Л. П. Ловелл – Плененная (ЛП) (страница 42)
— О боже, Лилли, — вскрикиваю я, когда взрываюсь оргазмом.
Она поспешно целует мои губы еще раз.
— Я могу быть кем угодно, кем бы ты ни пожелал, милый, — шепчет она, прежде чем слезть с меня. Что за черт?
Она открывает дверь и оставляет меня одного.
***
Когда мне, в конце концов, удается выбраться из кабинки, меня встречает группа хихикающих женщин. Я приветствую их, чем вызываю смех, и выхожу из уборной. Все кружится перед глазами, я ни на чем не могу сосредоточиться.
— Тео? Тео? — я оборачиваюсь на звук, это Хьюго. Он хмуро смотрит на меня. — Куда ты подевался?
— Был с Лилли, — мямлю я.
— Ну, конечно. Я предполагал, что ты пересечешься с ней. Я шел, чтобы предупредить тебя. — О чем он толкует, если был со мной ранее.
Я хмурюсь, глядя на него.
— Мне нужно на воздух. — Не дожидаясь ответа, я направляюсь к двери, но замечаю пожарный выход по дороге и иду к нему. Я поворачиваю ручку и попадаю в тускло освещенный переулок. Сажусь на землю, опираясь спиной о стену, и опускаю голову между коленей, пытаясь прекратить головокружение. Я не знаю, как долго так просидел, но через какое-то время слышу звук приближающихся шагов.
— Ну и ну, посмотрите, кто у нас здесь. Кто-то слишком много выпил. — Грубый голос кокни2, который я не узнаю, слышится рядом.
Я смотрю вверх и вижу двух мужчин, стоящих в переулке и глазеющих на меня.
— Давай свой бумажник и телефон, — требует он.
Я в недоумении смотрю на него.
— В самом деле, ты грабишь меня? — спрашиваю я.
Он смеется.
— Так и есть, симпотяжка. Отдай их мне, и мне не придется разбивать твою милую мордашку.
Я смеюсь. Не знаю почему, но я начинаю смеяться.
— Ну, если ты так хочешь поиграть. — Он делает шаг в мою сторону, но останавливается, услышав чьи-то шаги у выхода в переулок.
— Что здесь происходит? — требует объяснений она, ее голос так согревает, что я невольно улыбаюсь, пока не понимаю, что она в опасности. Пошатываясь, я встаю на ноги, готовый убить придурков, если они подойдут к ней.
— Привет, дорогуша. А ты хорошенькая. Я почти закончил, — он улыбается, прежде чем сделать ко мне еще один шаг.
— Не смей подойти еще хоть на шаг, — ее голос низок, в нем слышится явная угроза. Что, черт побери, она делает?!
Улыбаясь, он оборачивается и направляется к ней. Она не двигается и выглядит такой маленькой и хрупкой, стоя там в своем коротеньком черном платьице и туфлях на шпильке. Мужчина подходит к ней вплотную и хватает ее за волосы, резко дергая ее голову в сторону. Затем проводит языком по ее обнаженной шее. Его друг смеется. Я, пошатываясь, пытаюсь добраться до нее.
— Огромная ошибка, приятель, — говорит она, прежде чем ударить коленом ему в промежность с молниеносной скоростью, отчего он сгибается, хватая ртом воздух. Лилли хватает его за затылок, и снова поднимает колено, разбивая им его лицо. Повсюду разбрызгивается кровь. Парень начинает кричать, закрывая лицо руками.
Второй парень резко подбегает к ней, хватая ее за запястье и скручивая, отчего она кричит. Во мне нарастает гнев при виде того, как он касается ее. Я покачиваюсь и ударяю его в челюсть. Я даже не замечаю ответного удара и не ощущаю его. Это лишь усиливает красный туман, застилающий мне глаза; прежде чем у меня выходит обрушить на него следующий удар, Лилли ударяет ребром ладони ему в горло, чем заставляет раскашляться и отшатнуться назад. Она быстро повторяет движение, на этот раз, ломая ему нос.
Двое вышибал врываются из пожарного выхода, осматривая происходящее.
