Л. Шэн – Монстр (страница 13)

– Ты знаешь, какая у меня кровь?

– Горячая, – пояснила я.

– Неважно, горячая она или холодная, тебе со мной не справиться, милая.

– А ты проверь.

Он медленно прошелся взглядом по моему телу, будто пытался решить, стоит ли ради меня расстегивать штаны. Я задрожала, понимая, что в любое мгновение он может понять, кто я такая.

Чем дольше мы говорили, тем более неуверенно звучал мой голос. Пронзительно.

В манере Эшлинг. Казалось, Сэм обдумывал мое предложение, поглаживая подбородок.

– Развернись, – велел он.

Я послушалась, остро ощущая, что он оценивает мою задницу. У меня была красивая задница. Я четыре раза в неделю занималась йогой вместе с матерью, несмотря на плотный график ординатора на первом году обучения. Но вот что главное в неразделенной любви: ты всегда считаешь себя недостойным объекта своего обожания.

– Подними юбку. – Его жесткий голос рассек воздух.

Я сделала, как он велел, хоть и знала, что он увидит кое-что неожиданное.

Мои белые хлопковые трусики, практичные и великоватые мне на размер. Удобный выбор женщины, которая весь день проводит в медицинской форме, но совершенно не подходящий к этому образу.

Он издал смешок. Мое сердце екнуло.

– Выметайся.

Я обернулась, оставшись стоять с задранной до талии юбкой и выставив зад в его сторону.

– Я знаю таких мужчин, как ты, – соблазнительно протянула я.

– Таких, как я, больше нет.

– Я могу доставить тебе удовольствие, – я не сдавалась.

– Сомневаюсь. – Он склонил голову набок, тихо посмеиваясь. – Вон.

Я бесстыдно отодвинула трусики в сторону, чтобы обнажить перед ним ягодицы, и стала ласкать себя. Воздух наполнили звуки, с которыми пальцы соприкасались с выступившей от возбуждения влагой, давая понять, что я полностью готова к тому, чтобы меня взяли.

– Пожалуйста… – Я наклонила голову набок и прикусила нижнюю губу, выгибаясь, чтобы ему было лучше видно, как я мастурбирую.

Он ничего не сказал.

Маленькие радости. Он дает тебе еще один шанс. Не профукай его.

Я развернулась, пока он не передумал, и с важным видом направилась к нему, стуча каблуками высоких кожаных сапог и понимая: сейчас или никогда. Сэм Бреннан никогда не дал бы шанса Эшлинг Фитцпатрик, но мог дать его этой незнакомке. Подойдя вплотную, я опустилась на колени и посмотрела на него через стекла больших солнцезащитных очков.

– Можно? – спросила я, опустив руку на его пах.

Сэм посмотрел на меня сверху вниз, а его глаза цвета бури игриво заблестели.

– Ты уж постарайся, Робертс. Я не трахаюсь с неопытными.

Я расстегнула молнию на его брюках. За десять лет, прошедших с того дня в парке аттракционов, Сэм Бреннан благополучно превратился из парня в мужчину. Отказался от темных рваных джинсов и мягких футболок в пользу брюк от Armani и черных классических рубашек, и теперь от него пахло, как от знакомых мне миллиардеров. Он пользовался одеколоном, который наверняка нравился обоим моим братьям и стоил тысячу долларов за штуку. Единственное, что осталось с юности, – висящий на шее талисман со Святым Антонием с выгравированными на нем инициалами С.О.Б. и глядящие с усмешкой глаза, которые способны заглянуть в душу.

Я спустила его черные дизайнерские трусы, коснувшись пальцами подстриженных темных волос в паху. Член выскочил из белья. Твердый, как камень. Толстый и длинный, пугающе большой и с фиолетовой веной, тянущейся вдоль ствола.

Он был красивым, насколько может быть красивым член. Рот наполнился слюной, и я облизала губы.

Но не стала сразу браться за дело, а осторожно наклонила голову, чтобы не задеть парик, и, взяв его яички в рот, нежно их пососала.

Он втянул воздух сквозь стиснутые зубы и запрокинул голову, не ожидая такого шага. Я провела пальцем вокруг ствола, дразня его, пока ласкала и посасывала яички, вдыхая его мускусный, землистый запах.

– Твою мать, – простонал он. – Вот это ход.

