Л. Шэн – Охотник (страница 67)
– Если ты просишь меня выбрать между семейным состоянием и девушкой, то мой ответ очевиден: состояние. – Я замолчал, наблюдая, как его горло сокращается под оранжевым шелковым галстуком. – Но если ты просишь меня выбрать между семейным состоянием и Сейлор Бреннан, то мне придется попрощаться с деньгами и отказаться от предложения, и неважно, Фитцпатрик я или нет.
Его улыбка испарилась. Такого поворота он не ожидал. Честно говоря, я тоже. Особенно при том, что Сейлор выразила свое нежелание поддерживать со мной связь словесно, письменно, физически и всеми другими способами за вычетом надписей в небе. А может, она велела мне отвалить и с помощью надписи в небе. Я уже давно не смотрел в небо.
Но все равно это было правдой. Я не мог упустить возможность добиваться ее. Не мог лишиться права обнять ее, заказывать вместе с ней еду в DoorDash, спорить о том, кто оставляет больше чаевых, и рассказывать ей, как прошел мой день. Потому что это были самые счастливые моменты моей жизни, и каждый раз, когда я тянулся рукой к лошадке Дала и не нащупывал ее на шее, я знал, что она у Сейлор, – единственная принадлежащая мне вещь, которая что-то значила.
– Ты отказываешься от моего предложения? – Отец пришел в себя и разгладил галстук.
– Поверь, мы оба здорово этим расстроены. Что ж, я полагаю, это значит, что я уволен? – Я встал.
Мне все равно было необходимо закончить расследование, касающееся Сильвестра, несмотря ни на что. Я больше не бросал дела на полпути, когда становилось нелегко.
– Ты не поедешь в Мэн, – подтвердил он. – Начинай искать работу.
– Точняк. – Я отвесил ему легкий поклон и показал средний палец вдогонку. Выйдя из кабинета, я схватился за ручку стеклянной двери и повернулся к отцу на прощанье. – Кстати, эта дверь спроектирована мазохистом. Она закрывается по три часа. Вот, это должно помочь. – Я пнул дверной доводчик.
Слетев с петель, дверь повалилась в кабинет и рухнула на пол целой и невредимой. Я посмотрел на него и сверкнул безумной, суперзлодейской улыбкой.
– Может, я все же Фитцпатрик. Смотри, как хорошо у меня получается все портить. Не благодари.
Под конец того же дня я сел послушать, как проходит вечер у Силли. Скорее всего, лучше, чем у меня. Я пытался заказать еду с доставкой из кипрской закусочной, которая открылась в трех кварталах от моей квартиры, но обнаружил, что дорогой папочка обнулил мой банковский счет – все текущие и дальнейшие транзакции были отклонены.
Прежний Хантер, – тот, что был полгода назад, – позвонил бы матери, которую он избегал не самым любезным образом, и уговорил бы ее перевести необходимые средства, чтобы накормить голодающих. Но новый Хантер был слишком гордым, чтобы просить денег, тем более на еду. Поэтому я открыл банку фасоли, попытался разогреть ее в микроволновке, тем самым чуть не устроив взрыв (кто знал, что в ней опасно разогревать металл? Не этот придурок), и ограничился крекерами и просроченным сливочным сыром.
Я был ходячим мемом: «дебил-жрет-крекеры-будто-ему-все-можно». В жопу такую жизнь.
Я задумался, как буду дальше оплачивать услуги Нокса, который, без преувеличения, безвылазно просиживал в фургоне, отмораживая себе яйца, чтобы круглосуточно записывать все, что делал Силли, с помощью устройств, которые сам мне продал. Я надеялся, что он принимал оплату натурой, потому что денег у меня сейчас было меньше, чем стало бы у Дженны Джеймсон[80], если бы она сменила профессию и решила стать экспертом по воздержанию. Меня поимели самым неудовлетворительным способом из всех известных человечеству.
Прошло уже три часа моего вечернего расследования в отношении Силли (он только что закончил ужин с семьей, во время которого они с женой обсуждали увлекательный вопрос выбора одинаковых рождественских свитеров), когда я вдруг услышал, как в дверь трижды постучали.
Я отложил крекеры в сторону и нахмурился. Если это Киллиан с одной из своих дьявольских вдохновляющих речей, то мы обменяемся не парой слов, а парой ударов. Но нет. Киллиан уже должен быть в самолете на пути в Мэн. Я подошел к двери и распахнул ее.
А на пороге стояла она.
С пакетом еды навынос. Края коричневого бумажного пакета пропитались жиром. Сейлор и фастфуд. Рот наполнился слюной, а яйца напряглись.
– Это не предложение заняться сексом, Хант. Даже не предложение о мире. – Она подняла ладонь в знак предостережения. – Но я пришла с презентами и предложением. Ты помог мне прижать Лану. Позволь помочь тебе взять Силли.
Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
– Можешь еще раз сказать «взять», пожалуйста? А именно, «возьми меня, Хантер». Ты, в общем-то, и так уже произнесла все эти слова, просто не в той последовательности.
Сейлор расхохоталась, а я подцепил ее куртку пальцем и затащил ее в квартиру. Мне было плевать, что я без гроша, без работы и по уши погряз в проблемах.
– Что ты принесла? – Я обнял ее за плечи и поцеловал в макушку по пути в гостиную. И вот так просто стало казаться, будто она никогда не уходила. Просто очередной идеальный вечер с моей девочкой.
– Я подумала, нам стоит попробовать кипрское заведение. У него были клевые отзывы.
Я снова закусил кулак. Я сделал правильный выбор.
Я подсознательно понимал, что сумею поймать Силли, только если он допустит ошибку. Но он был осторожным ублюдком, а потому, когда я узнал, что именно я вывел его из равновесия, то чуть не кончил в штаны от счастья.
Все произошло после того, как мы с Сейлор доели роллы с сувлаки[81] и халуми[82]. Мы слушали запись, на которой Сильвестру позвонили и сообщили, что я не сел вместе с отцом и братом в самолет, летящий в Мэн.
– Что значит, его нет в самолете? – процедил он, обращаясь к человеку на другом конце провода. Я не мог услышать ответ его собеседника. Сильвестр воспользовался очередным одноразовым телефоном. – Как его может там не быть?
Мы с Сейлор переглянулись, сгорбившись над ноутбуком и слушая запись.
– Весь план не имеет никакого смысла, если его там нет! Нет, не говори мне успокоиться. Месяцы планирования, и все впустую. С таким же успехом можно отменять всю операцию, если его там нет. Этот идиот примет руководство, как только с ними будет покончено, и мои проблемы утроятся.
– Как только с ними будет покончено? – шепотом вскричала Сейлор, вытаращив глаза. – Он что, правда так сказал?
В этот момент произошло несколько событий. Возможно, дело было в том, что Сейлор смотрела на меня как на умного, способного человека, а не как на богатого жиголо. Она смотрела на меня так, будто мне по силам разгадать эту загадку.
И я осознал, что… что я могу. Я быстро прикинул:
1. Силли отправил моих отца и брата на завод, на котором наблюдались проблемы с охраной труда и техникой безопасности.
2. Нефтеаппаратура была неисправна. Как минимум три насоса. Потому они и решили туда слетать.
3. Силли мог спланировать (и, вероятно, спланировал) инсценировку несчастного случая, в котором все мы – отец, Киллиан и я – погибнем. Оставалось только устроить взрыв. Мама и Эшлинг унаследуют большинство акций, но ни за что не станут управлять компанией.
Таким образом, должность окажется в умелых руках Силли.
Твою ж мать. Он хотел убить нас. И я только что здорово спутал ему планы. Теперь вопрос заключался в следующем: станет ли он доводить дело до конца в любом случае или отложит эту затею, раз я не полетел в Мэн?
Сейлор, будто прочтя мои мысли, сунула мне в руку телефон.
– Ты должен им позвонить.
Я звонил Киллиану пять раз. Еще три раза пытался дозвониться до отца. Отправил им кучу текстовых сообщений. Либо они были в самолете, либо там, где не ловила связь. Я вспомнил, как Киллиан жаловался, что в той части Мэна не ловила сеть. Я был уверен, что Силли учел этот момент, когда планировал все это.
– Что мне теперь делать? – Я встал и принялся мерить комнату шагами. – Как мне спасти свою отбитую семейку?
– Теперь, – просто заключила Сейлор, – ты сделаешь то, что Фитцпатрики умеют лучше всего: начнешь войну и одержишь победу.
Двадцать четвертая
Я позаимствовал машину Сейлор, отвез ее обратно в дом родителей (я не стал рисковать на случай, если Силли нанял какого-нибудь бугая, чтобы тот приехал ко мне и прикончил меня), а потом поехал прямиком к нему домой в надежде, что он все еще там. Я был признателен за разыскные навыки Нокса. Он был в курсе, где Силли жил, где работал, где срал, как знал и всех его любимых девочек по вызову.
Всю дорогу я пытался дозвониться до отца и Киллиана. В конце концов позвонил маме и попросил, чтобы она постаралась связаться с ними и не прекращала попытки, пока не найдет их и не велит им не ехать на завод.
– Но почему?
– Потому что, черт подери, хватит задавать вопросы, мам! Просто сделай это!
Я остановил машину перед домом Силли в Чарлстауне: особняком в якобинском стиле с десятью спальнями, белоснежными стенами на фоне черных окон и пышной лужайкой, которую мне сейчас очень хотелось поджечь. Захлопнул водительскую дверь, громко протопал к входу и постучал в дверь, а потом еще пять раз нажал на звонок для пущей верности. Было уже очень поздно для визитов, но если мне не светит сегодня поспать, то и его семья ни черта спать не будет.