делов‑то! Всего‑то четыреста километров – и дома. Я выдержу и больше не буду с ним встречаться.

– Так что там у тебя за трагедия? Давай, может, поищем в другом месте? – начинает говорить брат довольно тихо.

– Не переживай, сам решу, – хрипло отвечает Иван. – Слушай, я тоже покемарю немного. На половине пути толкни, поменяемся.

– Да ты чего? Я что, должен молча ехать?

Но ответа не последовало, а я поняла, что это будут самые длинные четыреста километров в моей жизни!

Глава 3

– Эй, соня, просыпайся, – тихо зовёт брат, и я чувствую, как он толкает меня в коленку.

Сказать, что я так и не уснула, но выбрала сидеть с закрытыми глазами, не позволит гордость. Так что нужно отыграть всё на пять.

Сажусь ровнее и даже умудряюсь потянуться, когда замечаю‑таки это чудо, что несколько раз тявкало по дороге.

Маленький шпиц молочного окраса сидит на руках у брата и, вывалив язык, смотрит в мою сторону.

– Тебе идёт, – говорю немного севшим голосом и стараюсь сдержать смех.

Серёжка немного хмурится, но, как только ему доходит, что я имею в виду, сразу же начинает оправдываться:

– Это не моё! Ванька, скажи ей! – бросает взгляд на водителя, а я поднимаю глаза и натыкаюсь на прожигающий тёмный взгляд Ивана в зеркале.

– Привет, – вроде и ровно говорит он, а я стараюсь заставить свой мозг работать как нужно.

Что нужно сейчас делать? Ответить!

– Здравствуй, – киваю и быстро переползаю на другую сторону, чтобы не натыкаться на взгляд Ивана.

– Это ты так меня защищаешь? Она же теперь всем растрезвонит, что я с этим мохнатым носком на руках сидел! – продолжает возмущаться брат.

– Ой, не ной! – фыркаю я и тяну руки к брату. – Давай я подержу.

Забираю у брата этот маленький комочек, который и так переживает и волнуется от поездок. Прижимаю к себе и зарываюсь пальцами в мягкую шёрстку.

– Вот интересно, а как твои мелкие будут и правда делить его? – спрашивает Серёжка, а я замираю, но голову не поворачиваю в сторону друзей.

– Не знаю, – хмуро отвечает Иван. – Они просили собаку. Она у них будет. Я не знаю, где брать ещё одну!

Закусываю щёку изнутри, чтобы стало легче, но не становится. Я помню тот день, когда осознала, что всё это было только блажью. Моей больной влюблённостью в друга брата, который всегда был рядом и защищал. А потом он познакомился с той, на которой решил жениться. Привёз её домой знакомить с друзьями и семьёй. А я…

И вот сейчас всё подтверждается в очередной раз. Нужно было не сбегать, а просто переболеть здесь. Чем больше бы видела их вместе, тем быстрее бы поняла, что он не для меня!

И дети… У Дровосека с его королевой Златой не могло по‑другому быть!

Саша, ты должна быть доброй и порадоваться за людей, а не строить из себя обиженку!

– Можно было подарить детям робо‑собак. И все были бы счастливы, – говорю спокойно и даже сама удивляюсь собственным мыслям. – Ни какашек, ни проблем с ветеринаром, ни прогулок по графику.

– Чего? – в один голос спрашивают мужики, а Ваня ещё и на тормоз резко жмёт.

– Собаки‑роботы, – говорю ещё раз и включаю режим «объяснить, как детям». – Это такие роботы на колёсиках, которыми можно управлять с пульта, заряжать от обычной зарядки для мобильного.

По глазам этих двоих понимаю, что они даже представить себе не могут, о чём я говорю, так что мне приходится аккуратно переложить в переноску это чудо‑собачку и перегнуться через сиденье. Вот за это я и люблю внедорожник брата. А ещё за то, что он очень удачно положил мой чемодан сверху.

Разрезала обёрточную плёнку, открыла замок и достала коробку с робо‑псом.

– Вот! – показываю на коробку в руках. – И фирма очень хорошая, и игрушки у них долговечные.

Брат с Иваном смотрят на меня с минуту, и тут Ванька выдаёт гениальную идею:

– А сколько ты припёрла этих поросят?

– Сколько у тебя детей, столько и роботов, – вздыхаю и закатываю глаза.

– А давай ты сделаешь доброе дело, сестрёнка, – умоляюще смотрит на меня брат. – Ты это чудо современных технологий отдашь Дровосеку, и все будут счастливы.

Иван хмурится, не сразу переводя взгляд на друга. И меня немного напрягает то, как он смотрел всё это время в мою сторону.

– Ты забыл один важный элемент, – улыбаюсь брату и уже в открытую язвлю. – До села осталось около десяти километров, а в машине есть ещё и собака.

– Тогда давай меняться, Сашка, – вот теперь в разговор вступает Ваня, а я внутренне напрягаюсь.

Мне нужно посмотреть ему в глаза, как и положено при общении с собеседником один на один, но я не могу.

– Как бы мы не в том возрасте, мальчики, когда вы у меня за цветы меняли сахарные петушки, – вспоминаю один из сюжетов детства и улыбаюсь, только уже легче. Но вот смотрю всё это время на брата.

– Ты сама велась! – захохотал Серёжка, а я не удержалась и дала ему подзатыльник. – Ауч, больно!

– Зато бесплатно, – ответила брату и тут же замолчала.

Вот одна моя часть хочет дерзко послать и Дровосека, и брата туда же, куда и мне указывали путь всё детство. А потом и когда все знали, что я чувствую к Ивану, но смеялись в лицо.

Но вторая только тяжело вздыхает и подкидывает картинки всех игрушек, которые лежат в чемодане, да и половину второго занимают. Там же чего только нет. А этих роботов я захватила, потому что они были по акции и последние.

– Сколько тебе заплатить за этих роботов? – спрашивает Дровосек, а я начинаю закипать в один момент.

– А я что‑то сказала о деньгах? – спрашиваю в ответ и наконец‑то смотрю ему в глаза.

– Ну а что…

– Тихо‑тихо, Вань! – между нами влезает Серёга и смотрит на друга. – Не перегибай! Это Сашка, ты же не забыл?

– Что‑то не похоже. Хотя неизвестно, что с ней там в городе делали, раз стала такой! – отвечает, быстро садится ровно и трогается вперёд.

– Сашунь, Шурочка, ну дурак он, ты же помнишь? – сразу начинает защищать друга брат. – Что не Ваня, то сказочный герой.

– Мг, – тихо отвечаю и перевожу взгляд на коробку с роботом в руках.

Саша, тебе просто нужно будет пережить этап притирки. Все будут спрашивать, почему ты вернулась. И все будут видеть только то, что удобно им!

Подъезжаем к дому в тяжёлом молчании. Рядом с воротами стоит красный пикап. Новенький и намного больше Серёжкиного джипа.

И когда Иван быстро выходит из машины первым и идёт к этому пикапу, понимаю, чья это машина. Оборачиваюсь назад и достаю вторую коробку. Протягиваю брату и, уже успев дважды успокоиться, говорю: