Л. Шэн – Нежное безумие (страница 26)
Мы лежим, он обнимает меня, пока мы не засыпаем. Нет никаких разговоров, касаний и поцелуев. Только мы вдвоем делаем что-то неправильное, но чертовски приятное.
В половине пятого у него сработал будильник, и мы оба пошли в комнаты. Когда до них добрались, он тихо закрыл дверь, без хлопка.
Я улыбаюсь.
Глава девятая
На следующий день я помогала маме на кухне. Она достала овощную запеканку из духовки, пока я нарезала помидоры для салата.
– Кажется, что здесь слишком много овощей и очень мало мяса. Так, Скалли? – Папа зашел на кухню и быстро поцеловал меня в лоб, а затем Мел в губы. Бейли освобождена от помощи на сегодня из-за предстоящего экзамена, кроме того, изнурительное расписание в балетной школе очень утомляет ее.
– Чертовски верно, сэр. – Пенн прошел в дом позади него, все еще в футбольной экипировке. Я проверила время на дедушкиных настенных часах: семь сорок пять. Что-то задержало его в Сан-Диего на целый час после тренировки. Или кто-то. Адди,
– Детка, нам надо поговорить о домашнем обучении Бейли и еще
Бросаю взгляд на Мелоди.
– Ой, ничего особенного, – она отмахивается, сталкиваясь с моим суровым выражением лица. – Мы просто хотим немного облегчить жизнь Бейлс. У нее и так по шесть занятий в балетной школе на неделе.
Итак, я была права. Мелоди хотела отправить Бейли и Вию в Лондон вместе. Бьюсь об заклад, что она опустошена из-за одержимости Бейли остаться в Тодос-Сантосе.
– У меня есть время, чтобы быстренько принять душ? Не успел принять в школе, – спросил Пенн.
Я усмехнулась про себя, не отрываясь от томатов. Мама очень строго относится к совместному ужину и никогда просто так не задерживает его без уважительной причины, мы и так опоздали на сорок пять минут. Тусовки с мамашей твоего ребенка, если тебе интересно, Пенн, не входят в этот список. Мел и так сдвинула ужин, чтобы подстроиться под расписание тренировок Пенна. И она не будет больше откладывать.
– Конечно, – пропищала Мел, – Бейли все равно еще не закончила с домашним заданием.
Я стою с открытым ртом, стараясь не огрызнуться на нее. Она никогда не позволяла мне ничего подобного.
Я резко бросаю овощи в салатницу.
– Вот, – рычу я. – Я собираюсь посмотреть «Настоящих хозяек Далласа», пока мы не сели есть.
– Или ты можешь остаться со мной, и мы полистаем каталог Шанель, – предложила Мелоди, открывая бутылку белого вина.
– Нет, спасибо, – язвительно произношу я.
– Эй, а может, тогда мы…
– Нет! – изображаю подобие улыбки на губах и хлопаю ресницами. – Пожалуйста, не смущай нас обеих своими предложениями. Даже если ты предложила бы шопинг в Милане, мой ответ будет нет.
Двадцать минут спустя мы ужинаем. Обстановка накалена. Радостное возбуждение Бейли насчет балетной школы заразно. Девочка слишком идеальна на фоне моего огромного мешка с недостатками.
– Кстати, на следующей неделе мне снимают брекеты! – объявляет она, и Пенн первым поздравляет ее через стол. Я говорю, что рада за нее, потому что я действительно радуюсь, а потом она произносит: – Отлично, да? Как раз перед Нью-Йорком.
– Нью-Йорком? – Я смущенно потираю нос.
– Мама берет меня с собой в Нью-Йорк!
Вилка падает у меня из рук на тарелку. Комната погружается в абсолютную тишину. Мне надо что-то сказать. Что-то радостное. И я хочу – ведь я люблю Бейли, хочу, но не могу. И это ведь не Халк внутри меня. Мелоди права – это
– Это подарок на день рождения. Это… это была моя идея, – она заикается. – Я… ммм. Я хотела на неделю, но мама согласилась всего на четыре дня.
Мой день рождения перед ее, но я не указываю на это. Теперь понятно, почему Мел предложила посмотреть каталог Шанель. Смешно, она даже не упомянула, что именно я всегда мечтала о поездке в Нью-Йорк. Я была там уже дважды, но один раз проездом, поэтому не считается.
– Это все из-за бизнес-встречи, – Мелоди прочищает горло, вытирая уголок рта салфеткой. – И конечно, я собиралась предложить тебе поехать с нами.
Папа меняет тему разговора еще до того, как я успеваю ответить.
– Я просматривал списки с колледжами для тебя, Пенн. – Он откашливается в кулак. – Я действительно серьезно занялся этим вопросом. Есть шесть, на которые нам следует обратить внимание.
