Л. Эндрюс – Танец королей и воров (страница 37)

– Центру?

Наш допрос прервал искаженный крик. Вален хрустнул шеей, с облегчением выдыхая через нос. Широкое лицо рогатого фейри у его ног делил пополам глубокий разрез.

Король с безумной жестокостью ухмыльнулся следующему мужчине в ряду. Скидгарду, который умудрился выжить.

– Хочешь попробовать? – Его голос был низким, мрачным. Он был идеально коварным. Вален указал топором на мертвого фейри на земле. – Он ответил неправильно. Итак, где моя жена?

Я зыркнул на своего тролля:

– Мы теряем терпение. Этот центр, где он?

– Есть одна поляна, – сказал тролль, – где каменистый склон охраняет реку. Многие из лесного народа любят там ставить ловушки и охотиться, ибо луна освещает им путь. Мы… мы черпаем силу в солнце, и луне, и звездах.

– Я слышал. – Ухмыляясь, я обхватил рукой его толстый, бородатый подбородок. – Ты мне очень помог.

Я взмахнул рукой, и шея тролля сломалась, оставив торчать из кожи острые обломки его позвоночника.

Я и взглядом не удостоил его искореженную тушу, прежде чем повернулся к остальным. У Валена все лицо было забрызгано кровью. Скидгард был мертв, и у него недоставало руки.

– Я знаю, где искать.

– Так веди нас туда.

Король был на грани потери рассудка. Мне знакомо это чувство. По правде говоря, я надеялся, что мы оба спятим, пока ищем наших королев. Это чертово место заслуживало немного ярости.

Пекло, даже когда я найду Малин – а я ее найду, – то, вероятно, все равно убью в новом Колючем Лесу всякого, кто мне попадется на глаза.

Глава 21. Воровка памяти

Я приземлилась лицом в сухую грязь и закашлялась, когда немного пыли попало мне в горло. В тот момент, когда попыталась приподняться на локтях, я снова распласталась в грязи, потому что на меня приземлилась Элиза. Она застонала, пробормотала извинение и попыталась скатиться с меня, пока длинное тело Ари вновь не пришпилило нас обеих к земле.

С кружащейся головой я кашляла, давилась и пыталась выпутать из-под них свои ноющие конечности.

Со лба Элизы капала кровь. У Ари была рассечена губа, и из одного уха сочилась свежая кровь. Я почти не сомневалась, что выгляжу примерно так же. Мерзкий аромат моей крови заполнил темную пещеру. Если он и был им неприятен, то ни Элиза, ни Ари ничего не сказали.

Элиза встала, положив руку на живот, и хрустнула спиной, после чего облегченно выдохнула.

– Иди за вороном. – Ари выплюнул эти слова сквозь сжатые зубы. Он вскочил на ноги, отряхнул штаны и посмотрел вверх на далекое отверстие, через которое мы свалились. – Иди за чертовым вороном, говорили они. Подумаешь, это птица из треклятого пекла.

Я закатила глаза и подошла к королеве.

– Ты в порядке? А ребенок?

Ее глаза наполнила острая тревога.

– Ничего не болит. Думаю… все в порядке. Да, в порядке.

Я подозревала, что она сказала это с таким рвением, чтобы убедить скорее саму себя, а не меня.

– Ребенок? – Ари заморгал, уставившись на королеву. – Какой ребенок?

Элиза сглотнула и попыталась выпрямиться под его мрачным взглядом.

– Не на что тут смотреть, Ари. Мои предки рожали детей прямо на поле боя. Это не болезнь; это просто то, что есть. Не смотри на меня так. Ничто во мне не изменилось. Я все еще могу махать мечом, как…

– Элиза. – Голос Ари стал резким и требовательным.

Несколько удивительно слышать, чтобы он вот так говорил со своей королевой, но, опять же, Северный народ не особенно придерживался традиций, когда дело касалось их правителей. Не приходилось сомневаться, что Ари с Элизой в первую очередь – друзья.

Он подошел к ней:

– В каком смысле «ребенок»?

Ее глаза заблестели от слез, но она подняла подбородок.

– Я жду ребенка, и я в порядке, – на последнем слове голос королевы дрогнул. – Правда. Я в порядке, и это будет чудесное, радостное событие, а из Валена выйдет… он станет чудесным отцом, и…

Ее слова оборвались, когда Ари обхватил ее своими сильными руками. Тревога, страх и уж наверняка слезы, которые она хранила в себе, разом хлынули ему на грудь. Она цеплялась за его кожаный жилет и тихо плакала.

