Квант М. – Симфония черных звезд (страница 5)

Он поднялся, принял душ, пытаясь смыть липкое ощущение кошмара, в котором не было образов, только давящее присутствие чего-то невообразимо древнего и равнодушного. Искусственное окно в его комнате уже светилось мягким утренним светом, имитируя восход над слишком идеальными, ненастоящими горами.

В назначенный час за ним зашёл тот же молодой, непроницаемый человек – его, как выяснилось, звали Денис, и он выполнял функции связного и, видимо, наблюдателя. Провёл Артёма по лабиринту коридоров в лабораторный блок, более просторный и лучше оснащённый, чем его собственная лаборатория в Карачаевске. Здесь уже кипела работа.

В центре помещения, на массивном виброизолированном столе, стояла усовершенствованная версия того самого цилиндра с кольцами. К нему были подключены новые датчики, а вокруг располагались несколько мониторов, на которых бежали потоки данных. Анна Семёнова, в том же белом халате, с синяками под глазами, но с горящим взглядом, что-то быстро настраивала на панели управления. Рядом, скрестив руки на груди, стоял Грошев, лицо его было похоже на гранитную глыбу.

– Спать изволили? – бросил он, не глядя на Артёма. – Анна тут уже шесть часов. Успела настроить систему для полномасштабного моделирования твоего паттерна. И кое-что добавила от себя.

– Что именно? – спросил Артём, подходя.

Анна обернулась, и в её улыбке была усталость и торжество.

– Я интегрировала вашу последовательность в свою модель квантовых гравитационных флуктуаций. И добавила переменную планетарного резонанса – те самые фоновые шумы, что я здесь два года записывала. Вы были правы, Артём. Они не случайны. Они – часть того же… языка. Только на другом диалекте.

Она щёлкнула переключателем, и на главном экране возникла трёхмерная модель. В центре – условное изображение чёрной дыры, от которой расходились концентрические волны, помеченные как «Паттерн Альфа» – их симфония. Но теперь от этих волн, как ветви дерева, ответвлялись более тонкие, сложные структуры, опутывавшие схематичное изображение планеты.

– Вы слышали это ночью, да? Гул? – спросила Анна.

– Кажется, да, – осторожно подтвердил Артём.

– Это не кажется. Земля, её ядро, тектонические плиты – всё это колеблется с определёнными частотами. Шумановские резонансы, микросейсмы – это лишь верхушка айсберга. Я записывала аномалии, которые на порядки тоньше. Они коррелируют с вашим «Паттерном Альфа». Не полностью, но есть точки пересечения. Как будто планета… подстраивается. Или её кто-то подстраивает под общую сеть.

Грошев мрачно хмыкнул.

– Прекрасная новость. Значит, мы не просто нажали кнопку на пульте в другой галактике. Мы ткнули палкой и в своё собственное гнездо. Что показывают расчёты по энергетике? Если воспроизвести более мощную последовательность?

– Я не советую, – быстро сказала Анна. – Даже на микроуровне эффект непредсказуем. Мы имеем дело не с силой, а с информацией. Код переписывает локальные законы. При достаточной мощности это может вызвать каскадный эффект. Разрыв пространства-времени в масштабе этой комнаты. Или что похуже.

– Что может быть хуже разрыва пространства? – пробормотал Артём.

– Его перекодировка, – холодно ответил Грошев. – Превращение этого бункера в нечто, подчиняющееся иной физике. Воздух, который не сможем вдыхать. Гравитация, направленная в стену. Время, текущее вспять для одних объектов и ускоренно для других. Теория допускает такие возможности, если иметь доступ к управлению полем Хиггса или к более фундаментальным уровням.

Лаборатория на секунду замерла. Даже Денис у стены, казалось, напрягся.

– Значит, нужно не воспроизводить, а понимать, – твёрдо сказал Артём. – Искать грамматику. Синтаксис. Если это язык, то в нём должны быть правила.

– С чего предлагаешь начать? – спросила Анна.

Артём подошёл к главному компьютеру, вызвал свою базу данных. На экране возникли спектрограммы, наложенные друг на друга.

