Кузнецов Дмитрий – Пять Наречий Добродетели (страница 3)

Жрец молчал, ибо у не было ответов на подобное. Маршал решительно кивнул палачу, что держал факел.. Пока король горел, то рядом с маршалом встал стрелок-инквизитор.

Гидеон: Жаль двимертит кончился еще там, последний выпустил в троля, или че за тварь там была, не помню уже..

Сиридий: Выбор был тяжким?

Гидеон: Ильдарион был верен ордену даже под одержимостью.. Инквизиторий всегда был щитом. Как для народа, так и для всех нас. Вы привели нас домой, вас Ильдарион хотел оставить после себя, я уверен. Я бы ни за что не стал стрелять в вас. Господин.

Сиридий: Феополис.. Сердцем ордена станет этот город. Передай Фуриону что он теперь Кардинал инквизитория, организуйте имущество. Ваш дом теперь здесь, вместе с бюрю расследований.. И остатками белого легиона..

Гидеон: Феополис? Я не понимаю..

Сиридий: Скоро все поймешь, обещаю.. Просто сделай это. Я не сяду на трон, но буду за ним присматривать. Пока не повзрослеет тот, чьи руки и сердце не запятнаны этой заразой.

Гидеон: То есть, вы теперь.. Наместник? Ваша воля, господин..

На следующий день за судьбой короля, последовали члены старого совета, которыми управлял и прикармливал Раэн. По таким же обвинениям, к которым добавились новые, заговор против народа, расхищении благ и измена. Церковь света принесла новую клятву. Однако орден немедленно выдвинул ультиматум.

Полное отречение и искоренение ереси отображенное в книгах и манускриптах, и написании пророчества о приходе нового света, избранного 5 наречий добродетели. Сиридий назвал 5 пунктов по соображениям совести, какие пришли на ум в момент обсуждения, лишь бы поскорее безумный дух был предан забвению. Верховный жрец, публично признал старые каноны неэффективными и губительными.

Старый кодекс света по большей части трактовал, о сохранении чистоты простого люда, о том, что признаки магии это ничто иное как сила хаоса, однажды погубившая мир. Толкования о недопущении колдовства в сием царстве, абсолютной веры в слово короля и кардинала.. Ибо они носители воли великого света.. Который следит за чистотой рода людского. Так было написано в кодексе, что был предан забвению при правлении Сиридия. Кодекс который привел народ Нга к упадку и катастрофе. На ближайшие 40 лет, наступило время восстановления и тотальных реформ, все и каждый отныне имели равные права. Так-же среди выживших при Шакае был принят обет молчания о том событии, никаких песен бардов и тому подобного. Сиридий будучи наместником был категорически против упоминаний о вмешательстве третьей стороны, известной как Вечная Матерь, правительница мифического архипелага, откуда первые Таал однажды и перекочевали. Ее вмешательство косвенно спасло тех кто вернулся домой, ибо Каири обратилась против нее, сразу после их общей победы над духом чистоты, орды нежити и воинов Таал сдуло горнилом той схватки, из которой по итогу выбралась лишь тысяча легионеров.. Разбираться никто в то время не стал, выжившие покинули пустошь, известную как граница Шакай.

Каири как и ожидалось, нашла восхитительным, пылающего короля безумия.

Каири: Гнев простого люда… Еще вчера король считался божественным посланником, а завтра его сажают на костер как еретика.. Ирония великих цивилизации.. Я бы содрала с него кожу, в ту эпоху, да.. За все что мой народ пережил, но и костер вполне неплохо выглядел..

Сельтарез: Вскоре я покинул Карнаат, и больше туда не возвращался..

Каири: Этот человек, твой бывший командующий, Сиридий. Будь он на троне до вашего похода, я бы согласилась вести переговоры, с ним есть о чем вести диалог, в нем чувствуется не только твердость но и логика. Возможно мы бы нашли решение вместе, избавить Карнаат от влияния безумия. Ты понял чем мы отличаемся?

Сельтарез: Вы бы размазали его по полу, одним простым заклинанием.. наверное.

Каири: Речь не про это. Мы оба слушали наставления духов предтеч.. Ему промывал мозги Катарсис, а меня взращивал Акацуру. Мой наставник, был сущностью хаоса, и он не требовал поклонения или подчинения, ни до того как сделал меня такой, ни после. Он заботился обо мне как о собственной дочери, дал силу, знания и искусство древних времен. Идеи Фарадонской эры, я вносила в малый совет Таал на обсуждение, многие из которых находили одобрение, за счет чего наша империя стремительно развивалась. Катарсис жаждал власти, подчинения своей воле и очищения мира от всего, чего не должно на его мнение существовать. Дух разрушения и седьмого пекла, как выразился ваш Сиридий.. Акацуру, когда то был человеком, много тысячелетий назад его звали Акаций из Риаполиса. Мастер кукольных представлений. А во времена Таал, мыслитель, теоретик и стратегический гений, создатель искусства. Но и он был не без изъяна, кое-что было у обоих сущностей общее. Высокомерие на высшем уровне, Акаций хоть и любил меня, но себя и свое искусство он любил больше. Акаций называл меня своим величайшим и прекраснейшим творением. Я до сих пор гадаю, любил ли он меня как отец, или как любимую игрушку. Императрицу на которой боялся оставить даже маленькую царапинку. Но одно я знаю, он ненавидел Катарсиса, видел в нем своего врага. Возможно на закате старого мира, он ожидал чуда от этого Светлейшего, но тот не откликнулся на веру.. Зато сила хаоса.. Измерение энтропии. Место из которого он обращался, дало ему власть и свободу от плоти и времени, спасти самого себя, не ожидая подачек от так называемых богов. И однажды нашел меня, и признал рождение невероятного шедевра. Акаций из энтропии поделился благословением, пока я спала под деревом.

