Л. Шпыркова – Круиз золотой рыбки (страница 4)
– Ты о чем? – в голосе искусительницы послышалось явное подозрение в моей малой вменяемости.
– Да о том, несбыточном.
– Так ты что, отказываешься?
– Неужели я такая идиотка? Говоришь, бесплатно? Я вот думаю, где на белом теплоходе можно поставить мышеловку?
– Мышей там нет. А ты их боишься? Слушай, у тебя что, мышиная фобия? Я обещаю тебе самую современную мышеловку, если ты поедешь вместо меня, – торжественно пообещала подруга.
– Вместо тебя? – удивилась я. – А ты? – спросила я, желая получить если не объяснение, то хоть что-то наподобие. – Чего сама не плывешь? Другой круиз подвернулся? Вокруг Земли на космическом челноке?
– Я же говорила тебе – мама больна, уход нужен, на Эдьку надежды нет, а путевка уже оплачена. И потом сама подумай – на твоей работе денег не платят, так что терять тебе нечего. Кроме того, отвлечешься от своих проблем.
Все это становилось неприятным. И чего она меня так уговаривает? Я была согласна, согласна, согласна.
– Вот и отлично, – Алина рассмеялась своим милым смехом. Если не знать что этот серебряный колокольчик принадлежит женщине с характером твердым, как палеонтологическая окаменелость, можно здорово влететь.
Я спросила, когда теплоход отчаливает. Оказалось, сегодня в три.
– Но я не успею собраться!
– У меня все с собой. Поедешь как королева.
Алина, сунув руку под стол, вытянула дорожную сумку. Я только вздохнула. Ее энергия уже подхватила меня. Но я пыталась сопротивляться, просто из принципа.
– Не стану я чужое надевать даже под угрозой расстрела, – сказала я, гордо отвернув голову, я смотрела в окно. Там ветер нагибал ветви акации, по дороге мчались машины, шли по тротуару люди, все было в движении.
– Да ты с ума сошла! – воскликнула Алина. – На теплоходе могут быть иностранцы! Хочешь в грязь лицом ударить?
– Тебе – то что, мое лицо, – огрызнулась я, отворачиваясь от вида улицы.
– Ну уж нет, я не позволю пачкать мое имя. Путевка – то оформлена на него, дорогая.
– На него? На Эдика? – тупо спросила я.
Она покрутила пальцем у виска. Карпова, ты когда поумнеешь, а, Карпова? А еще и фамилию знаменитого шахматиста носишь, не стыдно? Где логика?
– Я к Анатолию Карпову не имею отношения. И логика тут ни при чем. А фамилия, я в одной книге прочитала, влияет на характер. Карп рыба не очень умная, раз дает себя разводить.
– Ты что имеешь в виду? Что я тебя развожу?
–Это карпов разводят, это же прудовая рыба.
– Да какая же ты прудовая? Ты самая что ни на есть золотая рыбка.
– Точно. Только старика не хватает. Так что ты про путевку говорила? На кого она?
– На меня! Ты что, намеревалась весь круиз в
Алина указала на меня пальцем. Я возмутилась. Мы немного подискутировали на тему одежды вообще, моего стиля одежды, в частности, незаметно перешли к стилю опять – таки моего образа жизни. Живу я одна, в хрущобной пятиэтажке, содержание моего гардероба может привести в состояние шока. И после этого я на что-то надеюсь! Не знаю точно, что она хотела сказать последней репликой, однако разозлить меня ей удалось. Пришлось напомнить милой подруге содержимое ее жизненного багажа. Вспомнив, какой обещающей спортсменкой она была в школе, как классно занимала вторые и третьи места на городских соревнованиях по фигурному катанию, Алинка прекратила втаптывать меня в грязь. В конечном итоге мы, после небольшого приступа ностальгии по детству, успокоились и поладили. Я согласилась взять ее вещи. Как всегда. Докажу свое, а потом уступаю.
– Все новенькое, не беспокойся. Шмотки – отпад, себе покупала. Помнишь, в дни нашей юности ты давала мне свои тряпки?
– Ну спасибо за «тряпки», – обиделась я.
– Это тоже всего лишь тряпки, правда, они стоят кучу денег. Но ты должна мне оказать маленькую услугу.
Так я и знала! Вот оно, наконец –то! Алина ничего просто так не делает.
– Какую?
– Дашь мне ключи от твоей хаты, только и всего.
– Можно спросить – зачем?
Алина сделала большие глаза и таинственным шепотом сказала:
– На случай, если понадобится конспиративная квартира.
