Л. Геллард – Община Северного леса (страница 9)

– Фу, гадость какая. Не буду об этом думать, – Кэтрин морщится и видно решает тут же выкинуть образ из головы.

– Ну, я имела в виду ситуацию. С появлением сестренки на этот свет, – улыбаюсь, потому что сравнение я привела забавное, и, надеюсь, градус напряжения мне удалось снизить.

Разговор о детях мы с Алексом подняли только однажды, когда в целом обсуждали будущее наших отношений. И было решено, что перспектива иметь мелкого очень даже прикольная, только чуть позже. После экспедиции, после свадьбы, через год-другой – как выйдет. Но в целом к такому развитию событий были готовы. Разве что не перед экспедицией… это было бы ужасно. Правда. Не хочу об этом думать, и представлять себя на месте Кэт…

– Вик, не говори пока Алексу, ладно? – подруга смотрит мне в глаза и берет обещание молчать. Конечно, даю его. С тем учетом, что готова ради нее на все, хранить секрет совсем не сложно.

– Хорошо. Я не стану, – судя по Рейнсу, оглядываясь на все то время, что я его знаю, уверена, что и он будет молчать, раз Торрес приняла решение идти в лес и ничего никому не говорить, – но, если Майкл по секрету поделится с Алексом…

– Тогда я сегодня задушу его подушкой, – быстро и безапелляционно обрывает мое предположение Кэт.

– Митчелла, то за что! Помнишь, что я люблю его? Ты стала такая нервная… гормоны? – Кэт несильно толкает меня в плечо, смеюсь и заваливаюсь на спальник.

Торрес ложится рядом со мной и говорит, что рада поделиться новостью, что одной было тяжело. Ответственно заявляю, что поддержку любое ее решение.

Мы еще лежим некоторое время и болтаем больше об отношениях, сексе и детях, пользуясь возможностью, пока в палатку не заглядывает Алекс и зовет меня смотреть закат на самом высоком дереве.

С радостью принимаю предложение словами: "Я согласна!" под смешок Кэтрин.

Мы с Митчеллом берем нужное снаряжение, проверяю на всякий случай электрошокер в кармане и сигнальный пистолет. Надеюсь, нам они не понадобятся, но предосторожность прежде всего.

– Я присмотрел нам классное дерево. Во всех отношениях классное, – объявляет мой зеленоглазый красавец, – обратил на него внимание, когда мы проходили.

– Выберем его как "наше" и будем бегать к нему целоваться, – весело предлагаю я.

Сегодня самый прекрасный и идеальный день, я убеждена. Лучше станет, только когда будем наблюдать за стаей волков.

– Далеко не уходите, – говорит нам Джеймс. Конечно, он внимательно следит за нашим лагерем, – и в темноте долго не гуляйте!

– Мы взяли ХИС, – успокаивает его в ответ Алекс, демонстрируя палочки с химической жидкостью в руке, которые подарят нам свет, если их потрясти. Уверена, что Анна и Томас могут написать формулу состава по памяти.

Карабкаемся на высокую толстую сосну параллельно друг другу и одновременно. Мы не соревнуемся, поэтому забираемся неспешно, не тратя силы. На нужной толстой ветке Алекс помогает мне удобно сесть. С такой высоты открывается прекрасный вид на лес, на поляну, солнце, уже клонившееся к горизонту.

– Не вижу наш лагерь, но слышу… Надо сказать им быть потише… – не знаю, чего ждать от леса, когда мы увидим волков? Хотелось бы быть инициаторами встречи, а не наоборот.

– С каких пор ты такая трусиха? С утра бежала по сугробам в восторге и не заботилась о шуме, – парень улыбается и пододвигается ко мне.

– Я не трусиха. Просто осторожность не повредит – мы уже глубоко в лесу. Если меня съедят во сне, я буду расстроена, – Митчелл улыбается и, сняв перчатки, берет мое лицо в руки.

– Волков мы увидим завтра. Эмилия сказала, что вчера ей уточнили на карте места прохода стаи и логово. Нам нужно пройти несколько миль на запад, там мы положим приманку и будем наблюдать. А сейчас, смотри, – он ласково поворачивает мое лицо в левую сторону.

Небо окрашено в ярко-оранжевый рядом с солнцем и уходит дальше в розовый с красивым переходом к темно-голубому. Мы молчим, взявшись за руки – представляли эту картину столько раз, а сейчас она стала реальностью. Как же здорово разделять этот момент с близким человеком.

Поворачиваюсь к нему и улыбаюсь. Его улыбка в мягком свете заката… Запомню навсегда. Вижу, что в его глазах любовь – ко мне, к науке, к этому миру. Его ждет великое будущее – вижу это по его глазам. Человек, который столько работает ради мечты, ради любимого дела, точно будет вознагражден.

Чуть сжимаю его руку, чтобы привлечь к себе внимание, тяну на себя и целую в губы, когда приближает ко мне свое лицо.

– Так представлял? – к парню добавился запах мороза и леса: отмечаю это, когда обнимаю его. Мне нравится, что сейчас можем побыть вдвоем, вдалеке от группы и земли. Как говорят про счастье? На седьмом небе? Это, конечно, даже не седьмая ветка, но все равно очень высоко.

