Квинтус Номен – Шарлатан 4 (страница 45)

И не только ракеты так именовали, самолеты тоже. Но теперь самолеты чаще стали называть собственными именами. Так, например, пассажирский самолет товарища Бериева получил название «Сапсан», а «грузовик» Бартини назывался теперь «Орел», но такие названия использовались только для «гражданских» самолетов. А общее поветрие давать разным транспортным техническим новинкам «личные имена» вообще на все уже начало распространяться. И это меня периодически сильно смущало: название «Чайка» относилась и к автомобилю, и к речному судну, и к самолету…

Впрочем, это было лично для меня вообще неважно, я другими вещами занимался. В том числе и в техникуме преподавать стал — и не потому, что там жена училась. То есть и поэтому тоже: Лида меня часто по учебной программе о разных вещах дома расспрашивала, и до меня дошло, что нормальной программы-то обучения программистов сейчас просто нет, а вот как людей этой науке обучать, понять без «личного опыта» было невозможно. Потому я этот «личный опыт» и пошел нарабатывать — и сильно порадовался тому, что в школах такой интересный предмет, как логика, никто не отменял. Некоторые девчонки в техникуме (а там почти все учащиеся были именно девчонками) откровенно в математике плавали, но вот с логикой у них было все в полном порядке и программистами они обещали стать довольно неплохими. Так что я в своей «тестовой программе» упор сделал не на подготовку разработчиков расчетных программ, а именно на подготовку программистов-аналитиков — и мне этот подход понравился. И девчонкам тоже вроде понравился — а уж что выйдет в результате, я посмотрю. Через полтора года посмотрю, когда первый выпуск техникума к работе приступит, но что-то мне подсказывало, что результат получится положительный.

Просто потому положительный, что девочек я старался учить обработке символьных данных — а это было именно тем, в чем нуждалась страна. Например, Павел Анатольевич нуждался, все же для автоматизации OSInt обрабатывать-то требовалось именно буквы и слова. Поэтому я и задания девчонкам давал именно по этой части (предварительно все же самостоятельно разбив всю задачу на кучу мелких последовательных подзадач). И у меня уже были программки, которые выделяли из массива текста отдельные слова, затем отдельные предложения. Вроде и простенькие программки получались — но во-первых, они уже работали, а во-вторых, они обеспечивали базу для последующего семантического разбора. Который должен был проводиться по алгоритмам, разрабатываемым всякими лингвистами, переводчиками и прочими абсолютно не математиками — и тут, конечно, было еще поле совершенно непаханое. Но если для поля уже делаются трактора… Не трактора еще, а только гайки для тракторов — но ведь и без гаек трактор не сделать, так что я девчонкам отдельно рассказывал, что программы они разрабатывают не только «в учебных целях», но и для «промышленного использования». Не расшифровывая, само собой, промышленность, для которой они стараются.

В середине марта ко мне в гости неожиданно приехала Светлана Андреевна:

— Ну, бывший сосед, будешь теперь соседом настоящим: Павел Анатольевич решил, что отдельное управление по первым отделам ВУЗов в городе не нужно больше, у вот у тебя в деревне оно уже давно очень нужно. А раз подруга твоя такую работу не потянет, то решено меня к тебе направить.

— А почему он решил, что Ю Ю не справляется?

— Пока она у себя в институте справляется, но с новым факультетом ей две должности совмещать будет трудновато и было принято решение оставить ей только должность ректора. А так как и в твоем институте штат быстро растет, и новые предприятия в районе ты создаешь, то теперь я буду тут гостайну блюсти. Товарищ Судоплатов решил, что раз уж мы с тобой давно знакомы, то…

— Правильно решил, у меня ни малейших возражений нет и быть не может.

— Это все намечается к лету устроить, а я к тебе заранее немного приехала вот с каким вопросом: мне сказали, что в поселке всем жильем ты распоряжаешься, точнее, институт твой, а я ведь не одна перееду, со мной и весь мой прежний отдел… почти весь. Видишь ли, новое руководство Горьковского управления женщин как-то не особо привечает…

— Ясно, давайте мне список новых сотрудников, пока что, вроде, свободное жилье в поселке найти можно. Так что мне, пожалуйста, с указанием семейного положения: жилье-то есть, а вот избытка его все же нет. Вы-то сами ведь тоже сюда переедете? С детьми?

— Я так точно перееду, и квартиру в городе сдам. А дети — они в институтах учатся, в общежитиях до окончания жить будут. А там посмотрим, но они-то уже совсем взрослые, сами решат. Когда тебе списки сотрудников потребуются?