– С контекста. Мы слышим один «голос» – одну чёрную дыру. Но мне снился… хор. Если они часть сети, то их сигналы должны быть связаны. «Странник» слышал только один источник, потому что был настроен на него. Но его антенны могли уловить и фоновый шум. Нужно заново проанализировать все сырые данные за последние три года. Искать корреляции, интерференционные картины. Если сеть существует, то сигнал от нашей чёрной дыры должен нести на себе отпечатки других.

Работа закипела. Дни в «Ангаре» слились в череду бессонных циклов, прерываемых коротким сном и скудной едой из местной столовой. Артём и Анна составили идеальный тандем: его астрофизическая интуиция и её глубочайшие познания в квантовой гравитации дополняли друг друга. Грошев выступал в роли грозного критика и связующего звена со Стрельниковым, который требовал ежедневных отчётов, но, к удивлению, почти не вмешивался в исследования, обеспечивая лишь безопасность и ресурсы.

Через неделю упорного труда они получили первые результаты. Анна, применив созданный ею алгоритм «шумоподавления и выделения когерентных структур», просеяла терабайты данных со «Странника». И обнаружила нечто поразительное.

– Смотрите, – её голос дрожал от волнения. Они все собрались у большого экрана. – Это спектрограмма фонового гравитационного шума в секторе GRB 2741-А, очищенная от известных источников. Видите эти слабые, почти параллельные линии?

Артём присмотрелся. Да, среди хаоса едва заметных колебаний проступали упорядоченные следы. Как будто кто-то провёл гребёнкой по жидкому звуку.

– Интерференция, – прошептал он. – От других источников.

– Не просто других, – Анна увеличила изображение, наложила на него карту участка неба. – Я сопоставила частоты и фазовые сдвиги с каталогами. Вот здесь, – она указала на одну линию, – отголосок сверхмассивной чёрной дыры в галактике М87. Здесь – от объекта Стрелец А* в центре Млечного Пути. И ещё десятки. Слабых, дальних. Все они… модулируют сигнал нашей чёрной дыры. Как будто она не просто вещает, а постоянно находится в состоянии обмена. Сетевого пакета данных.

– Доказательство сети, – глухо произнёс Грошев. – Паутина. А мы нашли одну нить. И дёрнули. Что передаётся в этих пакетах?

– Пока не знаю. Но структура повторяется. Вот здесь, – Анна переключила вид, – я выделила общий каркас. Базовую несущую частоту, на которую нанизываются вариации. Это как… алфавит. Все «сообщения» используют один и тот же набор элементарных сигналов. «Паттерн Альфа» – лишь одна возможная комбинация.

Артём почувствовал, как у него перехватило дыхание. Они стояли на пороге. За этим алфавитом должна была стоять грамматика. Логика. Математика, описывающая не просто коммуникацию, а саму архитектуру реальности.

– Нужно собрать этот алфавит, – сказал он. – Составить словарь. И тогда, возможно, мы поймём, о чём они «говорят».

Это была титаническая задача. Элементарных сигналов, «фонем», оказалось 127. Каждая представляла собой не просто частоту, а сложный волновой пакет с изменяющейся фазой и амплитудой. Они работали как команды, каждая из которых, как они начали подозревать, отвечала за определённый параметр пространства-времени: кривизну, топологию, скорость течения времени, силу фундаментальных взаимодействий. Это был машинный код Вселенной.

Изучая комбинации, они начали замечать закономерности. Некоторые последовательности напоминали алгоритмы, циклические процессы – возможно, поддержание стабильности самой сети. Другие выглядели как «запросы» и «ответы». Третьи… третьи были похожи на команды активации чего-то спящего.

Именно на одну из таких последовательностей, обнаруженную в фоновом шуме Земли, наткнулась Анна двумя неделями позже. Это был паттерн, который она назвала «Тета-импульс». Крайне редкий, слабый, но повторяющийся с интервалом примерно в 11 500 лет по геологическим слоям, которые они смогли косвенно проанализировать через данные по палеомагнитным аномалиям.

– Смотрите, – она показала график на временной шкале в сотни тысяч лет. – Импульс появляется. И каждый раз после него в геологической летописи Земли наблюдается… скачок. Не катастрофа, а изменение. Ускорение эволюции, резкая смена климатических циклов, массовые, но не вымирания, а, наоборот, всплески видообразования. Как будто что-то… встряхивало планету. Вносило изменения в её «настройки».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.