Лада Ипатэль – Просил? — Получи и распишись (страница 12)

— Вы флиртуете формулировками.

— Я выживаю формулировками, — тихо усмехнулся он, но взгляд выдал напряжение.

— Вы увиливаете формулировками.

— Я ими питаюсь.

— Это многое объясняет, — она едва заметно улыбнулась.

Они всё ещё стояли слишком близко для безопасного диалога и слишком спокойно для безопасной магии. Полигон был пуст — защита глушила звук, и мир словно сделал шаг назад, оставив их наедине.

— Почему небесные скрываются? — спросила она уже серьёзнее, и в её глазах мелькнуло неподдельное любопытство.

— Потому что, когда не скрываются — начинаются войны, — спокойно ответил Адриан, но внутри почувствовал знакомый холодок старой усталости.

— Вы не похожи на войну.

— Я похож на плохую идею, которая сначала смешная, — он попытался улыбнуться. — А потом?

— Потом историческая, — тихо добавил он, и в голосе скользнула горечь.

— Скромно.

— Я стараюсь, — он отвёл взгляд, чувствуя, как резонанс снова начинает пульсировать между ними.

Она не отступала. И это было проблемой. Потому что небесный инстинкт не любил, когда от него не отступают.

— Вы почувствовали резонанс, — сказала она тихо, почти ласково.

— Конечно, — ответил он, сглатывая, и на секунду взгляд стал жёстче, внимательнее.

— Сразу.

— Да.

— Сильный.

— Очень, — голос Адриана стал ниже, плотнее, будто каждое слово он удерживал усилием воли.

— Почему?

Он посмотрел ей в глаза — прямо, без привычной защиты, и на мгновение в нём не осталось ни шутки, ни игры. В груди тяжело и гулко стукнуло.

— Потому что ты — не просто дракон.

— Это я знаю, — спокойно, но с внутренним вызовом ответила она.

— А я — не просто человек, — тихо добавил он, и в голосе впервые прозвучала не уверенность, а осторожное признание.

— Это я уже доказала, — в её голосе мелькнуло тихое, почти торжествующее удовлетворение.

Он чуть усмехнулся, но быстро стал серьёзным:

— Тогда зачем вопрос?

— Хочу услышать, как вы скажете правду, — она смотрела на него не мигая, с такой сосредоточенностью, будто ловила каждую трещину в его голосе.

Адриан медленно выдохнул, и в этом выдохе было больше напряжения, чем в словах:

— Я её обычно показываю делом.

— Покажите, — коротко, почти вызовом ответила Адриана.

Пауза.

Адриан опустил взгляд на долю секунды, потом снова поднял — уже с тяжёлым, почти опасным спокойствием:

— Опасный запрос, — выдохнул он, чувствуя, как внутри поднимается жар и контроль начинает трещать.

— Я не боюсь, — твёрдо сказала она.

Он нервно усмехнулся, почти беззвучно, и покачал головой:

— Я заметил… — голос сорвался в мягкую, усталую иронию. — Это диагноз.

Адриана фыркнула — но не ушла. Вместо этого положила ладонь ему на грудь — точно туда, где под рёбрами жила вертикальная сила неба. Ошибка. Резонанс ударил снова — ближе, горячее, глубже. У Адриана резко перехватило дыхание, а по коже пробежали мурашки.

— Так. Вот это уже нарушение техники безопасности, — хрипло выдохнул он.

— Я исследую явление, — её голос слегка дрожал от возбуждения.

— Ты трогаешь ректора.

— Я трогаю феномен.

— Я сейчас феноменально отойду, — он сделал слабую попытку отступить, но тело не слушалось.

— Не отходите.

— Это приказ? — спросил он, чувствуя, как голос срывается.

— Это просьба.

— Ещё хуже, — почти простонал он.

Её глаза потемнели — дракон внутри откликался. Его — тоже. Давление между ними стало почти осязаемым, густым, как грозовой фронт перед разрядом.

— Вы дрожите, — тихо заметила она, и в её голосе мелькнуло удовлетворение.

— Это возмущение атмосферы, — попытался отшутиться Адриан, но получилось слабо.

Она шагнула ещё ближе. Теперь между ними оставалось только дыхание. Её тепло обжигало.

— Вы меня хотите, — сказала она спокойно, но щёки слегка порозовели.

— Я хочу отпуск, — хрипло ответил он, хотя тело предательски выдало правду.

— Уклонение.

— Ты слишком молода, чтобы так уверенно говорить такие вещи, — в его голосе смешались желание и отчаяние.

— Вы слишком честно реагируете, чтобы отрицать, — она смотрела ему прямо в губы.

— Я реагирую на угрозу.

— Я угроза? — протянула Адриана.

— Катастрофическая, — почти выдохнул он.

— Приятно слышать.

— Мне — нет, — честно признался Адриан.

Её губы были слишком близко. Его самообладание — слишком натянуто. Он прошептал, почти касаясь её:

— Адриана… — выдохнул он, и в голосе впервые прозвучала не ирония, а явная растерянность.

— Адриан… — она ответила почти шёпотом, но не отступила.