— Чем раньше, тем лучше. В любом случае первые отделы должны заработать до того, как и набор новых сотрудников начнется, и абитуриенты в институт попрут.

— Что мне в тебе всегда нравилось, так это ответственный подход к гостайне. А что не нравилось, так это любовь языком молоть не по делу. То есть все равно оказывается, что по делу, но вот нас эта твоя привычка просто бесит: она от работы все же отвлекает. Но и я, и все мои к твоим закидонам уже привыкли, так что, надеюсь, конфликтов у нас не будет.

— Павел Анатольевич что-то специальное мне передать не просил?

— Помещение проверено?

— И первым отделом, и мной лично.

— Нужно в самое ближайшее время передать нашим специалистам подготовленные программы для американцев. Французская компания сейчас очень успешно начала продавать свои терминалы для машин IBM, и твои игрушки, если их вовремя американцам передать, окажутся очень кстати. Правда, почему он про игрушки упомянул, я не знаю, но, надеюсь, ты понимаешь, о чем речь.

— У вас допуск на всё вроде? Не сняли?

— Шарлатан, не нужно информацию передавать всем, кто имеет право ее получить. Каждому нужна только своя часть информации, так что я, пожалуй, пойду уже. А список новых сотрудников тебе пришлю курьером до конца недели.

Про игрушки для «французских» терминалов знали всего три человека, включая самого Павла Анатольевича. И только вариантов «тетриса» были подготовлено четыре — а вот какой именно он захотел получить, я из сообщения Светланы Андреевны не понял и отправил в Москву все четыре. И как раз четвертый (который я закончил доводить только в конце февраля) больше всего товарищу Судоплатову и понравился. Как игрушка понравился: в этой версии я уже предусмотрел и возможность самостоятельного выбора клавиш поворотов. Ну а то, что для обеспечения такого выбора требовалось обращение к хост-машине (и запуск на ней небольшой программки-компилятора модифицируемого кода), даже в инструкции указывалось, так что неожиданностью для игрока это точно не станет. И вот когда народ начнет массово кнопки перепрограммировать (а в «стартовом варианте» они довольно неудобно располагались), и наступит долгожданное счастье. Для буржуев счастье, просто они пока не в курсе, что это будет именно счастьем…

В СССР почему-то многое делалось обязательно к каким-то «датам», и у меня получилось как раз к нужной «дате» закончить предварительный анализ информации, собранной по военкоматам трех областей. Выводы выглядели довольно спорно, но мне они показались все же имеющими смысл, и я как раз двадцатого апреля полетел в Москву на совещание, состоявшееся в преддверии «дня рождения Ильича». Но на само совещание не пошел, меня туда ведь и не приглашали, но перед совещанием поделился выводами с товарищем Булганиным:

— Сразу предупрежу: результаты расчетов выглядят странновато, но к ним все же следует присмотреться. У меня получается, что нынешняя молодежь вовсе не не хочет работать в сельском хозяйстве, она просто вынуждена перебираться в города, поскольку мир поменялся. Сейчас у сельского населения сильно ограничены возможности коммуникации с другими людьми за пределами деревни, доступ к культурным учреждениями затруднен — но все же в первую очередь люди уезжают из деревни потому, что не хотят ограничивать свой круг общения. Парням в своем селе жену найти почти невозможно: там же большинство друг другу близкая родня, девчонкам тоже мужа не из кого выбирать, да и детишек в школах учить — никаких учителей не хватит.

— Я думаю, что ты ничего нового не сказал, мы и так все это знаем, так что сейчас готовим программу ликвидации неперспективных деревень.

— А вот этого делать не стоит, нам проще выстроить несколько новых заводов, где будут выпускать небольшие автобусы, с помощью которых связь между селами и деревнями резко упростится. А сельским учителям нужно всего лишь выдать личные автомобили — и они в любую глухую деревушку доехать смогут, и даже если там в классе окажется пяток учеников, нехватки учителей у нас в селе не будет.

— Это всего лишь благие пожелания…

— Ну да, но подкрепленные точными расчетами. Вот, сами смотрите: если мы за год запустим вот эти заводы, то уже через год у нас количество именно неперспективных деревень сократится в семь раз.

— А мы в состоянии за год эти заводы выстроить?

— Вроде получается, что в состоянии. Я даже больше скажу, мы даже не заметим — на уровне общих планов — что потратили столь небольшие средства. Правда, тут потребуется кое-что за границей закупить, но у меня есть мысли, где на это средства изыскать. Вот, сами смотрите, будут это буржуи у нас покупать? Мне кажется, что будут, и очередь из буржуйских покупателей выстроится от Москвы до самых до окраин…