Лада Кутузова – Волчье дело (страница 6)
– Пора в школах вводить курс лекций по энергетической безопасности.
– Ха! – Шеф не поддержал его. – А потом станут всякую ерунду к чистильщикам таскать. Ты что, людей не знаешь?
– Или бытовые Уленьки, – продолжал мечтать Николай. – Чтобы сами проверить могли.
Шеф только покачал головой: мол, ты слишком хорошего мнения, Дергунов, о людях. Большинство будут жить беспечно, пока жареный петух в задницу не клюнет. А уж заморачиваться энергетической безопасностью…
– Можно я пораньше, Виктор Иванович? – спохватился Николай. – Настя прилетает.
Шеф поворчал для вида, но отпустил. Настя не просила ее встретить, но Николай слишком соскучился, а раз дела позволяют – грех этим не воспользоваться. Он приехал в аэропорт за десять минут до приземления самолета. Пока ждал, успел понаблюдать за работой коллег – те проверяли здание на предмет переходников, ведь подобные скопища людей – излюбленное лакомство для большинства сущностей.
Сущности или сущи приходят из места, на жаргоне называемого хаосом, чтобы подкормиться: человеческая энергия для них – любимое блюдо. Хотя большинство людей в параллельные миры не верят, за время работы Николай убедился в многослойности мироздания. Есть обычный слой реальности, а есть слой, где водятся крадущие, сосущие, суккубы и инкубы – энергетические дыры без вещественной формы.
Попадая в человеческий мир, они присасываются к людям, чтобы подкормиться – своей энергетики сущностям не хватает. Словно пылесос, они вытягивают энергию из людей, доводя тех до болезней и смерти. Так что обнаружение переходников являлось первостепенной задачей для сотрудников ОБХСС.
В хаосе также обитают демоны – еще один профессиональный термин, под которым подразу-мевается не рогатое существо, покрытое чешуей и похожее на рептилию-гуманоида. Это всего лишь форма сущности, которая может подчинять человека и переделывать под себя. Хорошо, что демоны крайне редко прорываются в наш слой реальности – для них это слишком трудно, почти невозможно. Николаю хватило с лихвой прошлогоднего дела, которое не случайно получило название «Чертово».
Но не все сущности обитают в параллельном слое, некоторые – выходцы из нашего мира. Сущностью может стать часть души, застрявшая в междумирье. Известно, что душа многосоставна и низшая ее часть обитает на кладбище или в месте гибели тела, пока не рассеется. Пребывание в нашем мире для души служит источником страданий – ей тут тяжело, особенно если родные чрезмерно переживают по умершему. Не зря во многих снах покойники являются родственникам, стоя по пояс в слезах, – так они пытаются достучаться до родных, чтобы те прекратили горевать.
Некоторые из низших душ, если родные подкармливают их своими переживаниями и частыми посещениями кладбища, становятся потребителями. Такая душа превращается в сущность – лярву, она пытается прилепиться к человеку через некротический канал и пьет из него энергию. Но не все души перерождаются. Не так давно Настя помогла получить упокоение душе, которая маялась, обуреваемая жаждой мести. Но медиумов, подобных Насте, единицы, а потому, считал Николай, лучше принять смерть близкого человека и отпустить, чтобы душа ушла в астрал.
Далеко не все застрявшие души становятся энергетическими вампирами. Чудеса на могилах, мощи, обладающие волшебными свойствами, – все это свидетельства оборотной стороны медали. Люди, наделившие умершего святостью, ждут от него чудес и после его смерти. Приносят подношения, обращаются с просьбами, а потому застрявшая часть души наполняется силой и отвечает на молитвы исполнением желаний. Эгрегор – мощная вещь, особенно в опытных руках.
Вторая часть души присоединяется к роду и покровительствует потомкам. Именно оттуда и появляются родовые бесы, как полагал Николай, одним из которых обзавелся и он сам. Николай знал несколько историй, когда люди пытались приобрести родового беса: ночевали на могилах, приносили туда подношения. Ничем хорошим это не заканчивалось. Одного любителя мистики увезли в психушку, после того как он зарезал черного петуха на могиле своей прабабки и измазал себя кровью.
Да и родовой бес не сувенир и не магнит, который можно повесить на дверь холодильника. С ним надо суметь ужиться и научиться взаимодействию. Николай пока не смог понять, как использовать родового беса. Лечить, подобно колдуну, у Николая не получалось, а видел сущности он от случая к случаю – не целенаправленно, а спонтанно. Спасибо, что родовой бес пытался помочь: не зря в особняке Николаю померещилась крыса, а потом в парке – змея. Хотя бы так.
