Л. Шэн – Прекрасный Дьявол (страница 55)

— Я рассказала ему всё о тебе. — Её улыбка стала ещё мягче. — Скажем так, этот джентльмен… в чём-то похож на тебя. Он тоже не любит толпы. И людей в целом.

Я больше не мог сдерживаться. Я обрадовался. Совсем чуть-чуть. У меня не было иллюзий о тёплых рождественских днях и семейных вечерах с бингo. Но иметь кого-то, кто понимает меня, кто не будет жесток ко мне…

— Это действительно происходит. — Её руки потянулись через стол и сжали мои. — Он приедет за тобой через две недели. Ты будешь жить в Нью-Йорке. У него большая квартира. У тебя будут Xbox и PlayStation, в доме есть бассейн. Будут тёти и кузены. Это начало твоей новой жизни.

Следующие две недели я ходил будто по облакам. Миссис Дагмар делилась со мной кусочками информации о моём приёмном отце, словно это были шоколадные конфеты, и каждая из них поднимала меня на новую высоту.

Он изучал математику в колледже.

Его работа заставляла его путешествовать по всему миру.

Он любил играть в шахматы и планировал отвезти меня в отпуск в Италию после того, как заберёт из интерната, чтобы мы могли осмотреть достопримечательности перед тем, как поедем в Америку, и познакомиться друг с другом.

Впервые я не думал о смерти. Я думал о жизни. И это было одновременно захватывающе и страшно.

В мою последнюю ночь в общежитии я услышал шаги Андрина в коридоре. Было пять утра, и я не спал. Слишком много адреналина пробежало через моё тело каждый раз, когда я смотрел на большой чемодан, стоявший у двери.

Прошло три месяца с тех пор, как Андрин в последний раз приходил ко мне. Я надеялся, что он совсем забыл обо мне.

Моё тело превратилось в камень. Я перестал дышать, когда услышал, как дверь скрипнула, открываясь. Я прищурил глаза и сделал вид, что сплю. Хотя он не издал ни звука, я чувствовал его тёмную энергию, закручивающуюся по комнате, набирающую силу, как ураган. Моя кровать заскрипела, когда его голени упёрлись в деревянный каркас. Он навис надо мной.

— О, Мальчик, тебе стоит открыть глаза ради этого. — Его голос был самодовольным. Поэтому, конечно, я открыл глаза. — У меня есть прощальный подарок.

Лицо Андрина пряталось в тени.

— Смотри, что я принёс на этот раз.

Я моргнул, сфокусировал зрение, сел. Лучи солнца зацепили мои зрачки. Я прищурился на руку Андрина. В ней был пистолет.

Я закашлялся, поперхнувшись слюной.

Он собирался убить меня. Я даже не был удивлён. В глубине души я всегда знал, что никогда не доживу до хорошего дня. Мой таинственный приёмный отец был стандартным отклонением. Изолированной ошибкой.

— Не волнуйся, Мальчик. Я не твою голову собираюсь разнести. Вставай. — Он схватил меня за ворот рубашки и дёрнул к столу.

Я упал на край деревянного стула и сильно ударился в пах, но был слишком ошеломлён, чтобы почувствовать боль.

— Возьми карандаш. У меня для тебя уравнение. — Андрин порылся в кармане брюк, другой рукой вдавив дуло пистолета в мой висок. Моё сердце колотилось так, что готово было вырваться из груди.

Пистолеты — для трусов, решил я тогда. Если когда-нибудь мне выпадет привилегия убить этого ублюдка, я сделаю это голыми руками.

— Вот оно. — Он достал маленькую сложенную бумажку, развернул её и положил передо мной на стол.

Холодный пот затёк мне в глаза. Это было не уравнение, строго говоря. Это было…

— Последняя теорема Ферма, — закончил за меня Андрин. — Есть три положительных целых числа a, b, c, которые удовлетворяют. Давай, начинай.

Я уставился на задачу, пульс стучал в висках. Ладони скользили от пота. Металлический рот пистолета сильнее вдавился в кожу.

