Л. Шэн – Жестокий бог (страница 39)

– Я сплю с твоим отцом.

Я стояла там, как идиотка, чувствуя, как раздуваются мои ноздри. Жалость к себе поглотила меня, и самая глупая мысль пришла мне в голову. Почему в мой день рождения?

Действительно, почему? Почему я узнала об этом в свой день рождения? Почему здесь, в том месте, где я выросла? Почему своего отца, на которого равнялась, я поставила на пьедестал и относилась к нему, как к богу? Стоило ли удивляться, что меня так тянуло к Вону Спенсеру? Может, в моей ДНК было заложено слепо влюбляться в тех, кто причиняет мне боль.

Арабелла подошла ко мне с важным видом, взяла прядь моих светлых волос и принялась рассматривать ее между пальцами.

– Господи, Ленни, разве твой парень, Вон, не говорил тебе, что поймал меня, когда я выскользнула из спальни твоего отца?

Что?

Я втянула в себя воздух, но промолчала.

Она пожала плечами и хмыкнула.

– Думаю, на повестке дня мало разговоров, когда его член весь вечер у тебя во рту.

Я убью… нет, уничтожу его.

Мой разум кричал снова и снова: расплата, расплата, расплата.

Но того, что я запланировала для него, было и близко недостаточно.

Я сглотнула, все еще взвешивая свои следующие слова. Она надулась, ее рука переместилась с моих волос на воротник моей толстовки.

– Мне так жаль. – Она мелодраматично вздохнула. – Я была уверена, что он, по крайней мере, предупредит тебя. Думаю, ты действительно просто очередная сезонная дыра, дорогая.

– Ты злишься, – прохрипела я, мой голос был слишком хриплым, чтобы его можно было узнать, – что он не с тобой.

Она сморщила нос, как будто я сказала что-то грубое.

– Ты думаешь, я хотела приехать сюда из-за Спенсера? Он всего лишь ребенок и настоящий социопат. Теперь мне нужен твой отец, это совсем другая игра. На самом деле наши отношения становятся довольно серьезными, так что, возможно, ты захочешь быть со мной повежливее. Ну, ты знаешь, для будущего твоего трастового фонда. Я уверена, что ты хочешь купить много вампирского дерьма, не говоря уже обо всех твоих дурацких книгах. Подожди, ты ведь не будешь против называть меня мамочкой, не так ли? – Она передразнила мой английский акцент.

Я проглотила язык.

Просто потеряла дар речи.

Схватив подол ее блузки с глубоким вырезом, я скрутила его в кулаке и ударила ее о стену напротив двери моего отца. Я зарычала ей в лицо.

– Ты лжешь.

– Неужели? Это две самые отвратительные встречи за сорок восемь часов. Выглядишь не слишком хорошо.

– Арабелла, – предупредила я.

– Для тебя – мамочка, – засмеялась она.

Моя рука перелетела с ее воротника на шею, сжимая ее. Я ничего не могла с собой поделать. Меня пугало, как мало я контролировала свои эмоции, свои действия. Я не могла поверить, что она произнесла это слово. Мамочка. Оно было так свято для меня. Что она знала о сиротах? Оба ее родителя были живы. Они купили ей дорогу сюда.

Я поняла, что Арабелла не перестала издеваться надо мной. Она просто играла здесь в другую, более разрушительную игру.

Переспала с папой.

Отсосала Вону.

Пыталась сжечь мой дом дотла.

Почему? Почему? Почему?

Я твердо верила в подход «плохой человек – веская причина». Чтобы проворачивать такие вещи, у нее должен быть мотив. Но сейчас была безжалостна.

– Знаешь, что самое лучшее? Я поняла тебя давным-давно. Ты притворяешься такой крутой и мрачной. – Арабелла оттолкнула меня, и я почти врезалась в дверь папиного кабинета. Почти. – Хочешь, узнать правду? Ты просто маленькая марионетка своего папочки. Ты никогда не пожалуешься ему на меня и вообще ни о чем не расскажешь. Ты его до смерти боишься. Посмотри, как он подставил тебя с этой стажировкой. Черт возьми, я имею в виду, – она покачала головой, фыркнув, – может, я и лежу на спине и занимаюсь сексом, но папочка Асталис точно тебя поимел из-за…

У нее не было возможности закончить предложение. Я схватила ее за волосы и потащила по коридору, туда, где отец не смог бы услышать нас через свою дверь.

Она не ошибалась, но вот-вот должна была ошибиться.

Я жаждала одобрения своего отца и боялась встретиться с ним лицом к лицу. Но ее откровение все изменило. Он не был мучеником, который отрекся от женщин после мамы. Он был совратителем малолеток, извращенцем, который спал с подростками.

Боже. Нет. Только не ты, папа.

Она протестовала, тихонько поскуливая, но к тому времени, как начала кричать, я втолкнула Арабеллу в кабинет дяди Гарри, который, как я знала, пустовал, и бросила ее на пол. Она была немного крупнее меня, но я была разозленной, и у меня было достаточно адреналина, чтобы убить троих взрослых мужчин.

Сидя на полу спиной к столу Гарри, Арабелла истерично рассмеялась. В ее глазах отражался безумный блеск. И печаль. Я чувствовала запах утраты, которую она испытала, с другого конца комнаты.

– Придется смириться с тем, что всем наплевать на тебя, детка. Твой парень даже не сказал тебе, что застукал меня с твоим отцом. Он бы, наверное, засунул свой член мне в рот, если бы моя челюсть не была занята тем, что ублажала папу Асталис. Твой отец предпочитает твоего парня тебе. Твоему лучшему другу Поупу пришлось умолять людей пойти на твою неожиданную вечеринку по случаю дня рождения, потому что ты никому не нравишься…

Она замолчала, точно зная, что делает, затем, прижав пальцы ко рту, она подняла брови в притворном смущении.

– Упс. Какая я глупая. Совсем забыла, что это секрет. Поуп попросил меня прийти на твою вечеринку-сюрприз сегодня вечером. Твоя сестра тащит свою задницу из Лондона, чтобы подсчитать количество пришедших тел. Все будут там. Я имею в виду, все четыре человека в твоей жизни. Включая меня, – хихикнула она, поднимаясь на ноги.

Я следила за каждым ее движением, стараясь не сказать или не сделать ничего такого, что могло бы посадить меня в тюрьму. Я не доверяла себе. И я знала Поупа достаточно, чтобы понять, почему он пригласил ее. У него действительно была слабость, когда дело касалось сумасшедших девушек – даже тех, кто, казалось, причиняли мне боль.

Арабелла разгладила юбку и с важным видом направилась к двери, делая вид, что зевает.

– В любом случае я ухожу, чтобы найти что-нибудь милое на сегодняшний вечер, чтобы я могла превзойти тебя.

Мгновение тишины. Она пробежала глазами по моей фигуре.

– Не то чтобы это было проблемой. Скажи своему папочке, что ты знаешь о нас, и я клянусь, что твоя жизнь закончится. Увидимся позже.

Я наклонилась над столом Гарри, пытаясь выровнять дыхание.

Я хотела убить папу.

Вона.

Арабеллу.

И я собиралась застрять в комнате со всеми ними сегодня вечером. Потом я вспомнила, что должна была встретиться с Раффом в десять. Было уже половина десятого.

Но он просто хотел занять меня до вечера. Он пытался быть милым, пока моя старшая сестра собирала вещи. Мои кулаки снова сами собой сжались, и я поняла, что сжимаю в руке листок бумаги. Я посмотрела вниз и расправила его, мое сердце колотилось о грудную клетку. Я могла испортить важный документ, принадлежавший дяде Гарри.

Я посмотрела вниз и прочитала слова на странице, написанные от руки моим дядей:

Список дел:

•Галерея в Милане/звонок Карле

•Аренда/арендодатель/квартира в Челси

•Проверить ВС (был тихим? мстительным?)

•Подарок на день рождения/Ленни

ВС

Вон Спенсер.

Я почему-то сразу поняла, что он говорил о Воне.

Казалось, что кусочки головоломки складываются вместе – но не на свои места. Я не могла получить ясного представления о том, что происходит.

Арабелла была здесь не просто так.

Вон тоже.

Ни один из них не был здесь из-за искусства.