– Это и правда будет чудесно, – прошептал он. – Вот только зря ты мне не рассказала.

– Я была занята тем, что пыталась выжить.

– Она даже королю не сказала, я и сама узнала случайно, – сообщила я.

Ари закрыл глаза:

– Он заслуживает того, чтобы знать, Элиза.

– Не сомневаюсь. – Она вытерла нос. – Но ты же знаешь его и как сильно он отвлекается. Пекло, раз мы пропали, он наверняка впадет в безумие и будет жаждать крови. Ему нужно оставаться сосредоточенным на этой битве, а потом уж у нас появится много поводов для праздника.

Ари поджал губы, но спорить не стал:

– Поговорим обо всем этом позже. Сейчас же нам нужно выбраться из этой треклятой тролличьей норы.

– Тролличьей норы? – Я оглядела неровные стены, резкие повороты тоннеля. В землю было воткнуто несколько факелов, освещающих путь. Этот тоннель прокопали нарочно.

– Следы когтей, – сказал Ари, проводя пальцами по паре борозд в глинистых стенах. – Тролли – барахольщики и прячут свои сокровища под землей.

Ари протянул руку за одним из факелов возле входа в тоннель. Проем был прорезан грубо, кое-где с острыми краями, или слишком узкий, но, по крайней мере, достаточно высокий, чтобы нам не пришлось сильно наклоняться.

– Как думаешь, насколько глубоко он уходит? – прошептала я. Мы слишком долго шли в тишине, и слабость в ногах после яда и битвы со слуа начала сказываться. Каждый шаг требовал от меня полной концентрации, всего внимания, просто чтобы не свалиться.

– Может тянуться на лиги. Народ троллей славится своими запутанными тоннелями. – Ари оглянулся на меня через плечо. – Тебе нужно отдохнуть.

– Я в порядке.

С раздражающей усмешкой посол ухмыльнулся Элизе. Она ответила ему еще более раздражающей улыбочкой:

– Сделаем привал вон у того поворота.

– Мне не нужен…

– Малин, – перебила Элиза. – Тебя отравили, и ты ходишь так, будто только вчера этому научилась. Мы отдохнем.

Как же невыносимо быть самым слабым из спутников. Я проклинала свои ноги, проклинала Ивара за его мерзкие яды. Проклинала расстояние между мной и Кейзом. Связь между нами не пылала от опасности или боли, и мне оставалось только надеяться, что альверские обеты дадут ему знать, что я тоже не отправилась в Иной мир.

И все же от этого мне никак не меньше хотелось ощутить его тепло кончиками пальцев.

– Ты все еще уверен, что твой ворон привел нас сюда, чтобы мы угодили в ловушку, Ари? – спросила Элиза, явно пытаясь поднять всем настроение.

– Да. Это про́клятая птица, и она наверняка спасла нас от слуа, чтобы это место стало нашей могилой, а она бы смотрела, как мы умираем медленной смертью.

– Боги. – Слово вырвалось прежде, чем я успела его остановить. После подобного хаоса провалиться в такую темную тишину – беспокойство с жестокой яростью захватывало мои мысли.

– Нет, – быстро сказал Ари, фальшиво улыбаясь. – Мы будем в порядке. Не стоило мне говорить так резко. Птица проявляет во мне все еще весьма привлекательную, но более мрачную сторону. Я тебе клянусь, мы выберемся на волю, Малин. И давайте смотреть на светлую сторону: мы в ловушке, но, по крайней мере, нас не достанут другие охотящиеся твари, – сказал Ари. – Тролли примечательны тем, что блокируют свои тоннели от всех прочих фейри.

– Но мы же здесь.

– И это необычно. Я подозреваю, это оттого, что наша магия не чары Юга. Тролли собирают уникальные магические предметы. Для Южного тролля мы уникальны. У меня – хаос, у тебя – магия памяти, а Элиза… ну, я не знаю, почему Элизе дали пройти.

Я пожала плечами и пошла первой.

– Ну разве что ее ребенок – фейри Ночного народа.

Ари мгновение помедлил, затем разразился смехом.

– Тройное пекло, а ты, наверное, права. – Он мягко улыбнулся Элизе. – Должно быть, сильный у тебя малыш, раз прошел через тролличьи врата.