Л. Геллард – Община Северного леса (страница 3)

– Мне жаль, что ты поссорилась с Майклом, – произносит Марк, заводя машину. Я машу рукой через окно родителям и не сразу понимаю, что через зеркало заднего вида он смотрит на меня!

– Надеюсь, за время дороги вы помиритесь. Лес – не место для обид…

– А… да… какие обиды? Так, глупости… – Кэт смотрит на меня карими большими глазами и хлопает густыми ресницами, до меня сразу доходит, какие аргументы она использовала, – Спасибо, Кэт. Это все несерьезно, но с Майклом было бы неловко ехать в одной машине столько времени. И тебе Марк! Обещаю, мы будем не худшими попутчиками.

Марк улыбается и кивает – здорово, что на него можно положиться даже в такой выдуманной ситуации. Очень на руку, что он тактичный и не выспрашивает подробности, ведь я не такая отличная фантазерка как Кэт.

– Пустяки! Ты же знаешь, я ради тебя – на всё, – подмигнув мне, подруга поворачивается к водителю и заводит беседу с ним. Какая была бы драма, если влюбленного в нее Майкла Кэтрин просит поменяться местами с Марком…

Алекс едва сдерживает улыбку. Ему-то известно, что у нас прекрасные отношения с Рейнсом и в целом нет причин для ссор. Наверное, и ему хотелось бы ехать с другом, но он никакого недовольства не показывает, просто тихо посмеивается над изобретательностью мой подруги, Кэтрин Торрес, жгучей брюнетки, которая была романтичная, женственная, бывало, витала в облаках, но никогда не путала фантазии с реальностью. Разве что только иногда.

Ради тебя – на всё.

Сокровенная фраза, которая сначала прозвучала между мной и Кэтрин, еще в самом детстве. Она стала символом нашей дружбы и любви. Потом прозвучала от меня для Алекса как признание в любви. Он сразу все понял и сказал то же в ответ.

Когда машина трогается с места, у меня подскакивает сердце. Чувствую волнение, смешанное с радостью и страхом.

Алекс выглядит слегка задумчивым, умиротворенным, только глаза блестят азартно. Думаю, именно этот огонь в глазах и привлек меня. С какой энергией он делился своими целями и планами! И с какой убежденностью говорил, что мы должны быть вместе, а то, что он младше просто ерунда, по сравнению с будущим, которое нас ждет. Устоять было невозможно.

Последний взгляд в окно на родителей, взмах рукой, и мы сворачиваем на другую улицу, следуя за двумя машинами впереди. Раздается сначала шипение рации, а потом мы слышим голос Джеймса. Он напоминает нам план поездки, уделяя большее внимание сегодняшнему дню и распорядку – когда остановка для отдыха, по какому шоссе ехать, что на заправках лучше не есть, какие коды для экстренных ситуаций, что если сбивается навигатор (а он будет работать тем хуже, чем ближе мы к Северным землям), лучше использовать карту и так далее, и так далее.

Слушаю краем уха наставления, глядя в окно на улицы города, такого родного и любимого. Мимо проносились дома, магазины и кафе, я видела улыбающиеся лица горожан, которые не думали ни о каких Северных волках или походных приключениях. Спокойная жизнь, свои радости и цели, теплое солнце, ласковый океан. А мне не терпелось увидеть снег и горы. Город был уютным, безопасным, но меня влекла свобода и неизвестность.

Эта поездка изменит нас, а Южный город останется таким же, как и раньше.

Интересно, какой я вернусь сюда?

Вернусь ли я?

Глава 2

Первая остановка наступает спустя четыре часа. Джеймс строго следил за графиком и за превышением нормы нахождения за рулем – для мужчин она составляла четыре часа, для женщин – три.

Бессонная ночь дала о себе знать – стоило отъехать от Южного города, я сразу уснула под мерный щебет Кэт.

Просыпаюсь, когда машина останавливается в крайне маленьком поселении, буквально на несколько домов, под названием Сэджвилль. Мы останавливались здесь же по пути к "тренировочным лесам" как мы их называли. Краткие походы, которые должны были подготовить нас к Северным землям и жизни на природе.

Мне снился сон, который был со мной лет с пятнадцати. Я видела Северный лес с высоты птичьего полета: много снега, искрящегося на солнце, хвойных деревьев глубокого зеленого цвета. Среди сугробов вижу волчьи следы – сейчас я уже на земле и иду по цепочке следов, хотя, скорее бегу. Кажется я невесомая, удается бежать и не проваливаться в сугробы, бегу легко, сердце радостно подпрыгивает. Предчувствую близкую встречу. Рядом со мной появляется волк, мы бежим рядом, синхронно – тут я понимаю, что и сама уже не человек, я – волк.

– Ты поскуливала. Снова тот сон? – не раз рассказывала Алексу о нем как о самом лучшем, чувствовала в нем радость и свободу. Лежу на коленях у парня, он перебирает мои волосы и смотрит с теплой улыбкой, без которой я жить не могу.

– Прямо поскуливала? – ловлю его руку и прислоняю к своей щеке, потом к губам.

– Потявкивала… Как лисичка.