— Сколько у меня времени? — я прочистил горло.

— Десять минут.

— А если я не найду решение?

Его рука с пистолетом двинулась от моей головы к окну. Я повернул шею — и увидел.

Аполло.

Он был привязан к дереву недалеко от моего окна, бегал по кругу, дёргал цепь, глядя на меня. Он вздрогнул, когда Андрин постучал пистолетом по стеклу, и моргнул от ужаса, умоляя меня помочь. Моё сердце оборвалось.

Чёрт, чёрт, чёрт.

— Забрал его прошлой ночью. Он думал, что его усыновляют. — Андрин рассмеялся, словно надежда старого питомца была забавной. — Кролики такие тупые создания.

— У него может случиться сердечный приступ, и он умрёт. — Мой голос был таким дрожащим и слабым, что я хотел ударить себя.

— Хм. — Андрин провёл рукой по подбородку. — Тогда лучше приступай к задаче, пока он не умер.

Злость бурлила внутри меня. Меня тошнило от неё. Она росла и разгоралась во мне, как пожар. Я думал, что взорвусь. Но я прикусил язык. Ради Аполло.

— Твоё время пошло. — Андрин хлопнул по часам на моём столе, и они начали отсчитывать секунды.

Я схватил карандаш и начал работать.

Тиканье было неровным, я заметил.

Два, шесть, два.

Два, шесть, два.

Два, шесть, два.

Часы были сломаны. Они немного отставали. Это давало мне, как я подсчитал, лишние сорок секунд. Почти целую минуту.

Я вложил всё в задачу. Это был последний грёбаный раз. Вот зачем он пришёл. Взять свою дань перед тем, как я уйду. Чтобы подстегнуть меня. Я подбадривал себя, похлопывая по ноге: у меня полно времени, чтобы сделать всё правильно.

Два, шесть, два.

Два, шесть, два.

Два, шесть, два.

И я понял. Я нашёл ответ.

— Вот. — Я поднял глаза и протянул ему листок. На часах оставалось тридцать секунд. Значит, сломанные часы спасли меня. Спасли Аполло. — Целые числа a, b и c не могут существовать при n больше двух. Любой, кто понимает эллиптические кривые и модулярные формы, может это доказать, — сказал я с возбуждением. Мой новый отец должен был приехать через пару часов, и я действительно хотел встретить его впервые не в состоянии нервного срыва. — А теперь отпусти Аполло.

Андрин поднял листок, его зрачки пробежали по решённой задаче. Его губы сжались в раздражении.

— Где был твой мозг, когда я таскал тебя по математическим конкурсам? — Он швырнул лист на стол, и я вздрогнул.

Я промолчал. Я не хотел злить его. Не из-за себя — к боли я привык. Из-за Аполло.

— Говори, Мальчик. — Он ударил кулаком по столу.

Я не шевельнулся.

Он закричал. Не сдерживаясь. Это было впервые.

— Ты можешь бить меня. Тащить через лес. Ты можешь… не знаю, делать всё, что захочешь, пока я ещё здесь, — тихо сказал я. — Но позволь мне сначала отвезти Аполло обратно в приют.

— Нет. — Он вытер лоб рукой с пистолетом.

— Андрин, я…

Он полностью развернулся к окну, поднял руку и выстрелил. Бег Аполло и его дёрганья оборвались в тот же миг. Он рухнул навзничь, его белоснежный мех окрасился в красное.

Моё зрение побелело. В ушах зазвенело.

Нет, нет, нет, нет.

Я вскочил со стула, выпрыгнул в разбитое окно и рухнул лицом в землю. Мне было плевать.

Я поднялся и побежал к кролику. Он был мёртв. Лежал на земле, неподвижный, с открытыми глазами — ужасными, ошеломлёнными и… человеческими. Слишком человеческими.

Крик вырвался из моего горла.

Я прижал его к себе, обнял его мех, заплакал. Я всё убеждал себя, что это дурной сон.