– У меня пока только три приглашения от колледжей. – Пенн кладет целую ложку запеканки себе в рот, взгляд сфокусирован на тарелке. Мне кажется, что он раздражен, хотя не знаю, с чего вдруг. Я одна должна здесь злиться. Меня единственную полностью игнорируют. – Тренер сказал, чтобы я тщательно выбирал. Если хотя бы один из них оплачивает перелет и размещение, то я, скорее всего, его и выберу.
– Мой сын не пойдет в колледж лишь из-за того, что они оплачивают билеты экономкласса, – сказал Джейми.
– Но так как я не ваш сын, то мне не приходится выбирать, сэр.
Интересно, что чувствует Адриана, когда ее парень и отец ребенка уезжает. Может, он планирует взять их с собой. Это было бы не удивительно.
– Твой талант и внешность говорят по-другому, – подшучивает папа.
– Правда, папа? Его внешность? – Бейли нервно хихикает.
Как же я хочу, чтобы родители перестали называть Пенна сыном, чтобы я не чувствовала вину из-за поцелуев и ласк моих бедер, живота и промежности членом через одежду.
– Но ты как сын нам, – улыбается Мелоди Пенну через стол, который не отвечает взаимностью на это.
– Вернется ли количество детей к двум, когда вы меня выбросите? – бормочу я в стакан воды.
– Спасибо, Дарья, – говорит Мел и откусывает запеканку. – Мы всегда можем рассчитывать на тебя, если нам надо будет испортить настроение.
Пенн нахмурился. Думаю, что он заметил, что не одна я виновата во всем этом. Он открыл рот, но мама перебила его:
– Пенн, милый, нам надо кое-что обсудить. Один на один.
– До того, как вы обсудите поездку в Нью-Йорк с Бейли? – я начала свой допрос, бросая салфетку на стол и вставая. – Что насчет меня? Может, надо о чем-то поговорить? Может, о чирлидинге? Или о том, с кем я тусуюсь? О колледже? Хоть о чем-то, Мелоди? Хоть какая-нибудь незначительная вещь, помимо Шанель?
Тишина.
– Кстати. – Я встряхиваю волосами. – Запеканка ужасная. Наслаждайтесь своими углеводами, неудачники. – Я рисую пальцами в воздухе букву Н, прежде чем уйти наверх. Не знаю, почему я убегаю в такой спешке. Никто и не собирался идти за мной, хотя Мелоди всегда так делала с Вией. Но она быстро поняла, что я никогда не доверю ей своих настоящих чувств. Отстой, когда так происходит. Бейли иногда пытается поговорить со мной, но у нее недостаточно жизненного опыта. Папа… папа всегда будет рядом со мной, но я не могу ничего рассказать ему о его драгоценной супруге, так как он ослеплен любовью к ней.
Я хлопаю дверью, но стены слишком тонкие, так что я слышу, как отодвигается стул. Мне даже не нужно смотреть, кто это, я и так знаю. Лишь один человек в этом доме не бросает меня, но это из-за того, что я и не стояла на первом месте для него.
– Пенн, успокойся, – я услышала голос мамы. – Просто Дарья ведет себя как Дарья.
В книге «Уцелевший» Чака Паланика есть сцена, где рассказчик понимает, после того как съел почти всех лобстеров, что их сердца все еще бились. Так вот жизнь с Фоллоуилами немного похожа на это: в тебе ковыряются, пожирают, но сердце еще бьется.
Поговорим.
Полтора часа назад я отправил сообщение, на которое так и не получил ответа.
Я лежу на идеальной кровати, в идеальной комнате, в идеальном пряничном домике, где все настолько неидеальны, что не могут терпеть друг друга. Кто бы мог подумать, что безупречная, прекрасная Дарья Фоллоуил окажется белой вороной в собственной семье?
Но самое ужасное, что Мел игнорирует существование Дарьи. Для нее она словно надоедливая муха.
Мел до одури боится свою дочь, которая остается ею, как бы она себя ни вела, Джейми просто устал выбирать, на чьей стороне он. А Бейли в эпицентре этого дерьма наживает себе повод для работы с психотерапевтом в будущем.
Немного ранее этим вечером, когда я мыл посуду, а Джейми вытирал тарелки полотенцем, он спросил, не хочу ли я присоединиться к их походу с друзьями. Я ответил ему, что не считаю это хорошей идеей из-за пятидесяти оттенков загонов Дарьи по поводу Бейли и меня, занимающих все время родителей. Но прикол в том, что мне и не нужно их время. Я просто хочу их холодильник. Ну и кровать неплохая. Особенно когда в ней лежит их дочь.
– С каких пор тебя волнуют чувства Дарьи? – нахмурился Джейми над тарелкой, которую вытирал, но не смог скрыть удивления в голосе.
– Нет, не волнуют, – признался я. – Но ваша дочь и так ненавидит меня. А когда у нее появится боевой настрой, я просто не хочу оказаться на линии огня.
Джейми скептически уставился на меня.