Догадываюсь, что Кэтрин и Марк вышли пройтись. Алекс остался, чтобы не будить меня… Выпрямляюсь и зеваю, прикрыв рот рукой, наверное, я ужасно растрепанная. Митчелл продолжает смотреть.

– Что?.. – невольно улыбаюсь в ответ.

– Ты сонная такая милая. Умираю, – пока пересобираю свой сбившийся хвост, он пододвигается ко мне ближе. Наклоняюсь к нему навстречу, пока наши губы не встречаются. Знаю, что в экспедиции будут редки минуты уединения – как сейчас. Оставляю хвост незаконченным и обнимаю его за шею, притягиваю к себе еще ближе, обнимая покрепче. Мы единственная официальная пара в нашей группе – я говорю официальная, потому что Джеймс и Линда скрываются, хотя ни для кого не секрет их роман, который вспыхнул с полгода назад. И так как мы единственные, никто не собирался для нас делать исключение – шесть девочек, шесть мальчиков, поэтому и в комнатах на ночевку нас определили: Кэтрин и я, Эмилия и Линда, Анна и Ханна, Майкл и Алекс, Марк и Томас, Джеймс и Питер. Одного брошенного взгляда на Торрес было достаточно, чтобы она сразу поняла, приняла и сама предложила тайком поменяться местами с Алексом в его комнате с Майклом.

"Ради тебя – на все", – сказала она, кивнув своей гениальной головой. Ей было приятно поспособствовать нашей любви. До сих пор помню, как она лупила меня подушкой, когда узнала, что Алекс не услышал твердое и радостное "да" на свое предложение о женитьбе.

Растворяюсь в поцелуях, наслаждаясь, но отдавая себе отчет, с сожалением, что это максимум, который нам светит до вечера, поэтому слишком сильно не распаляюсь. Оторваться от любимых губ заставляет неожиданный стук в стекло.

– Вы бы хоть размялись. Митч, ты следующий за руль, – разумеется Навелс следит за порядком и стоит у нашей машины, пока мы оба не выходим.

Потягиваюсь, выпрямляюсь, расправляю плечи и слышу легкий хруст собственного позвоночника. Солнце сейчас в зените, мы еще, относительно, рядом с домом, поэтому все в футболках, майках и шортах, а Анна в легком платье. На самом деле умно – послезавтра придет пора действительно теплой одежды, а платье ничего не весит в походном рюкзаке.

По нашему расписанию у нас есть еще 15 минут, чтобы пройтись, перекинуться парой слов с другими членами нашей группы, зайти в туалет.

– Я чувствую жуткую несправедливость, – заявляет нам Рейнс. Кажется, он все-таки не очень доволен тем, что в последний момент пришлось сменить "экипаж", – в нашем путешествии единственный симпатичный парень – я. Но с девушкой поехал ты, – он показывает рукой на Алекса, который улыбается и держит меня за руку. Несмотря на сказанное, в словах Майкла нет злости, – а когда уже было решил, что Кэтрин обратила на меня взор своих прекрасных глаз – меня отправили в машину к матери. И ради кого? Ради Марка? Груда мышц…

– Сексапильная груда мышц, – к нашей компании присоединяется Торрес. Не могу не отметить ее приподнятое настроение. Похоже, страдания этого кареглазого брюнета ее совсем не волнуют. Бедный Майкл.

– Еще у него приятный характер, а у тебя – невыносимый, – продолжает наша писательница. Думаю, в ее голове еще много эпитетов, чтобы описать Рейнса, но сейчас она ограничивается одним.

– Если бы ты согласилась на свидание, то смогла бы оценить по-настоящему…

– То, что твой лучший друг встречается с моей лучшей подругой, они живут вместе и скоро поженятся, еще не значит, что мы с тобой должны совпадать по всем параметрам, – Кэт его перебивает, говорит таким безапелляционным тоном и такую длинную речь, будто не раз отрепетированную, что меня это немного настораживает. Не желая продолжать разговор, Торрес удаляется к машине. Любопытное поведение. Очень любопытное.

– Такая красивая, и такая несговорчивая… По крайней мере сегодня ночью мы будем в одной комнате. Буду храпеть изо всех сил. Изо всех своих легких.

Переглядываюсь с Алексом, тот только неопределенно двигает бровью. Похоже, он согласен со мной, тут что-то не чисто. Как будто наши лучшие друзья что-то от нас скрывают. Интрижку? Первое предположение, которое лежит на поверхности. Чуть сжимаю руку Митчелла, подавая сигнал, чтобы узнал все, что возможно за пять минут, и оставляю друзей наедине.

Туалет на заправке так себе из-за времени, но довольно чистый. Людей путешествует мало – это дорогое удовольствие. Есть возможность умыться, посмотреть на себя в зеркало – хвост, конечно, я собрала с "петухами". Пересобираю волосы в небрежный, но симпатичный пучок и остаюсь довольна. После сна в машине вид у меня помятый, но отражение даже при этом свете, в этом пыльном зеркале мне нравится. Мои глаза горят, на щеках румянец – я счастлива. Чувство, правда, будто влюблена – хочется обнять весь мир и, в особенности, Северного волка. Интересно, как пахнет его мех?