Ты, наверное, сама хахаля завела, подумала я, а сваливаешь на Эдика. Странно все это. Но отказать ей было невозможно. Я достала ключи и положила перед ней на столик.
– Сделка?
– Сделка!
Мы ударили по рукам.
– Ой, слушай, чуть не забыла. Маленькая оказия. Будешь в одном месте, зайди в коммерческий банк и положи это в ячейку.
В ее руках оказался пакет, свернутый в плотную трубочку и запечатанный сургучом с двух сторон.
– Не поняла, – сказала я.
– В какое место? Я буду в куче мест, это же круиз. Давай адрес, по которому я обязательно отволоку это куда надо. Город – то какой?
– Городов там куча, но из крупных – Нижний Новгород и Ярославль. Кстати, это очень замечательный круиз. Ты ведь любишь Есенина, так вот – тебя ждет родина великого русского поэта. Ой, чуть про путевку не забыла. Она в боковом кармане сумки. Паспорт у тебя с собой? Нет? Ничего страшного, проскочишь. Ближе к делу. Этот пакет очень важный, скрывать не буду. Отвечаешь за него башкой. Положу я его вот сюда, видишь? Тут в сумочке на дне маленький загашник на молнии, видишь, как он удачно помещается. А сюда я кладу конвертик. Тут де-ее-енежка. Ты же должна иметь деньги, купишь мне какой-нибудь сувенирчик, ладно, Ульяна? Что–нибудь местного производства, это ж Поволжье, там много интересного. Так, а теперь закроем молнию.
Проделав эту манипуляцию, Алина ногой затолкала сумку под стол и оглядела зал, подозрительно вглядываясь в немногочисленных посетителей кафе. Я тоже посмотрела на них, Парочка девчонок ели мороженое в самом центре зала, немолодая, но хорошо одетая женщина пила кофе за столиком у окна, у ее ног сидела маленькая собачка и преданно смотрела на хозяйку. Уборщица, опираясь на швабру, смотрела на экран, где лихо отплясывали полуголые девчонки. Звук был достаточный, не громкий, но и не тихий, так что никто нас слышать не мог.
Подошел официант и предложил попробовать фирменное мороженое.
– Хочешь мороженое? – спросила Алина. Я кивнула головой, и мы заказали – она фисташковое, а я попросила клубничное. Официант сказал, что клубничного нет, и я согласилась на фисташковое, которое мне нравится меньше. Он мигом вернулся с двумя вазочками, я взяла ложечку и попробовала. То ли была голодная, то ли мороженое оказалось хорошее, но я заработала ложечкой, как мельница крыльями при хорошем ветре. Алина писала кому – то эсэмэску, а когда отправила ее, моя вазочка была пустой и я довольно жмурилась.
– Так о чем мы говорили…
Тут у нее зазвонил мобильный. Она прочла сообщение и сказала:
– Опять спам прислали. О чем мы говорили? Ах, да. Зайдешь в коммерческий банк, когда я тебе позвоню, откроешь ячейку, шифр не забудь только потом. Шифр – это очень важно, запиши на бумажку, а то проблемы будут. Поняла, что ль?
– Поняла, что ль, – огрызнулась я. Не такая уж бестолковая, как ей кажется.
– Тогда вперед.
– Подожди, мне надо у шефа отпроситься. Дай телефончик, позвоню.
Алина протянула мне свой мобильный. Это была последняя модель. Я набрала номер офиса. Ответила Верочка, сказала, что Родион Петрович уехал.
– Верочка, скажите ему, что я беру отпуск на две недели.
– Девять дней, – прошипела Алина. – Круиз на девять дней!
Но я проигнорировала эту поправку. Верочка обещала передать просьбу начальнику. Я порадовалась удаче – ведь если бы Родион Петрович был на месте, он мог не отпустить меня в отпуск на целую неделю раньше. Повезло, можно сказать, долг выполнен и дальше хоть трава не расти, хоть снег не тай.
– Хороший телефончик, – задумчиво сказала я, разглядывая аппарат. – Дашь поносить?
Алина так и подпрыгнула.
– С какого перепугу я должна тебе давать свой телефон?
– Давай откровенно. Твое поручение попахивает авантюрой. Да, я понимаю, мама больна и все такое. Но …
– Слушай, у нас мало времени, чтобы я тебе доказывала свое бескорыстие, – огрызнулась Алина. – Но ты права, связь нужна. Хотя по пустякам не названивай. А у тебя мобильного своего нету, что ли?
–Он еле дышит, заряжаю каждые три часа, а где я на теплоходе буду заряжать?
– Купила бы новый.
– На новый денег нет.