Вор послуживший духу добродетели.

В запретное хранилище, так просто было не попасть. Орден перерыл королевские покои сверху до низу.. Загородное поместье Раэна, и покои мейстера хранителя ключей, допросили и его самого, но он уверял что ключ, пропал совсем недавно. Кардинал его знал лично, как славного старика, добросовестно исполняющего свою работу на протяжении многих лет. Кнут и Сельтарез придумали как отпереть двемеритовы врата, в ордене был один человек, о прошлом которого знал лишь Кнут..

Человек с крайне сомнительным прошлым, хитрый и ловкий вор когда-то давно. Бюро расследований искало некоего вора по следам краж в знатных домах, и Лисурий сделал крайне хитрый ход, когда орден был уже почти на его пороге. Он заявился сам и пожелал вступить в первый орден, никто и не знал его в лицо, таким образом Лисурий, вор в розыске стал одним из служащих первого ордена, который его же и разыскивал.. Кнут знал его с детства, и это была его идея, как Лисурию избежать виселицы.. Дело по вору отпирающему любые замки, остановилось и вскоре было позабыто, в виду активных сражений против Таал, объединение сил всего первого ордена в единый легион Ильдариона. Когда король был схвачен, но хранилище было не открыть, Кнут намекнул Лисурию что необходима помощь.. Особого рода.. Лисурий сомневался, но ради страны согласился, и смог изготовить слепок, по которому спустя день был воссоздан ключ от хранилища, условие у него было одно, чтобы они оба помалкивали о его особых талантах. Маршал Сиридий ничего про это не знал. Кнут, Сельтарез и Лисурий оказали помощь в срочном деле тайно. Необходимы были неопровержимые доказательства промыслов династии, Сикария Тонариана, и самого Раэна..

Каири очень заинтересовалась знаниями о Карнаатцах против которых целое столетие шла война, открывая и познавая их совсем с других точек зрения. Апокриф манил ветхой историей ее юности. Как оказалось далеко ни все желали войны. Скрытые замыслы, интриги и бесчестие были не только при ее правлении, но и среди Карнаатцев тоже. Каири вновь открыла книгу, желая знать больше, пока Сельтарез искал лекарство в средних ярусах Аргзаля.

Идея мира

Позже, когда от короля остался лишь пепел, то выяснилось что ключ был выброшен, слуга короля выкрал его из покоев мэйстера, выбросил в реку. Сиридий задавался вопросом, откуда появился в таком случае еще один ключ?.. Ибо тот был уникален.. Кардинал пожал плечами, сославшись на высший промысел справедливости, заявил что это вероятно было маленькое чудо, от настоящего Духа добродетели. Справедливость наконец торжествовала. Сиридий улыбнулся спустя много лет, и одобрительно кивнул глядя на солнце, ощущая благие перемены, несмотря на все ужасы которые было суждено пережить.

Сиридий: Печальный конец Раэна сына Тонариана.. И начало свободы от угнетения..

Визарий: Пять наречий укореняться, я верю, народ верит в это. В людях заметно убавилось гнева и скорби.

Сиридий: Честь. Искренность. Человеколюбие. Сострадание. Правосудие. Да.. В свете солнца, воссияет добро..

Визарий: Лучше и не скажешь, господин.

Сиридий: Порой кажется, я что-то упускаю.

Визарий: Наши предки развязали войну с народом волшебников и зодчих, пусть они и язычники, но если верить переписи то они не хотели сражаться, а наоборот, мира, и только мира.. При всем уважении, но мы много чего упустили, господин. Заставили древний народ биться с нами, результаты очевидны.

Сиридий: Равенство между короной и верой было подорвано.. Нужно подготовить все заранее, корона больше не должна единолично повелевать. Наши отцы допустили это, возможно они не хотели устраивать раскол в Нга, когда мнимая угроза Таал нарастала. Тонариан был убедителен, и лорды востока тоже, наши предки поверили, что зло наступает. Я не могу простить этой династии лишь одного, они отвергли саму идею мира, не воспротивились воле зла, стали послушными слугами.. Слугами разрушения.. И первый орден скверна потянула за собой. Лишь чудом, мы смогли очиститься и вырваться из горнила, на границе жизни и смерти, невежества и правды.. А кем бы мы были, если бы Катарсис уцелел? Мы были бы рыцарями седьмого пекла.. Наверняка собирали бы новый поход, уже за море.. к иным народам..