— Твою ж мать. — Они смотрят на меня, прислонившегося к стене, с кровью, сочившейся из моей губы. Двое парней корчатся на земле, сжимая руками лица. — Это ты сделал? — спрашивают они у меня. Я качаю головой и указываю на Лилли.
— Они пытались меня ограбить, — смеюсь я.
Лилли пристально смотрит на меня с другой стороны переулка. Ее грудь и шея забрызганы кровью, как и ее правое колено.
— Ты в порядке? — спрашивает ее один из вышибал, широко выпучив глаза.
Она один раз кивает головой.
— Это не моя кровь.
— Черт, девушка, вам не нужна работа? — смеясь, спрашивает второй вышибала, словно оценивая ее отличительные черты.
Она улыбается.
— Нет, спасибо.
Она поворачивается и идет обратно через дверь, а я отталкиваюсь от стены, чтобы последовать за ней.
— Лилли, подожди.
Драка снаружи немного отрезвила меня.
Я хватаю ее за локоть, и она поворачивается ко мне лицом, ее подбородок решительно вздернут вверх.
— Что, Тео?
— Я... Спасибо тебе. — Люди пялятся на нас, обоих в крови, одному Богу известно, как, должно быть, мы выглядим.
— Ну, да, в следующий раз, когда ты захочешь сдуру напиться, не иди блуждать самостоятельно в темном переулке. Ты сам напрашиваешься на неприятности. — Гнев исходит от нее волнами.
— Лилли, я... — Я должен сказать ей, прямо сейчас, тогда, по крайней мере, я смогу жить своей жизнью без сожалений, верно? — Лилли, я люблю тебя, — выпаливаю я.
Ее лицо бледнеет, прежде чем выражение немного смягчается. Она поднимает руку и вытирает слезу, которая стекает по моей щеке, а я этого и не заметил. Я закрываю глаза, желая продлить этот миг немного дольше.
— Если бы ты знал меня лучше, то не стал бы, — шепчет она.
— Я знаю тебя, — шепчу я. — Я люблю тебя.
— Мне жаль, Тео... я не могу. — Она отворачивается, но не раньше, чем я замечаю, как поникло ее лицо. Пока я смотрю, как она удаляется, слезы свободно стекают по моим щекам.
Нет, думаю, я бы предпочел жить в сожалении, не зная, что она не чувствует того же. Официально заявляю. Я слабак.
16 глава — Лилли
Я сижу на диване, прижимая лед к колену, когда Молли заходит и бросает газету прямо передо мной и тычет пальцем в страницу.
— Ты видела это? — спрашивает она холодно.
На странице две фотографии. На одной из них я, покидаю вечеринку субботней ночью, вся забрызганная кровью, что выглядит как эпизод из фильма ужасов. На второй — Тео с сочащейся кровью губой, придерживает лед у лица. Автор статьи размышляет, не откусил ли известный лондонский бизнесмен кусок, который не сможет проглотить, страдая из-за этого от насилия со стороны своей новой «Рыжей Злюки». Я закатываю глаза и убираю газету подальше. Серьёзно? Всё это так нелепо. Люди сложили два и два и придумали вот это?
Молли качает головой.
— Я не могу поверить, что ты сделала это прошлой ночью, Лилли. О чем ты думала? Что, если бы у них был нож или что-то еще?
Она потирает руки о свои бедра.
Я снова закатываю глаза в ответ на ее мелодраматический тон.
— Но у них ничего не было, и я не собиралась оставлять его тупую пьяную задницу там, вместе с ними, чтобы они выбили из него всё дерьмо.
Она вздыхает.
— Ты должна была позвать на помощь.
— К тому времени, когда я получила бы помощь, они бы давно уже свалили.
— Ты просто... — она делает глубокий вдох. — Я хочу, чтобы ты поняла, что всё могло закончиться намного хуже. Я предпочла бы, чтобы дерьмо выбили из Тео, а не из тебя.
Я закрываю глаза, также делая глубокий вдох, в попытке проглотить комок в горле.
— Я не могла оставить его, — шепчу я.
Она кладет руку мне на щеку.