Квинтус Номен – Золотко партии (страница 16)

А после этого евреям стало совсем грустно: авиации нет, ПВО разбито, так что из сверху сирийцы с египтянами спокойно вбивали в грязь, и даже иорданцы со своими еще поршневыми машинами неплохо так поработали. А к моему возвращению в Москву все уже закончилось: евреев просто выбили из всех ранее захваченных территорий, египтяне и иорданцы отобрали у них всю территорию южнее Иерусалима, а сирийцы еще и очистили он них землю восточнее Назарета. Янки с британцами по этому поводу подняли страшный шум в ООН, но успеха в политических баталиях не добились: Израиль-то первым напал, а в соответствии с Уставом ООН агрессор должен был выплачивать репарации, и большинством голосов на срочно созванной Генеральной сессии была принята резолюция о том, что репарация территориями агрессора — это правильно. Ну а то, что с десяток государств факт не признал — так это уже личные трудности непризнавателей.

Вот так: накапала я нужным товарищам полезную информацию — и мир уже перевернулся. Пока что не очень сильно, но тем не менее. А ведь я еще дофига чего помнила! Вот взять к примеру ту же «Луну»: ракета — просто «увеличенная копия Катюши», летит куда направляющая повернута. Но мне когда-то попался на глаза проект ее модернизации под кодом «Луна-3» — по превращению исходной «Луны» в ракету уже управляемую. И проект этот «не взлетел»: имеющаяся элементная бала провести доработку не позволила, а потом уже и «Точка» появилась. Но я запомнившуюся мне схему (спасибо чучелке!) пересчитала под уже появившуюся базу — и оказалось, что доработка уже имеющихся ракет и денег много не требует, и даже работы. Потому что к «Луне» стабилизаторы были приклепаны на простых уголках, их можно было буквально в полевых условиях отпилить и вместо них новые поставить. А вот в новые просто внутрь запихнуть и привода рулей, и систему радионаведения по координатам. Ведь в шестьдесят девятом-то проект закрыли потому, что не придумали, как позиционировать пусковую установку на местности, а я «придумала» как. Ведь тот же генератор плавающей частоты я попросту с этой системы передрала — так что воткнуть на пусковую «координатор», определяющий собственную позицию с точностью до десятка метров по нескольким реперным передатчикам вообще труда не составило. А так как пока что по поводу РЭБ народ даже не задумывался, все получилось легко и просто. Не то, чтобы очень легко, египтянам с сирийцами успели всего пару сотен доработанных ракет отправить — ну а мне пришлось теперь отдуваться.

— Елена Александровна, — вкрадчивым голосом поинтересовался при встрече Владимир Ефимович, — тут у нас возник один вопрос, который без вашей помощи мы решить не в состоянии. Ваши предложения по модернизации «Луны» по сути дела помогли сирийцам и египтянам в этой войне победить, да и, кажется, советской армии эти ракеты помогут немало проблем решить. И в результате мы решили — а Андрей Антонович просто на этом настаивал — что за такое вас следует наградить орденом Ленина. Но вот придумать, за что именно Советский Союз этот орден вручает двадцатилетней певичке и плясунье, мы не можем. И сейчас мы надеемся, что вы нам все же подскажете, за что…

— Ну чего тут думать-то? Насколько я в курсе, орден Ленина просто довеском к званию Героя соцтруда идет…

Маршал Гречко, когда это услышал, просто окаменел, а вот Леонид Ильич рассмеялся:

— Я же говорил, что с Гадиной этой просто так разговаривать не получится: мы или с тоски помрем, или со смеху. Золотко, тогда я тебя спрошу: а за что таким, как ты, звание Героя соцтруда дают?

— Я на два вопроса сразу не отвечаю. Вы ведь про орден спрашивали — и я вам ответила, а про медаль уже сами думайте.

— Ладно, посмеялись — и хватит. Гадина, а теперь вопрос уже серьезный: пока ты там пела и плясала…

— Я ничего не пела и не плясала, это детишки все… впрочем, без особого успеха, но в провале одна я виновата.

— А ты все же дослушай: пока ты по заграницам моталась — это-то ты отрицать не станешь? Так вот, пока моталась, в твоей школе выпускники сдали все экзамены.

— Очень за них рада.

— Мы тоже. Проблема в том, что на шестьдесят пять выпускников пришлось двадцать две золотых медали и двадцать четыре серебряных.

— Но я же всего два года в школе отработала, а РОНО не разрешило почти никому пересдать четверки за шестой, седьмой и восьмой классы. Только двое, у кого по одной четверке, пересдать их смогли на пятерку. А если бы разрешили пересдавать, то медали там почти все бы получили, ну, кроме троих, максимум четверых человек.

