Л. Эндрюс – Проклятие теней и шипов (страница 50)

Он улыбнулся, обнажая зубы. Боги, как же приятно было снова видеть его улыбку.

– Мне и в голову не пришло бы отказывать тебе в чем-то, Квинна. Сомневаюсь, что переживу твой гнев, если вздумаю попробовать.

– Правильно сомневаешься. – Я надеялась, что он не слышал, как сильно стучит мое сердце. – Так что будем делать?

– Ты уверена, что хочешь? – нахмурился он. – Я не знаю, что мы можем там найти.

– Отличное выйдет приключение.

Его золотые глаза вдруг стали угольно-черными. Он покачал головой и сжал мою руку.

– Ты навсегда изменила меня.

Я призвала на помощь кровь смелых воинов и прижалась к нему. Легион положил руку на мою талию, а я накрыла ладонью его щеку. Он боролся с закрывающимися глазами. Я улыбнулась.

– Надеюсь, скоро я еще раз изменю тебя, чтобы ты стал тем, кем был когда-то.

Я уткнулась лбом в его лоб, и мы лежали, не отпуская друг друга, пока он наконец не заснул.

Глава 30

Принц Солнца и Принц Ночи соперничают, как дневной свет соперничает с сумерками. Бедный Вален, в нем душа воина, но ему не тягаться с хитростью своего брата. Да помогут мне боги, Сол войдет в историю как король-интриган. Еще одна ловушка для брата, и я не уверена, увидит ли Вален свое десятилетие.

Только вчера я нашла мальчика в слезах, а когда он поднял на меня глаза, то закрыл ладонями уши и заплакал еще горше. Я спросила его, чего он испугался. Оказалось, дорогой старший брат с другими детьми двора убедил Валена, что он не настоящий фейри и что мы с Арвадом подвешивали его в младенчестве за уши, чтобы они вытянулись.

Помогите мне, боги, справиться с хитрым и острым языком моего сына.

Арвад долго рассказывал и показывал мальчику, на что способен Ночной народ. Напомнил сыну, что и у него заострены уши. А после – о боги, что было после – Вален сдвинул небольшой камень.

Первый намек на дар магии земли. Хаос других детей проявляется в огне, воде и воздухе, и мое сердце замирает при мысли, что к нам наконец-то вернулся и хаос земли. Столько лет минуло с рождения последнего повелителя этой стихии.

Арвад ободрил мальчика и объяснил, что весь наш род благословлен хаосом, но он выбрал проявиться в его крови, его даре и – да – в форме его ушей.

И помогите мне, боги, справиться с моим мужем. Арвад проколол ребенку уши – чтобы показать его уникальность и гордо нести черты своего народа. Если Сол продолжит свои проказы, если Херья не откажется от желания стать рыцарем, – помоги мне, Всеотец! Я не управлюсь с моей упрямой, волевой, любимой семьей.

Я думала, королева Лилианна даст нам ответы. Но она только заставляла меня желать вернуться во времена их с Арвадом правления.

Эттанские король и королева уж точно не стали бы никого проклинать или пытать хаосом.

Я закрыла дневник, который Беван привез утром. Я плакала от облегчения и обнимала его, наконец уверясь в том, что управляющий не сгорел в доме моих родителей.

Старик порылся в моей комнате в Вороновом Пике и привез дневники в трактир, а с ними – лекарство для Легиона и новости: Колдер объявил охоту на Ночной народ, чтобы извлечь их ярость и обернуть ее силу на пользу Тимору.

Проклятие Легиона было как-то связано с королями Тимора, и я надеялась, что как только мы его снимем, сможем вместе остановить нового короля и его глупую королеву.

– Халвар, ты в порядке?

Халвар отнял ладони от лица. На нем было написано изумление.

– Мы правда едем? Туда? – Он провел рукой по своим темным кудрям и обернулся к Тору. – Не забудь преклонить колено, когда мы выясним, что я чертов король. Жду, что ты будешь целовать мои…

Тор сильно пихнул его в плечо, заставив смеяться и стонать от боли одновременно.

Мы с Легионом улыбнулись, и даже Сив приподняла уголок губ.

– Вы хоть знаете, как попасть в чертову гробницу? – спросил Свен, разливая крепкий эль.

Этот вопрос не давал покоя и Легиону тоже. Неизвестные загадки могли застать меня врасплох, и ему это не нравилось. Но какой у нас был выбор? Куда я могла уйти от них, зная об этом проклятии? Иногда я до сих пор боялась их, но правда была такова, что Халвар спас меня. Тор все время стоял на страже. И Легион – Легион вдохнул в меня жизнь во всех возможных смыслах.

– Мы будем осторожны, – ответила я после паузы. – Шаг за шагом.

– Договорились, – сказал Легион. – Но любой лишний риск – и мы меняем планы. Найдем другой способ.

– А с ней что делать? – спросил Тор, кивнув на Сив.

Я думала об этом же несколько часов после разговора с Легионом. Может, это было глупо, но сегодня нам нужна была любая помощь.

– Я знаю, что она подпольщица, но у нее было достаточно шансов убить меня, а она этого не сделала. Нам придется попробовать доверять друг другу. Еще один клинок нам не помешает.