Основная часть души, как считалось, отправлялась к Богу или в тот слой реальности, откуда пришла. Возможно, адом для душ являлся слой реальности, где обитали сущности. Но что было раем, Николай не знал. Себя он считал агностиком: верил, что Бог существует, но ни одна из религий не отвечала запросам Николая. Он допускал, что Иисус Христос жил, но что тот был Богом – нет. Пророком, скорее всего. Все это не мешало Николаю отвечать на открытки, присылаемые матерью на Рождество и Пасху, – зачем обижать близкого человека, да и праздники хорошие.
Вообще, религия для большинства людей недалеко ушла от магии: попросил святого – получил исполнение желаний. А нужна ли для этого молитва или жертвоприношение, не так уж важно. Религия частенько подгонялась под требования правящего класса. Когда понадобился один верховный правитель, восторжествовала монотеистическая религия, где остальных богов заменили святыми. Но язычество до сих пор проглядывает из-под маски христианства.
Размышления Николая прервало появление Насти. Загоревшая, с распущенными волосами – она показалась Николаю настолько привлекательной, что перехватило дух, словно Николай получил удар в солнечное сплетение. Настя подалась вперед, таща за собой розовый чемодан на колесиках, и тот подпрыгивал, точно ему передалось нетерпение хозяйки.
Николай очнулся от столбняка и побежал навстречу. Он вручил букет ирисов и заключил любимую женщину в объятия, зарывшись лицом в Настины волосы. Они стояли так, забыв обо всем на свете, а после Николай подхватил чемодан, и они поспешили на автобус.
Глава четвертая
Странные совпадения
Рука затекла – на ней покоилась Настина голова. Николай осторожно, чтобы не потревожить спящую, освободил руку. Он разминал плечо, а сам смотрел в потолок, точнее, на лопнувшие по шву обои, которыми были обклеены потолки в квартире. Зашевелилась Настя, она положила голову на ключицу Николая и прижалась к нему всем телом.
– Что делаешь? – спросила она.
– Думаю – ремонт надо. – Николай надеялся, что Настя возразит, но она зевнула и согласилась:
– Надо так надо.
Николай обхватил ее и свободной рукой провел по обнаженной спине, задержавшись на ягодицах. Настя жадно прильнула к нему, собираясь наверстать упущенное за время в разлуке. Николая привычно бросило в жар, в ушах загудело, и волна возбуждения захлестнула его…
После они лежали и глупо улыбались, пялясь в потолок.
– Выходной… – Настя довольно потянулась. – Поедем?
– Куда? – Николай продолжал улыбаться.
– За обоями. – Настя встала и отправилась в ванную. – Ты же ремонт хотел.
Когда они замеряли комнаты, кухню и коридор, Николай несколько раз успел мысленно обругать себя: кто дернул за язык? Но Настя загорелась идеей, поэтому пришлось помалкивать: как-нибудь выкрутится. И только в строительном гипермаркете Николай осознал: он влип.
Настя зависала возле стендов с обоями, ей нравились одновременно обои теплого терракотового цвета и оттенка бешеного лимона с рисунком в виде ломаных линий. Возле ламината Настя прочитала целую лекцию, что не стоит брать темные тона – вся грязь видна. Та же грязь могла быть заметна и на светлой серой плитке, у нее оказалась неправильная поверхность. На этой поверхности любая капля оставляла следы, как и грязь. В итоге Николай решил не спорить, а уповать на судьбу – как-нибудь пронесет его через ад ремонта благодаря надежным Настиным рукам.
Они ничего не купили. Настя набрала каталогов и сообщила, что нужно подумать. Николай приободрился: угроза ремонта отступила, словно робкий воин на поле боя. Дома Настя ходила по квартире с задумчивым видом, прикладывая страницы из каталога к стенам. Николай следовал за ней с мрачным предчувствием: видимо, не отвертеться. Его, как на качелях, раскачивало от надежды к отчаянию.
– А переедешь ко мне, – подытожила Настя. – Главное – мастеров найти.
К вечеру Настя отвлеклась: она записалась на какие-то курсы по развитию креативности, и ей выслали новое задание.
– Та-а-ак, – зачитала она вслух: – «Нужно изобразить, что мужчина тоскует по девушке. Фотографию не использовать».
Николай с интересом воззрился на нее: и что придумает? Настя нахмурила брови:
– Достает ее платье и осыпает поцелуями.
Николай изобразил скепсис: как-то мелодраматично.
– Хорошо, – Настя пожала губы, сделавшись похожей на обиженного воробья, – орошает слезами.
– Не слезами, – не удержался Николай.
Настя поняла не сразу, а потом притворно возмутилась:
– Это пошло!
– Зато правдивее, – возразил Николай.
– Фу-у, как неромантично! – Настя укоризненно покачала головой. Она склонилась над ноутбуком. – А что, если он достает платье из шкафа и танцует с ним, прижимая к себе?