— Ты когда-нибудь научишься старших до конца выслушивать⁈ Так вот, результат воистину уникальный, партия и правительство считает, что за такое преподавателей следует наградить…

Я при этих словах лишь хмыкнула: моя племянница в двадцать пятом в Нижнем школу закончила, и у нее ровно половина класса золотые медали получила. Хотя… сейчас да, медаль получить гораздо труднее, так что результат и в самом деле можно считать неплохим. А Леонид Ильич продолжил:

— Так вот, директору школы мы решили дать «Знамя», остальных учителей «Знаком почета» наградить… ты по списку пройдись, может мы забыли кого или вписали напрасно…

— Ивана Петровича забыли, это наш трудовик. Он мне и скрипки помогал делать, и, между прочим, очень в школе учебную дисциплину укреплял, из-за него теперь даже шестиклассники четверку считают оценкой неудовлетворительной. Ему орден обязательно…

— Понятно, впишем в список. Но еще более понятно то, что такой результат школа в большей степени из-за тебя обеспечила, так что тебе, наверное, тоже стоит «Знамя» дать.

— У меня «Знамя» уже есть, зачем мне два-то?

— Не хоть «Знак почета»…

— Все, я с вами на сегодня что-либо обсуждать заканчиваю: начали со Звезды Героя, потом «Знамя», теперь «Знак» — я чувствую, что еще пять минут поспорим, и я уже должна окажусь.

— А давайте мы ей орден Ленина за видеомагнитофоны дадим, — внезапно высказался Гречко, — мне машинка понравилась, а ведь на ней, как я понял, Союз миллиарды заработает.

— Видаки — это разработка секретных инженеров с «Бета Энтертейнмент», Союз тут даже рядом не стоял. И вообще никто даже подумать не должен, что я в электричестве разбираюсь больше, чем как правильно микрофон в гнездо воткнуть.

— Соображаешь, — хмыкнул Владимир Ефимович. — А за что тебе Героя дать, мы придумаем, надеюсь, тебе это не к спеху. А пока думаем, походишь со «Знаком»: все учителя в школе их получат, и ты вместе с ними.

— У меня один вопрос остался, — в разговор снова включился Гречко. — Елена Александровна, а вы для Р-16 систему наведения, подобную той, что вы для «Луны» разработали…

— И не надейтесь! Для «Луны» я, грубо говоря. приспособила систему, которую для беспроводных микрофонов придумала, но она работает только в прямой видимости… радиовидимости контроллеров. А на десять тысяч километров такой просто нет, и я вообще не знаю, как там что-то можно сделать. То есть наверняка что-то можно, но это должны придумывать специально обученные люди. И которые вовсе не музыке учились!

— Успокойся, Гадина, — ласково проговорил Леонид Ильич, товарищ маршал просто спросил.

— А я просто ответила!

— Вот и молодец. А теперь езжай домой, тебя уже Елена Александровна заждалась в машине. А насчет того, что гастроль не удалась — не расстраивайся, у каждого случаются неудачи. Но ты их исправишь, в этом лично я вообще не сомневаюсь. У тебя на ужин-то есть что дома или тебе с собой завернуть?

По дороге домой я почему-то вспомнила один совершенно американский фильм, и мысленно стала примерять к нему советских актеров. Ну, понятно, тут будет нужен Ливанов — и голос его будет очень уместен, и облик вроде «соответствует»: из него посланец дьявола (или сам дьявол собственной персоной) прекрасный получится. Еще — Наталья Селезнева, у нее опыт артистический под пятнадцать лет, а роль вроде и несложная, по сути такая же, как и ее самая первая, пятьдесят третьего года: просто симпатичная девчонка. Да и возраст — самое оно. А вот кого взять на роль мальчишки, было не очень понятно: молодых актеров-то много, и даже симпатичных — но память мне постоянно подкидывала про каждого, о ком я вспоминала, всякие гадости… Адамайтис просто идеально бы «по анкетным данным» подошел, но он уже слишком старый, тридцать лет как-никак. А вот Караченцов… надо попробовать, загримировать и сделать его на пять лет моложе — это у нас умеют. И Регимантаса я тоже возьму: я как представила его, опоясанного динамитными шашками — и сразу поняла: это будет его роль! А возраст ему гримеры накинут, не надорвутся. Судью… можно Копеляна попробовать… хотя нет, он пусть полицейского офицера в наркогороде сыграет, туда же Невинного пристрою, безутешную мать — я снова, наверное, Борисову привлеку, если получится. И Басова: из него фальшивый доктор выйдет очень даже неплохой. Банионис прекрасно впишется в роль адвоката — отца главного героя, на прочие мелкие роли — а там не больше пары десятков человек потребуется — еще кого-нибудь найду. Вот только в начале фильма сотовый телефон показан — но вроде я уже видела в Нью-Йорке, людей с мини-рациями на улицах, причем их не только полиция использовала… придумаю что-нибудь. Мало ли на что человек отвлечься может так, что грузовик не заметит…