Подавив улыбку, я сосала, дразнила и лизала его, почти не касаясь члена, который то и дело дергался и набухал все больше, требуя моего внимания. Через несколько минут Сэм схватил меня за парик с затылка, пододвигая к главному событию – звезде этого шоу. Я ахнула и тут же смахнула его руку, стараясь удержать парик на месте.

Сэм опустил на меня хмурый взгляд, опешив на мгновение.

– Имеешь что-то против членов?

– Вовсе нет. – Мой голос звучал с придыханием, жалко. – Извини. Просто у меня волосы растрепались под париком, и я не хочу, чтобы ты их увидел.

Иссиня-черную копну, которую ты тотчас узнаешь.

– А у тебя сложилось впечатление, будто мы будем делать гребаные свадебные фотографии? – В его серых глазах кружило удовольствие. – Кого это на хрен волнует?

– Нет, ты прав, никого, конечно.

«Дуреха, – пропела в моей голове мисс Би. – Такая покорная и доступная».

– И раз уж такое дело, почему не снимешь солнцезащитные очки? – Он приподнял бровь. – А то у меня такое чувство, будто мне отсасывает Стиви Уандер[15].

Потому что тогда ты увидишь мои глаза и узнаешь их тоже.

У меня были такие синие глаза, какие увидишь не каждый день. Отец говорил, что синевой с ними мог сравниться только океан.

Я обхватила член Сэма, взяла его в рот до самого горла, и он едва не зарычал от удовольствия.

– Хороший отвлекающий маневр, Робертс. Быстрее.

Я принялась двигать головой, не переставая удивляться тому, что у меня во рту член Сэма Бреннана.

Даже я не могла отрицать, что мое увлечение – нет, одержимость, – им не знала границ. Но от нее никому не было вреда. Мы оба свободные, совершеннолетние и постоянно оказываемся в одних и тех же местах. Он по-своему изменил мою жизнь и превратил ее в нечто иное, более глубокое. Хороший минет – меньшее, чем я могла отплатить ему за то, что наставил меня на тот путь, по которому я шла сегодня.

– Ладно, давай посмотрим, насколько хороша твоя киска или задница. Вставай, Красотка.

Я выпрямилась в полный рост, чувствуя, как эйфория захлестывает меня, подобно шторму. Сэм обхватил меня за затылок и поцеловал. Лениво, грубо. С языком, зубами и желанием. Поцелуй был совсем не похож на тот, что мы разделили на том страшном аттракционе много лет назад. Он не развивался неспешно, как хорошо написанная книга.

Внезапно Сэм отстранился и хмуро на меня посмотрел.

– Что? – спросила я, тяжело дыша. Мои трусики уже промокли. Я схватилась за ворот его рубашки и принялась бесстыдно тереться об него грудью, оказавшись на грани оргазма. – Да что?

– Имбирь, – холодно процедил он. – И мед.

– Имбирь? – Я отчаянно заморгала за стеклами очков. – О чем ты?

– Я знаю только одну женщину, от которой пахнет имбирем и медом.

Я.

Он говорил обо мне.

Обо мне и моем дурацком шампуне из Франции, к которому меня пристрастила мисс Би.

Сэм без предупреждения сорвал темные очки с моего лица, а вместе с ними и парик. Мои длинные, черные как смоль волосы густыми волнами рассыпались по плечам, ниспадая до самых ягодиц. Я уставилась на него, округлив глаза.

Меня поимели – и вовсе не так, как я надеялась.

Я закашлялась, видимо, подавившись отчаянными извинениями, которые мое тело никак не могло извергнуть. Я знала, что он меня не тронет – во всяком случае, физически, – но не сомневалась, что накажет.

Месть – любимый язык Сэма Бреннана, и он в совершенстве им владел.

– Фитцпатрик! – взревел он, словно зверь.

– Сэм, я… – замотала головой. Merde! – Прошу. Всего один раз.

– Не вздумай морочить мне голову. Позже с тобой разберусь. Но сначала дам тебе то, о чем ты молишь уже больше десяти лет, и напомню… – он с силой прикусил мою губу, – почему, – схватил мои трусики через юбку и сорвал их одним отработанным движением, которое я сочла впечатляющим, притом что они были отнюдь не облегающими, – нельзя, – он разом ввел в меня два пальца, – со мной, – растопырил их внутри, растягивая меня до предела, и я яростно содрогнулась от удовольствия и желания, чувствуя, как слабеют колени, а потом подалась ему навстречу, приподнимая бедра и бесстыдно умоляя о большем, – связываться.