Остальные согласились. После новой паузы Халвар хлопнул по столу.

– Отлично. Мы встречаемся со стариком на высокой луне, значит, до тех пор я планирую пить и петь вам серенады, пока вы все не воспылаете ко мне безумной любовью.

Тор пробормотал что-то о безмозглых полудурках, но Халвар только сильнее рассмеялся. Сив встала из-за стола и повернулась к лестнице.

– Я отдохну, если тебе ничего не нужно.

– Сив, ты не моя крепостная. Больше нет.

Она кивнула и оставила нас с Легионом наедине в пустом пивном зале, где воздух заново пропитался алкоголем и пряностями.

– Ты сегодня молчалив, – заметила я.

Во время обсуждения наших планов Легион только немного рассказал, что знал о Черной Гробнице, и поделился соображениями по поводу того, где ее найти. Он поднял на меня все еще усталый после ночи взгляд и протянул руку.

– Давай пройдемся?

Я переплела наши пальцы, и мы вышли во двор. Луна только-только показалась над горизонтом, и с верхушек деревьев щебетали первые ночные птицы. Легион не выпустил мою руку. Он стоял со мной на краю дворика и смотрел, как зажигаются звезды.

– Я хочу дать тебе еще один шанс отказаться, Элиза.

– Спасибо, – ровно ответила я. – Ты его дал, больше я слышать об этом не хочу. Я остаюсь.

Он смотрел на небо, но даже в сумерках я могла разглядеть его улыбку. Мы долго стояли плечом к плечу, дыша ночью и друг другом. Я прижалась ближе.

– Ты боишься узнать, кто ты?

– Да, – подумав, ответил он. – Я не знаю, кем еще быть, кроме Легиона Грея.

Я размышляла об этом весь день. Опальный тиморский дворянин? Эксперимент, подобный тому, что планировал вытворять с хаосом Колдер? Эттанский воин, изгой из Ночного народа? Я гадала, мог ли он быть из рода Ферусов, но они умерли больше сотни лет назад. И все же ходило столько слухов, что они могут быть живы. Даже подпольщики поклонялись Ночному Принцу. Я была бы рада вернуть на трон Лилианну и Арвада, но они тоже были мертвы. Арвад – в каменоломне, убит на глазах своих сыновей. Лилианна и Херья – позже, когда они отказались пополнить гарем первого короля Нового Тимора.

– А теперь ты замолчала, – Легион искоса посмотрел на меня.

– Я думала, что будет потом. – На самом деле у меня было слишком много мыслей, и я просто выбрала одну наугад. – В Тиморе меня больше не примут, потому что клясться в верности Колдеру я не стану. Ни за что.

Легион перекатился с пятки на носок.

– Я хочу пообещать, что защищу тебя, но я тоже не знаю, что будет дальше, если у нас все получится. Но я клянусь тебе, что буду оберегать тебя так долго, как только смогу, Элиза. Ты не бросила меня тогда, когда должна была по праву, и я не брошу тебя.

Так долго, как только он сможет.

Что, если мы снимем проклятие и это будет конец всему?

Я вздрогнула. Нет. Мысль о том, что я могу потерять его, колола, как твердые шипы диких цветов. Я крепче сжала его ладонь, и он позволил. Притянул меня к себе. Через несколько часов нам предстояло отправиться в путь, и я хотела забыть обо всем, что нас ожидало. Хотела притвориться, что между нами все как прежде и мы снова можем быть никому не нужной второй дочерью тиморского Квинна и красавцем-торговцем из доков Мелланстрада.

– Легион. – У меня внутри бушевал ураган. Сердце колотилось, вертелось и прыгало вверх-вниз от горла до пят. Ладони вспотели. – Поцелуй меня еще раз. Один раз, пока ничего не изменилось.

В его глазах сверкнули жадные искры. Он обхватил ладонями мое лицо, притянул ближе и улыбнулся.

– Я никогда не устану это делать, Квинна.

Он накрыл мои губы своими и начал целовать медленно, нежно и тепло. Мои ладони гуляли по его талии, прижимая его ближе, и все, что мы сдерживали, вырвалось наружу. Поцелуй углубился и стал страстным. Легион разомкнул мои губы и застонал, когда я подразнила его языком. Мы брали и отдавали. Мы говорили то, что боялись сказать вслух. Мы целовались, надеясь на новый рассвет и с ужасом ожидая своего конца.

Я целовала и целовала его, прикасалась к нему, обнимала его до тех пор, пока луна не зависла в вышине и не пришло время отправиться навстречу судьбе.

Лошади на меня не хватило, но на этот раз я сама решила ехать с Легионом. Прижавшись спиной к его груди, я почти не чувствовала, как ноет мое тело от быстрой езды.

Он был одет Кровавым Рэйфом: черные топоры на поясе, красная маска на лице. Я сказала ему, что, если мы выживем, я выберу для него новый цвет, чтобы не шарахаться каждый раз. Он рассмеялся, стянул маску и поцеловал меня. И я захотела остаться здесь, а не бросаться в неизвестность.