– Да… – он отстраняется и смотрит на меня. Думаю, еще что-то скажет, но парень только смотрит на меня с легкой улыбкой, и я знаю, что он сейчас чувствует. Меня греет мысль, что у него с собой кольцо. Вообще, сейчас идеальный романтический момент, но я еще не видела волка…

Целуемся нежно и долго, пока совсем не становится темно и холодно, приходит пора возвращаться. Не думаю, что смогу уснуть сегодня ночью, но в любом случае пора в лагерь, пока нас не начали искать. Навелс точно забьет тревогу.

– Пора… – Митчелл первый озвучивает то, что понимали мы оба, но я не говорила, чтобы продлить это время на дереве. Вот он – разумный лидер в нашей паре.

– Да… С тобой так хорошо… так тихо вокруг… – постепенно возвращаюсь в реальность, из которой успела выпасть из-за его губ.

– Да, даже слишком… – парень чуть хмурится и оглядывается по сторонам. Его тон заставляет меня серьезнее отнестись к замечанию.

– Звери легли спать? – предполагаю я, начиная чувствовать волнение, не заражаюсь тревогой парня, просто знаю и сама, что лес никогда не молчит. Мое предположение шутливое, должно было успокоить, но дает только обратный эффект.

– Должны были проснуться ночные… – Митчелл замолкает, делая мне знак, чтобы и я была тиха. Стараюсь даже не дышать, прислушиваюсь – в тишине слышны только голоса наших друзей в лагере.

Лес и правда молчит.

Это очень страшно, потому что все может затихнуть только в одном случае – если рядом крупный хищник, а все живое замерло в надежде, что он не заметит и пройдет мимо.

В момент, когда хочу предложить спускаться вниз, игнорируя предчувствие – в конце концов мы не знаем, может, это нормальное состояние для этих мест, – раздается громкий вой, и ему вторят сразу несколько. Желудок делает сальто. Мы замерли, оба понимая, что стая рядом.

Следом за воем слышится рык, от которого у меня мороз по коже. Слишком близко.

– Может, пройдут мимо… – к своему ужасу, понимаю, моему предположению не суждено сбыться. Тишину разрезает шум: рычание, вой, крики сразу нескольких людей. Алекс дергается, собираясь спуститься вниз, но удерживаю его за руку.

– Нет, – не хочу его отпускать. Я не могу остаться одна.

– Виктория… Вик, – его успокаивающий тон мне не нравится, он ни чуточки не успокаивает, – будь здесь. Я подойду ближе и выстрелю, чтобы их отогнать. Ты же знаешь – волки не подходят, если чувствуют, что хотя бы одному из них грозит опасность, – он гладит меня по щеке. Мне страшно и стыдно от того, что оказалась не готова… – Все будет хорошо. Просто будь здесь. Ладно? Я приду за тобой.

Он убирает мою руку от себя, надевает перчатку и скрывается внизу в темноте, оставив мне ободряющую улыбку.

Какое-то время слышу, как парень спускается, но очень быстро остаются только звуки борьбы из лагеря. Здесь я в безопасности, но там – волчий лай, рычание, крики друзей.

Не могу отсиживаться здесь на дереве. Нужно взять себя в руки, нельзя поддаваться панике.

Я не должна была отпускать Алекса одного… Не должна была.

Поднимаюсь на ноги и начинаю спускаться на ветку ниже, и еще одну. Чем ближе к земле, тем темнее, поэтому достаю ХИС (химический источник света), чтобы оказаться на земле быстрее и аккуратнее. Меня подгоняет страх и адреналин, даже не успеваю в целом подумать, что собираюсь делать. Надеюсь догнать Митчелла. Скоро ноги проваливаются в снег, иду сначала по следам Алекса, потом теряюсь, больше оглядываясь по сторонам, боясь пропустить волка.

Через пару минут выхожу к Ущелью, где мы расположили палатки. Я слышу рычание сразу с нескольких сторон, женский крик, который резко обрывается. К своему ужасу, различаю звук рвущейся плоти и ломающихся костей.

Неожиданно раздается громкий хлопок, и поляна озаряется светом – кто-то из ребят выпустил сигнальный огонь. Жалобный скулеж свидетельствует, что тот достиг цели, но тут же животное так яростно рычит, что понимаю, ответное действие последует незамедлительно и будет смертельно. Благодаря свету могу видеть картинку на поляне целиком: огромный волк склонил над Анной свою окровавленную пасть, Марк заряжает пистолет со снотворным, чтобы сделать выстрел. Я вижу его цель – едва ли та доза, которая у него есть успокоит животное. Томас лежит у своей палатки в неестественной позе – из раны на его шее течет кровь.

Я оцепенела и не понимаю, куда бросаться в первую очередь – чем и кому могу помочь? Почему не вижу Алекса? Где Кэтрин? На месте, где стояла наша палатка сейчас просто груда из ткани и снега.

В тот момент, когда решаю бежать в сторону Ханны, которая пытается забраться на дерево, но ей мешает большой волк, вцепившись в ногу, рядом со мной справа буквально из-под снега вырастает волк, выше меня раза в полтора. С рыком он бросается и мордой откидывает меня назад. Последнее, о чем я успеваю подумать, прежде чем чувствую резкую боль и проваливаюсь в темноту: